Чтение онлайн

— Похоже, мы не одни в Лабиринте, Джаррил.

Они обменялись взглядами и, держа мечи наготове, углубились в темноту. Некоторое время спустя они подошли к опущенной железной решётке. Варлес прорычал проклятие. Подкупленные им стражники ничего не сказали ему об этом, хотя в их защиту можно сказать, что они никогда не входили в Лабиринт ночью. С дрожью в руках они твердили, что ни один Король не сможет заплатить им столько, что бы они прогулялись по катакомбам, пока на земле властвует ночь. Варлес осмотрел тяжёлую железную решётку, вложил меч в ножны и передал факел Джаррил. Он крепко ухватился за холодный металл и медленно потянул.

Мышцы заиграли на его широких плечах, металлическая конструкция застонала и сдвинулась, а затем он торжествующе зарычал, когда решётка с мучительным стоном приподнялась на несколько дюймов от пола. Он отчаянно вцепился в скользкий от пота металл решётки и стал поднимать её дюйм за дюймом.

Джаррил, зная, что если Варлес пошатнётся, то массивная железная конструкция наверняка раздавит её, но тем не менее доверяя ему, с трудом протиснулась в узкий зазор, глаза щипало от дыма факелов, которые она терпеливо несла. Решётка приподнялась ещё немного, и, получив несколько небольших порезов, Джаррил, бормоча проклятия, наконец протиснулась.

Варлес отпустил решётку, и грубые шипы её основания с глухим стуком вонзились в податливый каменный пол. Джаррил мрачно кивнула.

Под скрип ржавых цепей она быстро подняла её. Варлес поднырнул под решётку, и Джаррил снова опустила её.

Вместе они осмотрели ряд грубо отесанных ступеней, которые вели вниз, на последний уровень Лабиринта.

Истоптанные множеством ног, они уходили в непроглядную тьму, в которую ни Варлес, ни Джаррил не могли заглянуть. Джаррил передала Варлесу свой факел, и они бок о бок стали спускаться во мрак. У подножия лестницы они остановились и быстро огляделись по сторонам, потому что в луже крови лежали два стражника, которых Варлес убил всего час назад в караульном помещении. Он изучал изуродованные тела, пока Джаррил с мечом в руках прикрывала его спину.

— Странно, — медленно произнёс он. — Они утверждали, что в Лабиринт есть только один вход, но если это правда, то как их притащили сюда, минуя нас?

Джаррил легкомысленно пожала плечами, переводя взгляд с тени на тень. — Возможно, при них были какие-то ценности, Капитан? Было бы обидно оставить поживу для утренней стражи.

Варлес торжественно кивнул. — Да, но мне кажется, что я забрал всё то немногое, что у них было, когда избавился от их услуг сегодня вечером. Он лаконично усмехнулся Джаррил, а затем снова повернулся к стражникам. — Я всегда убиваю чисто, но они были разорваны от горла до промежности?

Джаррил посмотрела на изуродованные тела и неловко пожала плечами, вспомнив о выброшенной челюстной кости. — Может, их растерзало какое-нибудь зверьё?

— Да. В голосе Варлеса не было уверенности. — Вы заметили, какой здесь холодный и влажный воздух?

Джаррил кивнула. — Я слышала, что Лабиринт простирается далеко под гаванью. Здесь даже есть что-то вроде тумана. Она указала факелом на несколько облачков, которые рассеялись в сыром воздухе прямо у них на глазах.

Они углубились в катакомбы, проходя мимо камер, которые, очевидно, были давно заброшены, их тусклые металлические двери побагровели от ржавчины и покрылись потёками. Их внимание привлекли картины на стенах, которые, начиная с подножия лестницы, ярко иллюстрировали легенду о давних временах, когда Иные ходили по Земле вместе с Человеком. Герои сражались с монстрами, и те и другие были представлены так ярко, что Джаррил захотелось протянуть руку и ощутить их реальность, однако… Была война, а в ней сражения и предательства, подлость и великие деяния, ибо это была война между Человеком и Теми, кто правил до него.

