Чтение онлайн

Вследствие этого бумажные деньги быстро стали популярными среди торговцев. Все больше и больше людей держали свои деньги в форме «пао-цзао», и почти не было случая, чтобы банкноты обменивали на медные деньги. Для владельцев бумажных денег было достаточно сознания того, что они в любой момент могут их обменять, не говоря уже об удобствах в повседневной жизни того обстоятельства, что за 1 «пао-цзао» действительно можно было купить количество товара, соответствующее по стоимости 10 000 «юань-пао».

Однако после поражения в битве с арабами в Таласской долине в 751 году и войн с тибетцами деньги «пао-цзао» начали обесцениваться. Огромных налогов уже не хватало для покрытия военных расходов. По распоряжению императора начался массовый выпуск бумажных денежных знаков без обеспечения их соответствующим количеством товаров или меди. Торговцы в панике начали сбывать бумажные деньги. Правда, один из императоров сделал было последнюю попытку спасти «пао-цзао», издав в 806 году указ о присуждении к смертной казни каждого, у кого имеется более 50 000 медных «юань-пао», но было уже поздно. Деньги «пао-цзао» вышли из доверия. Люди, вложившие свое имущество в бумажные деньги, оказались разоренными.

Бумажные деньги, следовательно, были хороши до тех пор, пока они служили цели, для которой их создали - облегчить товарооборот. Но как только их было выпущено больше, чем требовалось для оборота, «пао-цзао» превратились в ничего не стоящие клочки бумаги.

В 970 году династия Сун снова выпустила бумажные деньги -«пен-цен», или «удобные». Для обеспечения полного «удобства» с самого начала под страхом смертной казни было введено обязательное применение этих денег. В то же время император дал клятву обеспечить их устойчивую ценность. Однако законы денежного оборота не подчинены императорским клятвам. Недостаток товаров вследствие новых войн, сокращение товарооборота привели к увеличению

предложения бумажных денег, резкому упадку их стоимости, к инфляции, то есть к обесцениванию денег. Все усилия спасти положение остались безуспешными, пока, наконец, в 1488 году в Китае на долгое время не прекратили выпуск каких бы то ни было бумажных денег.

Тем временем, однако, попытки выпуска бумажных денег начались в других странах. В 1294 году бумажные деньги от китайцев переняли персы, а в 1337 году и японцы.

Любопытный способ сохранения денежного оборота выбрал мавританский эмир Юсуф в 1357 году. Находясь в осажденной врагами крепости Альгамбра, он выпустил временные деньги в виде квадратных кусочков бумаги с надписью от руки о том, что сам эмир обещает после снятия осады обменять бумажки на металлические деньги.

Подобные временные деньги, выпущенные во время осады, знает и история борьбы за свободу в Нидерландах. Они были выпущены в Ниддель-бурге в 1573 году, в Лейдене-в 1574 году, в крепости Камбре-в 1595 году.

Следует ли из этих попыток и неудач сделать вывод, что металлические деньги невозможно заменить бумажными?

. . . Только что сиявший в солнечном свете шотландский лес с одной минуты на другую потемнел. Двенадцати-четырнадцатилетние девочки и мальчики встревоженными глазами смотрели на небо. Будет буря, сказал кто-то. Быстрее! Дети сбились стайкой и быстрыми шагами направились домой. Но было уже поздно. Не успели они пройти и полкилометра, как буря настигла их.

Напуганные до отчаяния громом, молнией и треском ломающихся деревьев, промокшие до нитки дети укрылись от непогоды в крохотном лесном трактире. Вкусный глинтвейн, горячая пища, быстро подсыхающая у очага одежда и, главное, просветлевшее небо заставили их позабыть только что пережитый страх.

Лишь несколько мальчиков постарше взволнованно перешептывались, собравшись в кружок. Чем заплатить по счету? Есть у кого-нибудь с собой деньги? Все они были детьми зажиточных горожан, но где это слыхано, чтобы в Шотландии в 1684 году ребятишки, отправляясь на экскурсию, брали с собой деньги? И без того приходится нести много тяжестей - еду, питье и т. д. Неужели же еще и деньги тащить?

