Чтение онлайн

Исходная точка философского анализа Маркса – «действительные индивиды, их деятельность и материальные условия их жизни, как те, которые они находят уже готовыми, так и те, которые созданы их собственной деятельностью» [26] . Предметное поле философского размышления, по Марксу, – «человек и мир». Оно имеет, следовательно, два полюса, оно в сущности своей полярно, биполярно, в ответах альтернативно. Иное дело, что не все основные аспекты были более или менее Марксом теоретически проработаны, и, как всякая живая концепция, учение Маркса вовсе не вылито из одного куска стали, а содержит противоречия и незавершенности.

Маркс критиковал теоретиков, исключавших из истории отношение людей к природе, т. е. производство и воспроизводство самой материальной жизни. До тех пор, пока существуют люди, считал он, история природы, а именно то развитие, которое ей придает человек своей деятельностью, и история людей взаимно обусловливают друг друга. В этом смысле человек всегда имеет перед собой историческую природу и природную историю. Единство человека с природой и единство человека с человеком имеют социальное происхождение, хотя на начальных ступенях культуры природа выступает, прежде всего, как естественный поставщик средств жизнедеятельности. Труд является источником богатства только в единстве с природой – «первоисточником всех средств и предметов труда». Веществу природы человек сам противостоит как сила природы. Труд, созидатель потребительных ценностей есть независимое от всяких общественных форм условие существования людей. Марксова онтология – это онтология человеческой практики. Это одновременно и гносеология как социология знания, как диалектика (что было совершенно точно схвачено Лениным). Материальное начало, с которым непосредственно имеет дело философия, – практическая деятельность людей, то, что через нее вовлечено в человеческую жизнь. Родовая жизнь человека – переработка предметного мира. Благодаря производству природа оказывается его (человека) произведением, «человек удваивает себя не только интеллектуально, но и реально, деятельно и созерцает себя самого в созданном им мире» [27] . Правда, длительное время, как обнаружил теоретически Маркс, практическая деятельность людей выступает в отчужденной форме, даже готовит человеку апокалиптическую участь. Маркс же был убежден, что рано или поздно человечество преодолеет отчуждение, на той ступени развития, когда человеческая сущность станет «природной, природная – человеческой».

Таким образом, анализ духовной, в том числе религиозной и философской, истории человечества и практической его истории привел Маркса к выводу, согласно которому предметное и проблемное, исторически развивающееся поле философии – «человек и мир». Его философия, как было подмечено Бухариным, оформляется в категориях «практика» и «познание», «объект» и «субъект», «объективное» и «субъективное», «материальное» и «духовное», одним словом, в категориях, раскрывающих принцип материальности и принцип развития. Философия Маркса, по праву носящая эпитет научной, – это субъектно-объектное размышление, теоретически в своей основе и по существу своему выступающее в качестве основы мировоззрения. И когда Энгельс фиксировал в качестве основного вопроса философии вопрос об отношении сознания к материи, он выделял предельное основание субъектно-объектного взаимодействия, отношения человека к миру. Самосознающая себя научная философия отталкивается от практически действующего человека. Субъект в целом предстает в качестве иерархически сложного образования: человек, группа, общество, человечество. Объект-природное (фрагмент материи, на который направлена материальная и духовная деятельность людей) и социальное образование (материальное и духовное). Взаимодействие субъекта и объекта: практическое, познавательное, ценностное. Практика, которая, согласно известному афоризму, обладает по отношению к познанию и достоинством всеобщности, и непосредственной действительности, позволяет из исходного понятия объекта как фрагмента материальной действительности вывести категорию материи. Из целеполагания (практика как целереализация неотделима от духовной деятельности – целеполагания) – полярную ей категорию сознания.

Иерархичность субъекта и объекта, многоаспектность их взаимодействия, сама двухполюсная система человек и мир (субъект и объект) создают гносеологическую возможность альтернативных ответов на философские вопросы: чувственно-качественные характеристики либо присущи предметам, либо есть порождение субъекта, тоже с красотой и прогрессом, материальным и духовным… Да и философские системы в целом бывают онтологические, гносеологические, аксиологические… Маркс, как справедливо писал тот же Бухарин, дал синтез философского знания, основы современного синтеза, который можно только развивать, но не игнорировать.

