Чтение онлайн

Собираясь на охоту, король велел тайно вызвать к нему Хлодвига. Когда тот прибыл, герцоги Дезидерий и Бобон по приказанию короля схватили его и надели на него кандалы, отняв у него оружие и одежду. Они одели его в рубище и привели, закованного, к королеве. Королева же приказала содержать его под стражей, желая узнать у него, так ли все это, о чем она узнала, или сделал он это по чьему-либо совету и наущению, будучи связан тесной дружбой с какими-либо людьми. А он, все отрицая, рассказал лишь, что он в дружбе со многими. Наконец через три дня королева приказала переправить его, закованного, через реку Марну и содержать под стражей на вилле, называемой Нуази-ле-Гран. Там он и погиб от удара кинжалом и там же был похоронен. Между тем прибывшие к королю вестники сказали, что Хлодвиг сам заколол себя, и утверждали, что кинжал, которым он заколол себя, оставался еще в ране. Введенный в заблуждение этими словами, король Хильперик не проронил слезы по тому, кого он сам, можно сказать, предал смерти по наущению королевы. Слуги Хлодвига были отосланы в разные места. Мать же его Авдовера была жестоко умерщвлена. А сестру его, Базину, после того как ее опозорили слуги королевы, отослали в монастырь, где она находится и теперь, сменив светскую одежду на монашескую. Все их богатство было передано королеве. А женщину, которая наговорила на Хлодвига, осудили на сожжение. Когда ее вели, она, несчастная, начала кричать, что солгала. Но эти слова ей не помогли: ее привязали к столбу и заживо сожгли. Королевский конюший Хуппа притащил из Буржа Хлодвигова казначея. Надев на него оковы, он переправил его королеве для того, чтобы предать всевозможным пыткам, но королева приказала его освободить от наказаний и оков. И мы добились у короля, чтобы она разрешила ему удалиться невредимым.

40. После этого от сильной лихорадки скончался епископ Елафий из Шалона [120] , посланный по делам королевы Брунгильды в составе посольства в Испанию. Его тело перевезли оттуда и похоронили в его городе. Епископу же Евнию, о котором мы упоминали выше как о после бретонцев, не разрешили возвратиться в свой город; король приказал содержать его в Анже на общественный счет. Когда Евний прибыл в Париж и служил воскресную праздничную литургию, он вдруг, вскрикнув и захрипев, упал. Из его рта и носа потекла кровь; его унесли на руках. Однако он поправился. Он чрезмерно предавался вину и обычно так сильно напивался, что не мог держаться на ногах.

41. Мир, король Галисии, направил к королю Гунтрамну послов. И когда они проходили через границу области Пуатье, которая тогда принадлежала королю Хильперику, ему сообщили об этом. Король Хильперик приказал доставить их к нему под охраной и содержать их в Париже под стражей. В то время в город Пуатье пришел из леса волк; когда ворота закрыли, волка обложили и убили. Некоторые, кроме того, утверждали, что видели, как запылало небо. Река Луара, после того как в нее влилась бурная река Шер, поднялась выше прошлогоднего. Промчался южный ветер такой силы, что повалил леса, разрушил дома, снес изгороди и, увлекая самих людей, губил их. Он бушевал на пространстве около мили в ширину, а в длину и определить нельзя. Даже петухи часто пели с наступлением ночи. Произошло затмение луны, и появилась комета. За этим в народе последовала сильная эпидемия. Послов же свевов через год отпустили, и они вернулись на родину.

42. Маурилио, епископ города Кагор (Каор), страшно страдал от подагры. Он усиливал свои ужасные страдания болью от других злоключений, иногда прикладывая раскаленную кочергу к своей коже и ногам, чтобы увеличить свои страдания. На его епископство претендовали многие, но сам он отдавал предпочтение Урсицину, являвшемуся хранителем печати королевы Ультроготы, жены Хильдеберта I, о чем не раз просил Господа в своих молитвах вплоть до самой смерти.

Он был человеком необычайно милосердным, настолько хорошо знал Священное Писание, что мог цитировать по памяти родословную, приведенную в Ветхом Завете, которую немногие знали наизусть. Он был справедлив в своих решениях и, как сказано в Книге Иова, защищал бедных из своей епархии от десницы несправедливых судей: «спасал страдальца вопиющего и сироту беспомощного. Благословение погибавшего приходило на меня, и сердцу вдовы доставлял я радость. Я был глазами слепому и ногами хромому; Отцом был я для нищих, и тяжбу, которой я не знал, разбирал внимательно» (Иов., 29: 12—13, 15—16).

43. Король Леовигильд направил послом к Хильперику Агилана, недалекого человека, не обученного вести полемику, но известного своей неприязнью к католической вере. На его пути оказался Тур, и он воспользовался этим, чтобы вызвать меня на спор в связи с моими убеждениями и оскорбить догматы церкви.

