Чтение онлайн

Гитлер суммировал четыре главных задачи, стоящие перед Индией: нейтрализация британского влияния; выступление в качестве барьера против давления СССР; достижение соглашения с Японией по вопросу о восточной границе с Индией и, наконец, внутренняя реорганизация Индии с целью достижения единства, что может занять сто или даже двести лет [587] .

Шеф политической разведки гитлеровской Германии Вальтер Шелленберг особо отмечал, что в беседе с Босом Гитлер подчеркнул: «…в данный момент его не особенно интересует Индия, и что он предпочел бы предоставить Японии следить за ней и в политическом и в стратегическом отношениях. И только в том случае, если удача будет ему сопутствовать и впредь, если будут завоеваны Южная Россия и Кавказ, и немецкие танки достигнут Ирана, тогда и только тогда он будет готов совещаться с Босом о будущем Индии» [588] .

После долгих переговоров немцев с японцами о том, как переправить Боса на Восток, 8 февраля 1943 г. Бос покинул г. Киль на германской подводной лодке U-180. 28 апреля в районе острова Мадагаскар он перебрался на японскую подводную лодку I-29, которая доставила его в Сабанг близ острова Суматра 6 мая 1943 г. Оттуда самолетом он прилетел в Токио 16 мая 1943 г. Дважды – 10 и 14 июня 1943 г. – Бос был принят премьер-министром Японии генералом Хидеки Тодзио. Через несколько дней, выступая в парламенте, Тодзио заявил: «Япония твердо решила использовать все средства, чтобы помочь изгнать и устранить из Индии англо-саксонцев, которые являются врагами индийского народа, и способствовать Индии добиться независимости в полном смысле этого слова» [589] .

Отъезд Боса из Германии совпал с окончанием Сталинградской битвы 2 февраля 1943 г., которая стала переломным событием во Второй мировой войне. Другое дело на Востоке, где ситуация складывалась иначе. Японские войска уже к весне 1942 г. захватили Бангкок, Малайзию, Сингапур, а позже – Рангун (8 марта) и подошли к границам Индии. Сокрушительное поражение англичан в Юго-Восточной Азии оказало большое влияние на два с половиной миллиона этнических индийцев, проживавших в этом регионе. К тому времени у японцев находилось почти 55 тыс. индийских военнопленных, которых они собирались использовать в войне против английской армии. После захвата японцами Сингапура более 40 тыс. пленных индийцев были переданы под руководство также плененного ими капитана 14-го Панджабского полка Мохана Сингха.

Это положило начало созданию Индийской национальной армии (ИНА). 16 февраля 1942 г. премьер-министр Тодзио заявил, что захват Сингапура «предоставляет Индии великолепную возможность избавиться от жесткого британского гнета и принять участие в создании Великой Восточно-Азиатской сферы сопротивления». Тодзио не сказал ничего нового по сравнению с его предыдущими заявлениями на эту тему. Это его выступление не означало признания борьбы индийцев за независимость. Но очевидно, что Тодзио решил воспользоваться моментом и подтолкнуть индийцев к усилению борьбы против Англии. Представляет интерес, что в это же время (9 февраля) в Индии находился Чан Кай-Ши (1887–1975), который, помимо встреч с руководством колониальных властей, беседовал и с Ганди. Он обратился к индийскому народу с призывом «добровольно взять на себя полную долю ответственности в нынешней борьбе за спасение свободного мира, в котором Индия должна играть свою роль». При этом он подчеркнул, что Англия «должна как можно скорее передать реальную политическую власть народу Индии» [590] .

До августа 1942 г., пока не началась в Индии «Августовская революция», японцы не помышляли использовать индийских солдат в боевых действиях, но вели с их помощью пропаганду и разведку. Они приостановили свое продвижение к Индии в ожидании того момента, когда германские войска достигнут Персидского залива и Красного моря. Тогда можно было бы установить прямой военный контакт между двумя державами оси. Правда, надежд на это оставалось все меньше и меньше. «Августовская революция» в Индии хотя и способствовала подъему патриотического духа среди Индийской национальной армии, но не привела к изменению ситуации в пользу Конгресса и других национальных сил в самой Индии и за ее пределами. И тем не менее, к концу августа 1942 г. около 40 тыс. индийцев записались в ИНА. К 10 сентября 1942 г. первая индийская дивизия ИНА численностью в 16 тыс. солдат была готова к боевым действиям.

