История Эфиопии
Шрифт:
ПОКУШЕНИЕ НА ГРАЦИАНИ. ВЕЛИКАЯ РЕЗНЯ
19 февраля 1937 г. двое молодых эфиопов, Абрыха-Дэбоч и Могэс-Асгэдом, совершили в Аддис-Абебе покушение на Грациани. Бомба была брошена в тот момент, когда перед императорским дворцом собрались многие крупные эфиопские феодалы, которым вице-король должен был вручить подарки для бедных, желая тем самым снискать себе популярность. Совершая покушение, Абрыха-Дэбоч и Могэс-Асгэдом желали показать мировой общественности, что эфиопский народ никогда не примирится с оккупацией. Грациани остался невредимым, получив только небольшие ушибы. Изготовленная домашним способом бомба не обладала большой взрывной силой. {526} Было ранено несколько высших офицеров из окружения маршала, в том числе генерал Аурелио Лиотта, главнокомандующий итальянскими воздушными силами в Эфиопии. В ответ на покушение по приказу Грациани оккупационные власти совершили чудовищную расправу с населением Аддис-Абебы. События, имевшие место в Аддис-Абебе 19 февраля и в последующие дни, в эфиопистской литературе получили название "великая резня". Грациани отдал приказ стрелять в любого эфиопа, который появится на улице. Позднее безоружных людей убивали также и в домах. Зачастую дома поджигались, а по людям, пытавшимся выбраться из пламени, открывали пулеметный огонь. Столицу, где проходила кровавая расправа с эфиопским населением, окружили итальянские войска. Была прервана телеграфная связь Аддис-Абебы с миром. В этой акции участвовали фашистские "чернорубашечники-добровольцы.
Погром в Аддис-Абебе продолжался несколько дней. Репрессиям подверглись также жители всех близлежащих местностей, таких, как Йека, Фури, Акаки, Гэфэрса. Вскоре на деревьях, растущих вдоль дорог, ведущих к Аддис-Абебе, можно было увидеть множество повешенных эфиопов. Репрессиям были подвергнуты также другие города, такие, как Харэр и Дыре-Дауа. В самой столице в феврале 1937 г. было убито 30 тыс. жителей. Жертвой репрессий пала тогда почти вся немногочисленная эфиопская интеллигенция, если не считать той ее части, которая находилась в эмиграции или в партизанских отрядах. До настоящего времени день 19 февраля отмечается в Эфиопии как день национального траура.
Движение сопротивления не располагало современными средствами пропаганды, поэтому существенную роль в распространении антиитальянской пропаганды играли бродячие певцы и предсказатели, пользовавшиеся большим авторитетом у народов Эфиопии. После упомянутого покушения Грациани наряду с расширением общих репрессий в отношении гражданского населения и усилением военных действий против партизан приступил также к физической ликвидации этих певцов и предсказателей. О своих действиях Грациани таким образом информировал итальянское министерство колоний 19 марта 1937 г.: {527} "После покушения 19 февраля политические органы и полиция сообщили мне, что к опасным для общественного порядка элементам следует отнести бродячих певцов, ясновидцев и колдунов. Они распространяют среди отсталого, невежественного и суеверного населения неправдоподобные слухи о том, что якобы должно произойти полное уничтожение населения итальянцами, о приближающемся нападении на столицу повстанческих отрядов, использующих иностранную помощь, о близком возвращении ныгусэ во главе многочисленной армии и тому подобное... Убежденный в необходимости с корнем вырвать эту сорную траву, я отдал приказ задерживать и расстреливать всех бродячих певцов, ясновидцев и предсказателей в городе и окрестностях. На сегодняшний день ликвидировано 70 человек".
На следующий день Грациани получил от Муссолини телеграмму, полностью одобряющую его действия. 23 марта Грациани отдал приказ губернаторам провинций и командирам больших гарнизонов принять те же самые меры, что и в столице. Приказывая усилить репрессии главным образом на территории Шоа, Грациани заканчивал свой приказ словами: "Я жду сообщения о числе расстрелянных отшельников, предсказателей, певцов и бродячих ясновидцев. А также число тех, кто будет отправлен в заключение".
Особенно широко движение сопротивления развернулось среди ахмарского населения в Шоа. В связи с этим и репрессии оккупантов прежде всего были направлены против амхара как в Шоа, так и в других провинциях. Оккупационные власти считали эту группу населения своим главным врагом, в отношении которого они особенно ожесточенно применяли политику "всеобщего уничтожения". Среди многочисленных актов террора, проводившихся итальянцами в первые месяцы против амхара, следует отметить расстрел в Нэкэмте 24 апреля 32 амхарских сановников.
