Чтение онлайн

— Для тебя, Мелкая. — Его низкий голос скользит по мне, заставляя мой живот чувствовать себя странно.

— А это что такое? — я верчу в руках плетеную корону. Она оставляет на моих пальцах тот острый запах травы, который большинство людей ненавидят. Только не я. Мне это нравится.

— Подарок на день рождения, конечно.

Это был мой тринадцатый день рождения. Помню, поначалу я расстроилась, что он сделал мне корону из одуванчиков. Это был детский подарок, не для подростка, но каким-то образом тот факт, что он сделал его своими руками, думая обо мне, потому что знал, как сильно я люблю одуванчики, избавил меня от этого расстройства.

Пожелтевший, скрученный листок бумаги привлекает мое внимание. Я осторожно отодвигаю содержимое, чтобы захватить кончик предсказания, которое Киллиан дал мне перед самым отъездом в колледж: «Тот, кого ты любишь, ближе, чем ты думаешь».

В то время я думала, что это знак того, что мы созданы друг для друга, он и я. Что он любит меня так же сильно, как я люблю его, но он просто еще не мог мне этого сказать. Теперь я задаюсь вопросом, не было ли это пророчеством в совершенно странном смысле. Что тот, кого я действительно должна любить, всегда прятался на виду. Ближе, чем ты думаешь.

Кэл.

Я смотрю на коробку с древней историей о другом человеке. Воспоминания обрушиваются на меня черным дождем. Часть меня оплакивает множество планов, потерянных сейчас в этом крошечном картонном убежище размером пятнадцать на тридцать семь сантиметров. Остальная часть меня почти апатична, наконец принимая, что будущее никогда не было нашим.

Звонок мобильника переносит меня, брыкающуюся и кричащую, из прошлого в настоящее. Это мой муж. Человек, о котором я должна думать, а не тот, кто продолжает мучить меня.

Кап.

Кап.

Гребанный кран.

На втором звонке я снова закрываю крышку, удивляясь, почему не могу просто отпустить эти болезненные воспоминания. Я знаю, что мне нужно это сделать. Это приведет к разрыву еще одной нити, связывающей нас с Киллианом. Но мысль о том, чтобы навсегда избавиться от остатков нашей истории, которая была хорошей, ранит мое сердце до боли. Поэтому я прячу своих призраков обратно и спешу схватить телефон в самый последний момент.

— Ты, кажется, запыхалась, — раздается хриплый голос Кэла на другом конце провода.

— Да, я была в ванной. Извини. — Моя совесть грызет меня за ложь. Одна из причин, по которой я не хотела, чтобы Кэл уезжал из города, заключается в том, что слишком много времени в одиночестве, не самое подходящее для меня сейчас. Это заставляет меня слишком много думать… вспоминать вещи, которые я должна забыть вместо этого.

— Не страшно. Как прошел твой день?

Я снова устраиваюсь на кровати, кладу голову на подушку.

— Ты уверен, что хочешь знать?

— Не спрашивал бы, если бы не хотел, детка.

Постепенно я позволяю своим мышцам расслабиться, желая, чтобы мой разум вернулся в настоящее. Прежде чем начать, я делаю глубокий вдох.

— Ну, коровы Уэсли Харви каким-то образом вырвались на свободу. Перекрыли шоссе № 28 на три часа, пока их всех не удалось снова собрать.

Он усмехается. Это успокаивает. Просто звук его голоса, кажется, исправляет ошибки внутри меня.

— Жаль, что я это пропустил. Что еще.

— Я слышала, что Абигейл Лемонт перевезли в хоспис. — Эбигейл, мать-одиночка троих детей, у которой всего три месяца назад обнаружили рак поджелудочной железы. Она умрет, оставив троих подростков без родителей. Это трагично.

— О, мне очень жаль это слышать, Лебедь. Я знаю, как она тебе нравится.

— Ненавижу, когда плохие вещи случаются с хорошими людьми.

— Вот почему мы должны жить настоящим моментом, верно?

— Да, — тихо соглашаюсь я.

Я пытаюсь, хочется сказать ему. Это трудно, и иногда я соскальзываю назад, но пытаюсь. Пожалуйста, не отказывайся от меня.

— Итак, как я могу подбодрить тебя? Сегодня случилось что-нибудь хорошее?

Боже, я так сильно люблю этого человека. Он неустанно работает над тем, чтобы я была только счастлива. Хотела бы я его заслужить. Накручивая нитку на кончик пальца, я отвечаю.

— Хм…Я выиграла пять долларов в лотерею.

Я слышу улыбку на его лице, когда он поддразнивает.

— Ты азартный игрок. Не трать все это в одном месте.

И вот так он заставляет меня чувствовать себя лучше.

— Жаль, что «У Тасти» не работает. Мы могли бы потратить все это на пончики. Ели бы до тошноты.

Поскольку сейчас середина октября, наше любимое детское убежище закрыто.

— У меня из-за тебя слюнки текут, — стонет он.

— В самом деле? — я понижаю голос, надеясь, что это звучит знойно. — Что еще я могу сделать, чтобы у тебя потекли слюнки?

— Черт, Лебедь. Даже не представляешь, как сильно ты меня только что завела.

Я смеюсь, глубже зарываясь головой в подушку.

— Расскажи мне.

— Зачем? Ты хочешь, чтобы я кончил, пока ты слушаешь?

Фух. Здесь вдруг стало жарко?

Я дергаю себя за футболку, чтобы немного проветрить.

— Нет. Я бы хотела посмотреть, — парирую я. Это звучит немного хрипло. Ладно, очень хрипло.

— Значит, ты хочешь, чтобы я переключил разговор на ФейсТайм?

— А ты бы это сделал?

Он издает длинное, глубокое рычание, которое заставило бы меня раздеться, если бы он был дома.

— Ты очень непослушная девочка, знаешь это?

Да, здесь определенно жарко.

Моя кожа покраснела, и я очень влажная между бедер.

— Думала, что тебе это нравится, — поддразниваю я.

— Не нравится. — Я уже готова бросить ему вызов, когда он добавляет. — Я это чертовски люблю. — Небольшая пауза, прежде чем он говорит. — Господи, я скучаю по тебе, Мавс.

Мягкость этих последних слов отрезвляет меня.

— Я тоже скучаю по тебе, Кэл, — шепчу я искренне.

Потребовались недели, чтобы привыкнуть к тому, что он здесь изо дня в день. А теперь его нет всего на одну ночь, и в этом старом доме сквозит холодом и одиночеством. Он уехал только сегодня утром, но я уже скучаю по нему. Больше, чем могу предположить.