Чтение онлайн

Хотя с момента окончания войны в Корее прошло уже почти 55 лет, историки до сих пор спорят о том, кто именно был инициатором этого масштабного вооружённого столкновения, едва не поставившего мир на грань ядерной катастрофы. Как бы там ни было, 25 июня 1950 г. после короткой артподготовки части северокорейской армии пересекли 38-ю параллель, служившую демаркационной линией между Северной и Южной Кореей. Началась одна из самых кровопролитных локальных войн XX века, в которой впервые лицом к лицу столкнулись две идеологии.

Уже в первый день вторжения четвёрка северокорейских Як-9 наведалась на аэродром Кимпо, проштурмовав его пушечно-пулемётным огнём. В результате обстрела взорвался склад топлива, а на земле уничтожены американский четырёхмоторный транспортный С-54 и несколько южнокорейских самолётов. Посол США в Южной Корее Джон МакКио немедленно сообщил об этом президенту Джонсону, попросив принять срочные меры по обеспечению безопасности американских граждан. Джонсон пошёл навстречу просьбе посла. Но отправлять транспортные самолёты в Кимпо без прикрытия было бы равносильно самоубийству, так северокорейские «Яки» господствовали в небе над полуостровом.

В западной исторической литературе уже давно укрепилось мнение о том, что летом 1950 г. ВВС США были абсолютно не готовы эффективно отреагировать на обострение обстановки на Корейском полуострове. Но тогда чем объяснить тот факт, что к середине августа авиация Северной Кореи практически перестала существовать, а её сухопутные войска продолжали наступать без прикрытия с воздуха?

Как не крути, а почти полторы сотни истребителей Як-9 и штурмовиков Ил-10 что-нибудь да значили и просто так растаять, как снег на солнце, конечно, не могли. В реальности, как это ни пытаются представить нам в своих работах многие западные историки, воздушная мощь США на, снова внезапно возникшем, Дальневосточном ТВД была отнюдь не эфемерна, о чём читатель можёт судить на основании таблицы.

Первыми в бой вступили эскадрильи всепогодных (ночных) истребителей, оснащённые «Твин Мустангами». Они же первыми открыли счёт побед и потерь в новой воздушной войне. Уже 25 июня 339-я эскадрилья всепогодных истребителей (339th F(AW)S) получила приказ перебазироваться в Итацуке, в дополнение туда же американцы перебросили восемь F-82 из 4-й эскадрильи (4th F(AW)S). На следующий день F-82G с Итацуке направились в район Сеула для патрулирования и обеспечения защиты транспортных самолётов, эвакуировавших американцев.

Во время одного из вылетов звено лейтенанта Уильяма «Скитера» Хадсона встретило истребители противника, опознанные американскими пилотами как Ла-7. Американцы избавились от топливных баков и атаковали противника. Более лёгкие одномоторные истребители северокорейцев легко вышли из-под удара и, в свою очередь, обстреляли «Твин Мустанги». Впрочем, из-за слишком большого расстояния, с которого был открыт огонь, им не удалось «достать» американцев. Обе стороны не предприняли второй попытки атаковать друг друга, и поединок закончился вничью.

Надо сказать, что единой точки зрения на события, произошедшие в воздухе 26 июня, нет. Согласно американским официальным данным, пилоты «Твин Мустангов» получили приказ открывать огонь только в том случае, если будут атакованы транспортные самолёты. Будучи атакованными, американцы не открыли ответный огонь, поскольку северокорейские истребители не приблизились к гавани или аэродрому Кимпо, откуда осуществлялась эвакуация. Существует и третья версия. «Твин Мустанги» сопровождали норвежское транспортное судно «Рейнхолте» (Remholte), перевозившее эвакуированных гражданских лиц. Одиночный истребитель, опознанный как Ла-7, вынырнул из облаков, обстрелял судно и, прежде чем американские пилоты успели отреагировать, скрылся. F-82 продолжали сопровождать судно, пока не передали его под конвой американских эсминцев.

На следующий день «Твин Мустанги» из всех трёх всепогодных эскадрилий и реактивные F-8 °C из состава 8-го истребительно-бомбардировочного крыла (8th FBW) прикрывали эвакуацию морем из Инчхона и «воздушный мост», связавший аэродромы Японии с корейской авиабазой Кимпо. Четыре самолёта из 68-й эскадрильи всепогодных истребителей (68th F(AW)S) патрулировали над Кимпо и Сувоном на высоте около 4000 футов, тройка из 339-й находилась на 8000 футах, а четыре истребителя из 4-й — практически под самой кромкой облаков на 12.000 футах. В течение примерно трёх часов «ночники» выписывали в небе круги, наблюдая за прибывавшими и убывавшими транспортными самолётами и вселяя своим видом уверенность в беженцев, что самое страшное уже позади.

Однако около полудня над Кимпо появилась большая группа северокорейских истребителей и штурмовиков. Первые тут же сходу атаковали тяжёлые американские машины, а вторые обрушили бомбы и реактивные снаряды на аэродром, забитый транспортниками. Первым под обстрел попал F-82 1-го лейтенанта Чарльза Морана, который получил повреждения, после чего большая часть атакующих северокорейских истребителей устремилась вслед за штурмовиками к аэродрому. По всей видимости, их пилоты посчитали, что американцы уже удирают «во все лопатки».

F-82G «Твин Мустанг» из состава 4-й всепогодной истребительной эскадрильи на авиабазе Кадена на острове Окинава, весна — лето 1950 г.

Впрочем «янки», хотя и попали в сложную ситуацию, так как сравнительно малая высота, на которой произошла встреча с противником, была неподходящей для их самолётов, оказались отнюдь не трусами. Правда, точно сказать, кто первым из них добился победы, трудно. Одни источники называют уже упомянутого выше лейтенанта Хадсона, другие — майора Джеймса Литтла. Третью победу записал на свой счёт Моран.

Как вспоминал позже лейтенант Карл Фрейзер, оператор РЛС с самолёта Хадсона, события развивались следующим образом: «Мы заканчивали разворот над Кимпо, когда заметит среди низкой облачности два приближавшихся к аэродрому северокорейских самолёта. Мы атаковали их вслед за “Твин Мустангом” Чарли Морана и Фреда Ларкинса. Северокорейцы были настроены куда более решительно, чем вчера. Они зашли в хвост Чарли и Фреду….

“Скитер” Хадсон зашёл в хвост ведущему северокорейской пары. Обнаружив нас, пилот противника нырнул в облака, но мы плотно сидели у него на хвосте и не потеряли его из виду даже в середине облака. Первая очередь пришлась по хвостовой части “Яка", от неё полетели куски. Лётчик попытался уйти правым виражом, но подставил под огонь правую плоскость. Вторая очередь прошила правую плоскость, из-за чего вспыхнул топливный бак и отделился элерон.