О политике, которой придерживались итальянцы по отношению к амхарскому населению, красноречиво свидетельствует инструкция Грациани военным и гражданским властям от 12 мая 1937 г.: "Действовать от моего имени более решительно против групп мятежников, с тем чтобы {528} их разоружить, а также полностью изолировать всех амхарских вождей, как крупных, так и мелких, для того чтобы в будущем избежать противодействия с их стороны. Остальная часть населения является апатичной массой, которую после изоляции вождей можно будет легко подчинить. Все должны это осознать. Гражданские служащие и военные командиры должны отбросить ложное чувство милосердия и гуманизма. У нас должна быть только одна цель - укрепление империи".
Для истребления населения предназначались также концентрационные лагеря, созданные на территории Итальянского Сомали. В них высылались прежде всего взятые в плен партизаны и - в соответствии с рекомендациями Грациани - те амхарские феодалы, которые, по мнению оккупационных властей, могли присоединиться к освободительному движению. Многие узники умерли в этих лагерях вследствие тяжелой работы и неслыханно трудных условий, которые там для них специально создавались.
В мае 1937 г. в ответ на участие духовенства в движении сопротивления Грациани приказал расстрелять монахов известного эфиопского монастыря Дэбрэ-Либанос. Осуществление этой акции 19 мая было поручено генералу Малетте, который получил лаконичный приказ: "Расстрелять всех монахов, пребывающих в монастыре". Испугавшись политических последствий, которые могла вызвать такая расправа в почти святом для многих эфиопов монастыре, генерал, по-видимому, послал Грациани запрос: правильно ли он понял приказ. 24 мая Грациани вновь ему телеграфировал: "Подтверждаю полную ответственность монастыря Дэбрэ-Либанос. Приказываю вашему превосходительству сразу же расстрелять всех монахов в Дэбрэ-Либаносе. Подтвердить словами - полная ликвидация". В конце мая 1937 г. в Дэбрэ-Либаносе приговор был приведен в исполнение: было расстреляно 320 монахов.
Уехавший за границу Хайле Селассие I вел на международной арене борьбу за оказание поддержки Эфиопии. В конце июня 1936 г. он прибыл в Женеву, чтобы лично просить помощи в Лиге наций. 30 июня 1936 г. на заседании Ассамблеи Лиги наций он произнес речь, в которой {529} указывал на варварские методы, с помощью которых итальянцы захватили его страну. Император обратился к Лиге наций с призывом оказать поддержку борющимся за свободу народам Эфиопии. Во время речи в зале заседаний произошел инцидент. Группа разнузданных, профашистски настроенных итальянских журналистов пыталась прервать выступление Хайле Селассие I громкими криками и шумом. Лишь через некоторое время представители службы общественного порядка заставили их покинуть зал.
Полная драматизма речь императора Эфиопии, произнесенная в Лиге наций, получила широкий отклик в мировой прессе. Однако это не оказало большого влияния на решение, принятое по эфиопскому вопросу в Женеве, ибо здесь не только не поддержали резолюцию, представленную эфиопской делегацией с требованием не признавать аннексии Эфиопии, но даже постановили ликвидировать антиитальянские экономические санкции. Была отклонена также просьба Эфиопии об оказании ей финансовой помощи в размере 10 млн. фунтов стерлингов. 6 июля 1936 г. Координационный комитет Лиги наций принял решение о ликвидации санкций с 15 июля 1936 г. Это означало окончательную и полную победу Италии в эфиопском вопросе в Лиге наций. Мало того, в сентябре 1936 г. итальянский министр иностранных дел угрожал, что итальянская делегация не будет участвовать в заседаниях Лиги наций, если в них впредь будет принимать участие представитель Эфиопии. В результате в том же месяце были ограничены права эфиопской делегации в Лиге наций. Таким образом, Эфиопия в соответствии с желанием агрессора была фактически лишена прав члена этой организации. Вслед за этим отдельные государства начали официально признавать аннексию Эфиопии 2. Первой это сделала Германия в октябре 1936 г. В ноябре того же года аннексию признали Венгрия, Австрия. В июне 1937 г. аннексию признала Япония. До 1938 г. аннексию признал ряд других государств. Согласились с ней также Великобритания и Франция. Против признания аннексии {530} в течение всего этого периода в Лиге наций энергично выступала делегация СССР. Не признавали ее также Соединенные Штаты Америки исходя из того, что исключительность влияния Италии в Эфиопии нарушает экономические интересы США в этой стране.
В ситуации, когда ведущие державы Западной Европы согласились с захватом Эфиопии, деятельность Хайле Селассие I в Лиге наций не могла принести конкретных результатов, но имела большое пропагандистское значение, ибо она не позволяла забывать миру, что Эфиопия борется за свободу и никогда не примирится с утратой независимости.