Философия предстает как синтез научного, нравственного и эстетического освоения человеческого отношения к миру. Синтез познания и переживания, поведенческое воплощение мировоззренческих установок делают творческое философствование (в отличие от научного познания) индивидуально-неповторимым актом, сближая тем самым философию с искусством. Философия синтетична. Всякая редукция ее обедняет. Маркс выделил практический, теоретический и практически-духовный способы освоения мира. Практически-духовные: художественный, религиозный, политический, нравственный, то есть ценностные способы освоения. Его непосредственная основа – опыт человеческого бытия, мера освоения мира человеком и мера человечности этого освоения. Философия осваивает сущее сквозь призму должного. Марксова философия завершила коперниканский переворот, начатый Кантом. Фактуальное и оценочное знание предстают в единстве на основе веры как убежденности и надежды. Обычное философское сознание («форма сознания») существует в одном мировоззренческом поле с религиозным сознанием, философская теория как смыслообразующая антропология замыкается на рациональной вере. Духовность, о которой ныне много пишут, есть, в сущности – настроенность человека на поиск истины, добра, красоты, переживание такого поиска и движения к этим высшим ценностям, которые приобретают значение идеала.

Синтез научно-рационального, нравственно-волевого, художественно-эмоционального аспектов на почве субъектно-объектного раздвоения порождает философию – теоретическую в основе систему, которую М. Бахтин определил как «метаязык всех видов познания и сознания». Фиксирующие субъектно-объектное разделение, парные понятия оказываются не только качественно-количественными абстракциями, но и формами мысли. Философия – это диалог между субъектом и объектом и субъекта с субъектом, вопрошание мира и человека, спор, порождение и разрешение противоречий. Диалекта Маркса – не глобальное онтологическое учение о всеобщих законах, как таковых, которые можно зафиксировать вне субъектно-объектного взаимодействия, сектора, «вырубленного» в мире человечеством. Разве можно вне этой «прорези» отнести любой процесс к причине или к следствию, к необходимости или к случайности, к сущности или к явлению?.. Практический характер онтологии Маркса, его «практический материализм» определяют антропологическую окраску понимания Максом диалектики. Это не только учение о противоречиях рационального познания и стоящих за ними реальных отношениях. Это учение о противоречиях чувственной эмпирии, противоречивой игры эмоций и столкновении воль субъектов разного уровня, противоречиях интересов и мотивов, отражающих реальные коллизии. Одним словом, это не только Гегель, но и Фейербах, Шопенгауэр, Кьеркегор… Категории философии поэтому – не только формы мысли, но и ценностные ориентиры. Короче говоря, на них лежит неискоренимая печать практического происхождения и поведенческого знания. «Мы видим, – писал Маркс, – что разрешение теоретических противоположностей само оказывается возможным только практическим путем, только и посредством практической энергии людей, и что поэтому их разрешение отнюдь не является задачей только познания, а представляет собой действительную жизненную задачу, которую философия не могла разрешить именно потому, что видела в ней только теоретическую задачу» [28] .

Из специфики философского знания с необходимостью вытекает то, что в качестве основы мировоззрения оно завершается выработкой, сотворением смысла жизни. Не поиском смысла, ибо смысл – не грибы, а именно сотворением. Вне человеческой истории, которая есть субъектно-объектное и субъектно-субъектное взаимодействие, нет истины и заблуждения, добра и зла, прекрасного и безобразного. Сотворять смысл жизни – значит формировать индивида, как личность, как субъекта, соавтора человеческой истории.

Таким образом, философское знание возникает и развивается исторически в связи с размышлением о месте человека в мире, об отношении человека к миру и мира к человеку. Еще И. Кант представил убедительные доказательства того, что философия как знание, и как понимание (выявление смысла), и как оценка замыкается на человеке, «самом главном предмете в мире». Единство знания, понимания, оценки и есть мудрость.

Философия раскрывает человека в мире и мир для человека, субъектность и субъективность человека, объективность и объективность мира. Практическая природа отношения человека к миру предопределяет специфику философского знания, его аксиологическую природу, ориентацию на поиск истины, добра, красоты.