«Епископы древней церкви были не правы, – говорил он, – когда заявляли, что Сын равен Отцу. Как он может быть равен Отцу, когда Он заявляет: «Отец Мой более Меня» (Ин., 14: 28). Неверно, чтобы Сын считал Себя равным Отцу, когда Он жалуется по поводу Своей жалкой кончины. Когда Он уже почти умер, Он передал Свой дух Отцу, как будто Он сам уже не обладал никакой силой. Отсюда становится совершенно очевидным, что он меньше Отца, как по силе, так и по возрасту!»

Отвечая на это, я спросил, верит ли он в то, что Иисус Христос был Сыном Бога, и признает ли, что Он являлся мудростью Господа, светом, правдой, жизнью, справедливостью Господа. Агилан ответил: «Я верю, что Сын Господа сделал все это». Тогда я сказал: «Скажи мне теперь, когда же Отец не обладал мудростью? Как же Он мог быть без света, жизни, правды, справедливости? Точно так же, как Отец не может существовать без всех этих вещей, так и Он не может существовать без Сына.

Все эти качества и соединяются в таинство имени Господа. Точно так же и Отца трудно назвать Отцом, если у него нет Сына. Когда ты цитируешь Сына, говоря «Отец Мой более Меня», должно быть тебе известно, что Он сказал это, находясь в униженном состоянии Своей плоти, когда Он допустил так, что Он мог совершить искупление – не через могущество, а через смирение.

Ты должен это помнить, когда приводились слова: «Отец мой более Меня».

В другом месте он говорит: «Я и Отец – одно» (Ин., 10: 30), относя Его дух к слабости Его плоти, чтобы мы поверили, что он является тем самым Богом, а также и человеком.

Агилан ответил: «Тот, кто делает, что велит ему другой, ниже его, Сын всегда не такой значительный, как Отец, потому что не существует доказательств того, что Отец выполняет волю Сына». Я ответил, что «Отец – это Сын и что Сын в Отце, и каждый существует в едином Божестве. Если вам нужны доказательства того, что Отец выполняет волю Сына, учтите, что наш Господь Иисус Христос говорит, когда Он приходит, чтобы воскресить Лазаря, но вы поймете это, если в целом уверуете в Евангелие, как там говорится: «Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня; но сказал сие для народа, здесь стоящего, чтобы поверили, что Ты послал Меня» (Ин., 11: 42).

Когда наступает время Его страстей, Он говорит: «И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира» (Ин., 17: 5). Отец отвечал Сыну с небес: «И прославил и еще прославлю» (Ин., 12: 28). Отсюда делаем вывод, что Сын равен Отцу по Божеству, а вовсе не ниже его и Он не уступает ему ни в чем ином. Если вы признаете, что Сын – это Бог, то согласитесь, что Он совершенен и что он безукоризнен».

Агилан ответил: «Именно после того, как Он сделался человеком, его стали называть Сыном Господа, но все-таки было время, когда Он не был таковым». – «Прислушайся к Давиду, говорящему от имени Господа, – сказал я, – «из чрева прежде денницы подобно росе рождение Твое» (Пс., 109: 3). И вот что еще говорит евангелист: «Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин., 1: 13). Тебя настолько ослепила разъедающая тебя ересь, что ты не понимаешь суть Божественного начала».

Агилан ответил: «Разве ты веришь, что Святой Дух – Господь, и действительно отстаиваешь, что Он равен Отцу и Сыну?» Я ответил: «Один Господь триедин, и три Лица составляют единство. Три Лица, но едино царство, едино величие, едина сила и всемогущество». Агилан ответил: «Святой дух, равный Отцу и Сыну, как ты говоришь, явно меньше их обоих, ведь мы читаем, что Его возвестил Сын и послал Отец. Никто не может возвестить то, что вне его власти, и никто не может послать то, что не является ниже его».

Сам Иисус заявляет в Евангелии: «Если Я не пойду, Утешитель не придет к вам, а если пойду, то пошлю Его к вам» (Ин., 16: 7). На что я ответил: «Правильно сказал Сын до Своих страстей, что если бы Он не вернулся с победой к Отцу, искупив грехи мира Своей собственной кровью и приготовив место Богу в душах людей, Святой Дух, то есть Господь, не спустился бы с небес в душу идолопоклонников, оскверненных первородным грехом».

Соломон говорит: «Дух Святой удалится от лукавства». Если бы ты верил в воскрешение, то не выступал бы против Святого Духа. Как говорится в Слове Божьем: «Если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему, если же кто скажет на Духа Святого, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем» (Мф., 12: 32). На что Агилан ответил: «Господь – Тот, кто послал, а тот, кто послан, – не Господь».

Тогда я спросил его, верит ли он в учение апостолов Петра и Павла. Агилан ответил, что верует. «Когда апостол Петр упрекает Ананию в том, что он вел себя нечестно на поле, которое продал, – сказал я, – он спрашивал: «Ты солгал не человекам, а Богу» (Деян., 5: 4). Когда Павел определяет степени духовной благодати, он заявляет: «Все сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно» (1 Кор., 12: 11).

Тот человек, кто достигает того, что и должен достичь, никому ничем не обязан. Как я уже сказал, ты совершенно заблуждаешься по поводу Святой Троицы, более того, то, как твой учитель Арий встретил свой конец, и показывает, насколько развращенной и порочной является твоя секта».