Чтение онлайн

– Кошка - замечательное животное, - задумчиво произнес тот.
– К тому же, у кота, сумевшего удрать от обоих старших, есть чему поучиться. Джи, ты уверен, что не хочешь, чтобы этот необычайный зверь был назван в твою честь?
– юноша поглядел на Цзин Цзи с едва заметной тенью иронии.

– Прекрати коверкать мое имя!
– взорвался Цзи, и метнул одну из палочек для еды.

Та, брошенная точно и с немалой силой, прилетела Сяо-Фаню прямо в середину лба. Слезы брызнули из глаз юноши, и он схватился за голову с болезненным вскриком. Уся-цзы, с усталой обреченностью покачав головой, аккуратно отставил в сторону пиалу с чаем, и, дотянувшись до Цзи, влепил ему крепкую оплеуху, от которой юноша едва не рухнул с табурета.

– Ай! Ты чего дерешься, старый?
– охнул он, обиженно глядя на нахмурившего кустистые брови учителя. Тот, вновь наклонившись к нему, стукнул юношу еще раз, едва ли не сильнее.

– Во-первых, называй меня “учитель”, негодник, - строгим тоном произнес старец, с осуждением глядя на утирающего злые слезы Цзи.
– Во-вторых, почему я должен вновь напоминать тебе о манерах? Драться за столом и бросаться принадлежностями для еды не пристало благовоспитанному юноше. И в-третих, отвечать ударом на слово - значит, признать свое поражение в словесной схватке.

– Младший проявляет ко мне неуважение, учитель, - обиженно ответил рыжеволосый юноша.
– Почему вы не бьете его, когда он дразнится? Разве это справедливо?

– Несомненно, младший обязан быть почтительным со старшими, - обстоятельно высказался мудрец, но его хитрая улыбочка, безуспешно пытающаяся спрятаться в длинной бороде, портила впечатление от степенности ответа.
– Если Сяо-Фань продолжит проявлять невежливость, я буду вынужден назначить ему наказание. Но, - он вновь обратил на Цзи строгий взгляд, - это не извиняет твоей неучтивости. Быть грубым с учителем, и нападать исподтишка на младшего, достойно наказания вдвойне.

– Хорошо же, - раздраженно ответил рыжеволосый юноша.
– Сяо-Фань! После окончания обеда, я приглашаю тебя обменяться воинским опытом. Как старший, я обязан помогать тебе в учебе, и, - он многообещающе ухмыльнулся, - будь уверен, я сделаю это со всем прилежанием.

– Я принимаю твой вызов, - блестя хитрой улыбкой ответил Ван Фань, предупредив и сердитую реплику Уся-цзы, и озабоченный жест Гу Юэсюаня.
– Но так как ты вызываешь меня, я выбираю время, место, и оружие. Наш поединок пройдет через две недели, на арене долины Сяояо. Какое твое любимое оружие?

– Парные клинки, меч и сабля, - озадаченно ответил Цзи. Он ожидал какого угодно ответа, но не этого. Согласие младшего сразиться с ним, противником, что был заведомо сильнее, выбило юношу из колеи.

– Пусть тогда твоим оружием будут тренировочные меч и сабля, - согласно кивнул Ван Фань.
– Я же, в свою очередь, буду сражаться… - он задумчиво пожевал губами.
– Учитель, какое, по-вашему, оружие подходит мне больше всего? Сам я не знаю никаких боевых искусств, и полагаюсь на вашу мудрость.

– Ты - чистый лист, Сяо-Фань, - медленно ответил тот.
– Ты можешь начать обучаться любому стилю, и твою предрасположенность к ним определит лишь твое собственное желание. Чему бы ты хотел обучаться?

– Даже и не знаю, учитель, - юноша задумчиво почесал нос. Этот странный жест вошел в его привычки совсем недавно, вместе с иномировыми воспоминаниями, и Ван Фань никак не мог от него отвязаться.