Капитан Мохан Сингх настаивал на формировании второй дивизии и даже на создании индийской армии из 250 000–500 000 солдат. Японцы не хотели форсировать события в этом направлении. Они не торопились признавать решения Бангкокской конференции (15–23 июня 1942 г.), в которой участвовали представители ИНА, Лиги индийской независимости и индийских общин, проживавших в странах Юго-Восточной Азии и Дальнего Востока. Бангкокская конференция потребовала, чтобы организация и управление ИНА находились в руках самих индийцев и чтобы ИНА стала национальной армией независимой Индии на условиях равенства с армией Японии. Решение вопроса о любой военной акции против британской или иной иностранной власти в Индии ставилось в зависимость от позиции Индийского национального конгресса. Конференция требовала, чтобы после освобождения Индии японское правительство уважало территориальную целостность и признало полный суверенитет Индии [591] .

Премьер Тодзио выразил крайнее недовольство решениями этой конференции и назвал их «наглыми» [592] . Японцы были заинтересованы в использовании ИНА в своих целях, но отказывались признавать независимость Индии. Не хотели они признавать и самостоятельности ИНА.

Между тем военная ситуация стала меняться не в пользу Японии. В мае и июне 1942 г. японский флот впервые за время войны потерпел ощутимое поражение в морских боях с американскими кораблями в Коралловом море и около атолла Мидуэй. Эта победа США лишила Японию господствующего положения на Тихом океане и оказала немалое влияние на их действия на суше [593] .

Что касается ИНА, то поведение японцев по отношению к индийцам становилось все более высокомерным и циничным. В начале декабря 1942 г. японцы дали ясно понять, что правительство Японии не несет никаких обязательств в отношении решений Бангкокской конференции и индийцам не следует ожидать от него декларации о независимости Индии. Кроме того, было заявлено, что все индийцы-военнопленные, не входящие в состав ИНА, считаются обычными пленными и не могут рассчитывать на какие-либо льготы. И наконец, дальнейшее увеличение сил ИНА может состояться только тогда, когда этого пожелают японцы.

Отношения между японским военным командованием и индийским руководством ИНА стали еще более напряженными после отказа Мохана Сингха направить части ИНА в Бирму и Голландскую Индию. Индийцы соглашались воевать только за освобождение своей страны. Конфликт завершился тем, что 21 декабря 1942 г. главнокомандующий ИНА Мохан Сингх издал приказ о роспуске ИНА и был уволен в отставку. Японцы стали разоружать ИНА. Четыре тысячи индийских солдат и офицеров ИНА были отправлены на тяжелые работы в Новую Гвинею и другие острова Тихого океана. Сам Мохан Сингх через несколько дней был арестован японцами. Ситуация зашла в тупик. К началу 1943 г. в ИНА насчитывалось около 8000 человек. Во главе Лиги индийской независимости японцы поставили Раш Бехари Боса, когда-то известного революционера, который бежал от английского суда в Индии за организацию покушения в 1912 г. на вице-короля Хардинга и с 1915 г. жил в Японии. По сценарию японцев он провел в апреле 1943 г. конференцию индийцев в Сингапуре. Лояльность индийцев к японцам была восстановлена [594] .

Решения Бангкокской конференции стали достоянием истории. И в это время в Японии появился харизматичный лидер Субхас Чандра Бос – однофамилец Р.Б. Боса. Прибытие С.Ч. Боса в Сингапур в июне 1943 г. открыло новую страницу в истории ИНА. При поддержке японцев он развил активную деятельность. Численность ИНА быстро возросла до 20 тыс. человек. В октябре 1943 г. он провозгласил создание Временного правительства свободной Индии, в котором занял все руководящие посты – главы государства, премьер-министра, военного министра и даже министра иностранных дел. Позже он предпочел, чтобы его называли нетаджи (вождь). Хотя Бос был главой виртуального государства, в ноябре 1943 г. японцы передали в его распоряжение оккупированные ими Андаманские и Никобарские острова, но под жестким контролем японского флота.

К тому времени, когда Бос принял на себя командование ИНА, во Второй мировой войне произошел коренной перелом на советскогерманском фронте. Среди решающих событий этого периода было поражение немцев под Сталинградом в январе 1943 г. А битва на Курской дуге 5–12 июля 1943 г., которая завершилась разгромом немецких войск, стала самым масштабным сражением в мировой истории и, по существу, решила исход войны. По словам американских военных историков У. Муррея и А. Миллетта, германская армия потеряла большую часть своих мобильных сил. «Наступило время подведения счетов», – пишут они. После этой битвы стратегическая инициатива перешла в руки советского командования [595] .