КНЯЗЬ АМАДЕО Д'АОСТА
И "НОВАЯ ИТАЛЬЯНСКАЯ ПОЛИТИКА"
Репрессии, применяемые Грациани после покушения 19 февраля 1937 г., не сломили движение сопротивления, хотя, несомненно, нанесли ему тяжелые потери. Правда, ослабла деятельность партизанских отрядов в провинции Шоа, главном центре антиитальянской борьбы, но одновременно было отмечено оживление военных действий против итальянцев в других провинциях, таких, как Уолло, Тигре, Бэгемдыр и Годжам. В сентябре 1937 г. партизанам удалось даже овладеть - хотя и на короткое время - одним из крупных центров в провинции Тигре - Адуа. В этом бою погибло несколько сотен итальянцев. В том же месяце партизаны разбили итальянский гарнизон в Дэбре-Таборе, главном городе Годжама, и 4 батальона оккупационных войск, направлявшихся ему на помощь. В октябре 1937 г. произошло крупное сражение партизан с итальянскими войсками, насчитывавшими более десяти тысяч человек. Итальянцы понесли тогда большие потери, однако и с эфиопской стороны потери были огромны. В частности, тогда был ранен баламбарас Таддэсэ-Ныгусе.
Борьбу в Годжаме продолжали битуоддэд Нэгаш-Бэззаббых, дэджазмач Мэнгэша-Джэмбэре и лыдж Бэлай-Зэллекэ. В Бэгемдыре и Тигре вели борьбу рас Уыбнэх-Тэсэмма, дэджазмач Гэбрэ-Хыйуот, дэджазмач Асфа-Уогэра, фитаурари Мэсфыл-Рэдда, лыдж Дэста-Мару и лыдж {531} Йоханныс-Мару, а также дэджазмач Хайлу-Уонд. В Тэмбене в партизанской борьбе прославилось имя фитаурари Хайлу-Кыбрэт. В Сидамо, после смерти Дэсты-Дамтоу, во главе освободительного движения стали кэннязмач Бэйенэ, кэннязмач Гудэте и кэннязмач Вэккэле-Уольдэ-Мэдхын. В Уоллеге боролся фитаурари Гэррэсу, а в Боране - дэджазмач Тэсфайе-Уольде. Следовательно, в конце 1937 г. движение сопротивления продолжало существовать. Стало ясно, что применяемая Грациани политика "тотального уничтожения" потерпела фиаско. Это было одной из причин отзыва в конце 1937 г. итальянским правительством Грациани с поста вице-короля Эфиопии. На его место был назначен Амадео д'Аоста.
Новый вице-король Итальянской Восточной Африки, не отказываясь от репрессий в отношении партизан, выдвигал, однако, на первый план политику разжигания межнациональной розни среди отдельных эфиопских народностей, стремясь с ее помощью ослабить движение сопротивления. Конечно, к этому методу итальянцы прибегали с первых же дней оккупации. В действиях против партизан они пытались использовать войска, навербованные из населения Сомали, Ливии и Эритреи. Однако очень часто случалось, что африканские отряды отказывались участвовать в такого рода борьбе, а иногда переходили даже на сторону эфиопов. Обычно отношения между итальянскими и сомалийскими солдатами, составлявшими ядро итальянских африканских отрядов, были очень натянуты. Итальянская администрация в Эфиопии прилагала много усилий, чтобы разжечь межплеменные распри и религиозные споры. Пытались, например, поссорить христиан с мусульманами, амхара с галла и сомалийцами. Старательно раздували всякий антагонизм. Для этого, например, в округа, населенные галла, назначали чиновников и служащих гражданской службы из амхара или стремились навязать мусульманам христиан и наоборот. Политика такого рода, естественно, отрицательно сказывалась на развитии движения сопротивления и на взаимоотношениях различных групп эфиопского населения, однако не в такой значительной степени, как этого ожидали итальянцы. В принципе оккупационным властям так и не удалось поссорить между собой народности Эфиопии {532} и натравить их друг на друга. Об этом свидетельствует наряду с другими фактами борьба против оккупантов партизанских отрядов, состоявших из представителей различных этнических групп, а также резолюция, которую в 1938 г. получил Хайле Селассие I от борющихся партизанских отрядов. В этой резолюции, в частности, говорилось: "Если в мире есть еще люди, которые думают, что мы можем подчиниться господству иностранной державы, то просим информировать их о том, что эфиопский народ никогда с этим не согласится. Пусть римский король спокойно пребывает в Риме. Эфиопия принадлежит только эфиопам. Враги хотели поссорить христиан и мусульман, жителей Шоа и Тигре, племена галла и амхара, сомали и данакиль - сынов одной отчизны и одного народа. Они хотели, чтобы мы убивали друг друга, но мы объединены и будем бороться все, как один, каждый на своем посту, пока враг не уйдет с нашей земли".