Насторожившийся трактирщик уже стоял перед ними.

– Пожалуйста, господа, вот ваш счет.

Мальчики беспомощно переглядывались. Тягостную тишину вдруг нарушил уверенный голос:

– Дайте-ка его сюда, добрый человек.

Все головы, как по команде, повернулись в направлении голоса. Худощавый мальчик с тонким красивым лицом, белокурый двенадцатилетний Джон Ло, сын знаменитого ювелира, действовал уверенно и решительно. На листке бумаги он написал: «Ордер на полсоверена»2, подписался и велел трактирщику представить ордер старшему приказчику его отца - деньги будут выплачены немедленно.

Изумление лишь возросло, когда ребята увидели, что довольный трактирщик бережно сложил бумажку и спрятал ее в карман. Джон делал вид, что не замечает устремленных на него удивленных взглядов товарищей, и вообще вел себя так, будто абсолютно ничего странного не произошло. Он попрощался с трактирщиком и предложил компании продолжать путь.

Старый Мэсон, приказчик Вильяма Ло, не впервые платил по «ордерам» Джона. Он беспрекословно заплатил и на этот раз.

Что же касается Джона, то, любя удобства, он почти никогда не носил при себе денег, и, поскольку у него, сына известного ювелира, охотно принимали снабженные его подписью бумажки, он сообразил: ордерами можно заменить деньги. Несколько раз он так и поступал. Но при этом его не оставляла в покое мысль: почему подписанная им бумажка удовлетворяет торговцев, почему они принимают ее так же охотно, как если бы это были деньги?

Эти вопросы занимали его уже с давних пор. А недавно от старого Мэсона он узнал очень интересные вещи. На столе старшего приказчика высилась гора золотых монет. Они были куплены у прибывших из Ливерпуля торговцев, причем вес и чистоту обработки каждой монеты

пришлось проверять особо. Джону эта работа казалась излишней, но умудренный опытом приказчик разъяснил ему ее важность.

Эти золотые монеты уже долгое время были в обращении. Они прошли через множество рук, постерлись, поизносились. К тому же различные сильные мира сего - короли, князья, а иногда даже богатые помещики - чеканят новые монеты, примешивая к сплаву все меньше золота и все больше дешевого металла. Другими словами: чеканят фальшивую монету. В их собственной стране пониженная стоимость монет не мешает товарообороту. Владельца товара чистота монеты не волнует: через пару часов или дней он передаст деньги в другие руки. Но за границей именно вопрос - каково содержание золота в монетах - является самым важным. Ибо в зависимости от содержания золота за них выплачивается и сумма в деньгах покупающей страны.

Но рассуждения старика Мэсона невольно лишь подтвердили мысли мальчика. Значит, товарооборот можно осуществлять и с помощью денег пониженной стоимости! Например, когда сегодня мама заплатила портному за платье 2 соверена, портному было совершенно безразлично, сколько граммов золота содержится в монете. Ему важно только получить за нее ткани, продукты питания, словом, другие товары в такой же стоимости, какую имеет платье.

Следовательно, деньги как оборотное средство не нуждаются в собственной стоимости. Но тогда, с точки зрения, например, того же портного, абсолютно все равно, получит ли он за свой товар золотые монеты пониженной стоимости или кусочек бумаги. Важно лишь, чтобы этот кусочек бумаги давал ему право на покупку других товаров.

Джон чувствовал, что ему открылось нечто очень важное. Значит, . . .если написать на бумажке, что это ордер на 1 соверен, эта бумажка включится в оборот в качестве денег, точно так же, как если бы она была золотом. В конечном счете эта бумажка, заменяющая золото, представляет собой не что иное, как бумажные деньги.

Джон с радостью рассказал о своем открытии отцу. Старый Ло с гордостью посмотрел на мальчика, однако, счел необходимым умерить его энтузиазм, удержать от новых «крамольных» идей.