Альтернативность и комплементарность философских концепций восходят к парности философских понятий, которые коренятся в «расколе» будущего на субъект и объект и превращает эти понятия в категории. Философские парадигмы не сменяют друг друга, они существуют во взаимном дополнении.

Мы разделяем марксову парадигму и полагаем, что развитие философии как синтеза теоретического (научного) и внетеоретического подхода сохранит ее в качестве непреходящего основания философствования. Справедливо сказано: «В сущности, диалектический материализм – это сегодня основной тип современного материализма. И как бы его ни называть – марксистским, неомарксистским, постмаркскстким, он в наши дни не может быть сведен к совокупности формулировок столетней давности» [29] . Речь идет о критическом развитии этой философии, отказе от устаревших положений и интерпретации ее на современном научном и социально-историческом материале. С какого-то момента развития философского знания вопрос о смысле человеческой жизни и деятельности превращается в вечный вопрос всякого философствования. Прав Гегель: «История философии по своему существенному содержанию имеет дело не с прошедшим, а с вечным и вполне наличным и должна быть сравнима в своем результате не с галереей заблуждений человеческого духа, а скорее с пантеоном божественных образов» [30] . Как подтверждение справедливости гегелевских оценок выглядит нарастающая гуманизация философии – осознание человека не только в качестве основного объекта философского знания, но и признание его в качестве абсолютной ценности и самоценности. Формула «человек – мера всех вещей» как в реальном содержании, так и в его осмыслении обретает истинность только в развитии человечества. Удивительно емкие оценки философии извлекают из изучения ее истории чаще всего не сами профессионалы. Вот пример такой оценки философии: «Но философия – та никогда не подведет. Исчерпать ее невозможно. Она многообразна, как человеческая душа. В ней есть величие, поскольку она занимается познанием мира в его целом. Она трактует о вселенной, о боге и бессмертии, о свойствах человеческого разума, о цели и смысле жизни, о способностях человека и о пределе этих способностей; и если она не может ответить на вопросы, которые преследуют человека на его пути через темный и таинственный мир, то хотя бы убеждает его сносить свое невежество без ропота. Она учит смирению и вливает мужество. Она пленяет не только интеллект, но и воображение; и дилетанту, – вероятно, много больше, чем профессионалу, – она дает пищу для размышлений и грез, которыми приятнее всего коротать часы досуга» [31] .

Проблемное поле философии подвижно. Но при всем его изменении остается нечто вечное – это учение о мире (бытии), онтология, и учение о познании (гносеология), человеке, антропология. Поскольку философски понять человека – значит брать его в отношении к миру, а понять мир – значит брать его в отношении к человеку, связующим звеном выступает общая концепция ценностей (аксиология). В зависимости от того, на каком материале интерпретируются категории философии, складываются учения о познании (гносеология), философия природы, философия истории, философия науки, философия техники и т. д., и т. д. Философия одна и едина, лики ее многообразны.

Духовность как стержень духовной культуры связана с ориентацией на поиск истины, сотворение добра и красоты. Духовность как «душа народа» имеет своим основанием мировоззрение, которое разделяет соответствующий субъект (индивид, группа), будь то мифологическое, религиозное, философское мировоззрение.

Крушение устойчивого социального бытия сопровождается усилением разного рода религиозных и мистических настроений. И тогда «массовая культура» вытесняет подлинную, астрология – астрономию, знахарство – медицину. Наука выбрасывается на периферию общественной жизни. Кошмарный мир рождает кошмары, в том числе философские. Вас. Вас. Кандинский гениально просто выразил одну из тенденций связи бытия и духа: «Чем ужаснее становится мир (а именно теперь он ужасен, как никогда), тем абстрактнее становится искусство, тогда как счастливый мир создает искусство реалистическое» [32] . Не исчезли мифы. Более того, XX век дал им новую жизнь. Социальные иллюзии, ложные стереотипы внедряются в общественное сознание. Мифотворчеством заняты различные влиятельные политические силы. Средства массовой информации, расхваченные политическими группировками, – главное орудие формирования и тиражирования мифов. Но это уже не та мифология – не «бессознательно-художественная» (Маркс) переработка данных внешнего мира. Это – социально-политический миф. Вновь набирает силу (в немалой степени при поддержке СМИ) религия – богопознание, создание фантастического сверхъестественного мира и вера в него.