Чтение онлайн

жаловался на конфи-

скацію имуществ офицеров. остававшихся в польских войсках (?) и порицал

всех лиц, участвовавших в ^правленіи западными губерніями. Римскаго-

Корсакова. Эртеля, Комбурлея (12). Таким образом Чарторыскій стремился

осуществить обещанія юнаго. впечатлительнаго великаго князя, данныя в

минуту увлеченія, тогда, когда он еще не обладал опытностью в трудном

деле государствеяном. Но с тех пор прошло много лет, еще более —

событій, изгладивших в д)ше Александра былыя мечты и заменивших

гуманные порывы юноши холодными, основанными на внушеніях опыта,

разсчетами мрка. решителя судеб Европы. Уже не порицал он. как прежде,

политику Великой Екатерины; уже убедился он. что раздел Польши был

следствіем неизбежнаго, неотвратимаго теченія событій. Он видел, что

возрожденіе Польши в таком слысле. какой придавали ему тамошніе

магнаты, не заключая в себе верных ручательства ни своей прочности, ни

действительнаго ул}чшенія судьбы польскаго народа, угрожало Россіи

новыми смутами. Александр не изменил своего намеренія — благотворить

народу, взывавшему к его помощи, но сомневался в возможности тех

средств. которыя пііежде казались ему удобными, и не скрывал своих

сомненій от самаго Чарто])ыскаго. ,.Не забывайте—писал он ему, что

Литва. Подолія и Волынь считают себя русскими областями, и что никакая

логика в міре не уверит 1'оссію. чтобы ont. могли вьтдти из под власти

Русскаго Монарха" (13). Но не даром Государь говаривал в шутку, что

„людская благодарность также редко встречается. как белый ворон».

Еслибы Чарторырскій сохранил в д^іпе ді»ужб) к Императору Александру,

то оценпв трудность по-

574___

ложенія нашего Государя, сознался-бы. что было несправедливо лишить Россію

достоянія, пріобретеннаго ценою крови тысячей Русских. Но он, не преставая

стремиться к своей цели и не надеясь на усиех заочнаго ходатайства о

возстановленіи Польши, отправился, в феврале 1814 года, во Францію, к нашему

Государю, и будучи иринужден остановиться в Базеле. во время движенія

Наполеона в тыл Союзникам, прибыл в главную квартиру тогда уже, когда она

находилась в Париже. Оттуда писал он к Новосильцев}: „Импера'гор приказал

мне. мой любезный друг, известить вас более определительно о его намереніях в

отношеніи к Полыпе. Он желает сделать эту страну счастливою и удовлетворить

желанія ея жителей, уцрочив неразрывную связь и искреннее братство между

обоими народами. Такая цель объясняет действія Его Величества и его виды в

будущем. Положеніе дел в политическом отношеніи побуждало Государя

скрывать свои намеренія. Но в настоящее время паденіе Бонапарта

способствует]. Его Имнер. Величеству не обращать вниманія на соперничество

некоторых кабинетов, завидуюіцих его могуществу и желающих помешать

исполненію видов клонящихся к возвышенно Россіи".......(14). Здесь уже не видим,

со

стороны Императора Александра, никаких определительных завереній—

возстановить Польшу в таком виде, в каком она рисовалась воображенію

нольских магнатов.

Сам Новосильцов. не смотря на тесную дружбу с Чарторыским, имел случай

убедиться, в продолженіи своего пребыванія в Варшаве, что нам надлежало быть

крайне осторожными в отношеніи к Полякам и неполагаться на их пре-

575___

данность. Он считал необходимым учредить в герцогстве русскую полицію,

для проверки действій местной полиціи, которая, по его мненію,

преимущественно занималась наблюденіем за Русскими (15). В записке,

поданной Императору Александру генералом Поццо ди-Борго, перед

открытіем конгресса в Вене, были изложены все невыгоды отдельнаго

сущеетвованія Польши (lfi). В последствіи, Ланской писал Государю, что ни

оказанное им покровительство Полыпе, ни объявленіе о предстоявшем

утвержденіи конституціи Царства Польскаго, неудовлетворили

несбыточным мечтам Поляков. Письмо Ланскаго оканчивалось следующили

словами: „Государь! Прости Русскому, открывающему пред Тобою чувства

свои и осмеливающемуся еще изъяснить, что благосердіе Твое и все усилія

наши не могут быть сильны сблизить к нам народ, и вообще войско

польское, коего прежнее буйное поведеніе и сообразным оному

наклонности противны священным нашим дравилам, и потому, есть ли я

не ошибаюсь, то в формируемом войске нитаем мы змія, готоваго всегда

изліять на нас яд свой. Более не смею говорить о сем. и как сын отечества,

как верный подданный Вашему Императорскому Величеству, неимею

другой цели в сем донесеніи. кроме искренняго уверенія, что ни в каком

случае считать на Поляков не можно" (|7). Так относился о современном!,

положеніи дел в Польше. мужт. государственный, умеренности и

прямодушію котораго отдавал справедливость сам Черторыскій.

Совсем иное происходило в Россіи, где вековая связь правительства с

народом — казалось —

576

еще более скрепилась торжеством над врагом общим. МилліоныРусских следили

за судьбами их соотечественников, сражавшихся в далеких странах за пользу,

честь и славу Россіи. Сочувствіе к войскам русскаго общества не ограничивалось

одними лишь пожеланіями им успеха. Все сословія наперерыв стремились

облегчить участь раненых. В начале 181H года, коллежскій советник Пезаровіус,

желая принести посильную помощь русским воинам. возвращавшимся на родину

за ранами и увечьем, иредпринял издавать в их пользу газету ,.Русскій Инвалид."

Доход от этой газеты, вместе с пожертвованіями благотворителей, во главе

которых стояла вдовствующая Императрица Марія Феодоровна. послужил

основаніем „инвалидному капиталу." доставившему многіе милліоны русским