– Я был в восторге от мастерства Гуань-ди[1], Лу Чжишэня[2], и Сян Юя[3], описанного в классических трудах, и их оружие - сабля, шест, и меч, - внушают уважение, - продолжил он с расстановкой, больше для себя, чем для собеседников. Привычка излагать все за и против некоего решения тоже была наследством человека с фамилией Ли-хоу, и отторжения, в отличие от непроизвольных жестов, не вызывала.

– Но более всего, меня впечатлило ваше боевое искусство, учитель, - закончил юноша уверенно.
– То, как вы сразили разбойников по пути в долину Сяояо, открыло мне глаза. Те мужчины падали замертво от одного вашего прикосновения. Я хочу обучаться этому умению. Научите ли вы меня?
– вопрос в его глазах, обращенных на Уся-цзы, был спокойным, отражая окончательность принятого решения.

– В той стычке с бандитами, я использовал рукопашные и пальцевые техники, а также, прямые манипуляции внутренней энергией, - ответил старец. Его глаза смотрели поверх головы юноши, а голос был отстраненным - разум мудреца был занят некоей мыслью. Наконец, он перевел взгляд на Ван Фаня и утвердительно кивнул.

– Я начну обучать тебя рукопашному стилю Сяояо. Пальцевые техники, как и техники ци, пока слишком сложны для тебя, но я преподам тебе их, когда твои меридианы разовьются достаточным образом, а понимание боевых искусств Сяояо достигнет нужного уровня. Решено, так и сделаем, - он довольно улыбнулся.

– Если тебе понадобятся дополнительные тренировки, или же ты захочешь проверить силы в учебном поединке, обращайся ко мне, младший, - в голосе Гу Юэсюаня звучало одобрение.
– Я изучаю рукопашный бой, и пусть мои умения скудны, я с радостью поделюсь с тобой тем немногим, что усвоил, - он дружески улыбнулся юноше.

– Здорово, - ответил на улыбку тот.
– Обязательно потренируюсь с тобой, Юэсюань. Как насчет тебя, второй старший?
– обратился он к Цзин Цзи.

– Что?
– непонимающе ответил тот.
– Ты о чем это, Сяо-Фань?
– он растерянно почесал рыжий затылок. Второй раз за их совместный обед младший из учеников Уся-цзы вогнал своего старшего в когнитивный диссонанс.

– О совместных тренировках, и учебных поединках, - ответ Сяо-Фаня был дружелюбным, без капли насмешки, либо же недобрых чувств.
– Могу ли я обращаться к тебе за помощью?

– Погоди-ка, - недоверчиво нахмурился Цзи.
– Мы с тобой и так деремся через две недели. Если тебе не терпится быть отлупленным… то есть, получить мои наставления, зачем было называть такой поздний срок? И зачем тебе тренироваться со мной, выдавая свои силы и слабости?
– он оценивающе прищурился.
– Будь уверен, жалеть тебя я не стану, и использую все, что знаю и умею.

– Мы - не враги, - ответил Сяо-Фань со спокойной улыбкой.
– Когда учитель принял меня, ты стал мне братом. У меня мог быть брат до тебя, но моя мать умерла, так и не сумев дать ему жизнь. Теперь, когда небо одарило меня целыми двумя братьями, я несказанно рад этому, и даже не подумаю враждовать ни с одним из вас, - говоря это, он почувствовал влагу, наполнившую его глаза, и кое-как сморгнул ее.

– Если между нами и возникнет соперничество, второй брат по учебе, то оно будет лишь дружеским, - продолжил он.
– Я не знаю тебя пока что, но хотел бы стать тебе другом. Я буду старательно готовиться к нашему учебному поединку, и не прошу тебя сдерживать удары в нем - наоборот, я хочу, чтобы ты показал мне все, что умеешь, - серьезно поглядел на Цзи юноша.
– Но я не принесу в нашу дуэль злых намерений, и не обижусь на поражение. Наоборот, я попытаюсь усвоить все те уроки, что преподадут мне твои меч и сабля, - он скривился в притворной гримасе боли, и весело улыбнулся. Цзин Цзи не сдержал ответной улыбки, пусть и мимолетной.