Варлес с любопытством изучал стены: хотя с них капала солоноватая вода, красители казались странно незатронутыми, словно впитались в сам камень. Они медленно шли дальше, держа факелы поближе к стенам, чтобы лучше видеть, как разворачивается долгая история. В ней было много героев, большинство из которых погибли мучительной смертью, но, как ни странно, только один демон, который повторялся снова и снова, пока история не оборвалась, причем так внезапно, что её точно нельзя было назвать законченной. На последней картине, как и на первой, был изображён демон, закованный в цепи, стремящийся добраться до коронованной особы, которая угрожала ему пламенеющей сталью.

— Действительно, странная история, — медленно произнёс Варлес. — Но я узнал этого последнего человека по его профилю — Харак, первый Король Мхуле в прошлые века. Его профиль до сих пор красуется на монетах.

— А демон? — спросила Джаррил, бросив взгляд на стену и так же быстро отведя его обратно.

Варлес нахмурился. — Мне кажется, на двери, ведущей вниз из караулки, была похожая картина, наполовину скрытая под многолетней грязью. Когда я заговорил об этом, стражники поспешно начали говорить о чём-то другом. Он покачал головой и быстро зашагал дальше. Джаррил поспешила за ним.

Сужающиеся коридоры вели всё ниже, растрескавшийся каменный путь становился всё более коварным. Варлес уже не знал, куда идти, и не раз был вынужден останавливаться и возвращаться по своим следам. Но наконец факелы высветили безликую железную дверь, вделанную в стену, с небольшой откидной дверкой, через которую можно было просунуть еду. Варлес усмехнулся, радуясь, что память не обманула его. Он постучал в дверь.

— Шейд! Вы меня слышите?

— Да! Откройте дверь и освободите меня от этих проклятых цепей!

Варлес убрал в ножны свой ятаган, снял с пояса кольцо с ключами и начал медленно пробовать их по очереди. Вскоре он нашёл нужный ключ и с трудом справился с неподатливым замком.

— Капитан Варлес! Голос Шейда донёсся из темноты так отчётливо, что Джаррил могла бы поклясться, что он стоит рядом с ней, а не по другую сторону толстой железной двери.

— Да, Шейд, я всё ещё здесь. Чего же вы хотите, что не можете подождать несколько минут, которые потребуются, чтобы освободить вас?

— Мне нужно знать, Капитан, сейчас день или ночь?

Джаррил взглянула на Варлеса, который пожал плечами.

— Ночь, Шейд, когда же ещё мы можем прийти?

Он толкнул дверь, и в свете мерцающих факелов Джаррил разглядела избитую и закованную в кандалы фигуру, лежащую в дальнем углу камеры смертников. Высокий и худощавый, с выцветшими на солнце волосами, он был одет только в грязную, окровавленную тунику и тряпку на шее. На его жилистом теле отчётливо виднелись полузажившие раны, а из лодыжек, запястий и горла, где его сковывали цепи, сочилась кровь.

Глаза Джаррил расширились: у заключённого не было ни окна, ни шанса на освобождение. Смертник Шейд потерял счёт времени, что неудивительно, но по какой безумной причине стражники завязали глаза человеку, которого держали в абсолютно тёмной камере?

Когда Варлес вошёл в камеру, Джаррил услышала позади себя тихую возню. Она повернулась, держа меч наготове. В тёмной глубине коридора что-то затрещало. Она крепко сжала меч и бесшумно двинулась обратно по проходу.

Варлес вставил факел в старый железный держатель, подошёл к стене и занялся вмурованным железным кольцом и замком, но на этот раз ключи не подходили, и он начал сомневаться, что нужный ключ вообще есть на связке. Он приостановился, с сомнением глядя на стену. Он мог бы оттянуть железное кольцо достаточно далеко от стены, чтобы сорвать его.