Чтение онлайн

Спустя несколько лет проповеди в Мекке, откровения Корана стали повторять учения прежних пророков (обычно библейских) и описывать опыт их народов. Как и в раннем монотеизме, божественный вызов принял историческую форму. Коран стал затрагивать общечеловеческие и даже социальные темы. И, несмотря на намеки в первой части суры II (Коран отказался от идеи избранного народа), в Коране не было такой явной исторической последовательности, как, например, в еврейской Библии. Однако чувство общей человеческой судьбы ощущается здесь очень сильно. В этих исторических рассказах пророк выступает как лидер правоверных, выступивших против своих врагов. При этом история Моисея стала излюбленной. Эти истории, конечно, отражали и те условия, в которых оказался сам Мухаммад. В результате очевидным событиям придавался божественный оттенок. Между тем тот факт, что курайшиты приняли новый культ Аллаха, означал не только исполнение моральных велений Создателя, но и признание Мухаммада в качестве политического лидера. По своей природе пророчество, обращение свыше к индивидуальному сознанию, неизбежно связано с отношениями между определенной группой и ее лидером.

Племенные формы существования в Мекке не позволяли создавать ни муниципальные, ни монархические институты. Следовательно, когда Мухаммад возвестил о поклонении единому Богу, которого почитали соседние империи, его некому было посадить в тюрьму как саботажника или иноверца. Более того, борьба между реформаторами и их оппонентами приняла форму личных маневров и семейных и клановых противостояний. Мусульмане представляли меньшинство в этой борьбе, что было их недостатком. Конечно, такая вражда не обходилась без личных преследований. Наименее защищенные от последователей Мухаммада, в частности рабы, не принадлежащие никакому клану, подвергались преследованиям врагов ислама и жестоким пыткам. Даже сам Мухаммад иногда получал невыносимые для араба оскорбления. Одним из самых неистовых борцов был дядя Мухаммада. В Коране он назван Абу-Ляхаб («огненный человек», обреченный на ад). Хотя в целом клан хашим, находившийся под руководством другого дяди Мухаммада — Абу-Талиба, был довольно лоялен к Пророку, однако большинство его членов не приняли новый культ. Враги Мухаммада опасались мести его семьи, поэтому не наносили ему личных оскорблений. Аналогичная ситуация складывалась с более благополучными последователями пророка. Им не угрожали увечьями или личными оскорблениями, хотя они, несомненно, несли финансовые потери, которые не возмещались бедуинским кодексом чести.

Мухаммад устанавливает «Черный камень» в Каабу после ремонта. Средневековая персидская миниатюра

Спустя два года после того как миссия мусульман была оглашена публично, некоторые правоверные (около восьмидесяти) начали переселение через Красное море в христианскую Абиссинию, где они надеялись получить (и получили) поддержку монотеистов. Некоторые приняли христианство и остались в Абиссинии. Но большинство вернулись в Мекку или (позднее) в Медину, где к тому времени обосновался Мухаммад. Главным поводом к переселению было спасение от преследования. Однако между тем мусульмане надеялись осуществить более глобальный план, чем тот, которому следовал Мухаммад [71] . Этот проект был первым шагом Мухаммада на политической арене. Заметим, что, став пророком, он столкнулся с определенными дилеммами. В любом случае, эта миграция наглядно иллюстрирует, насколько быстро последователи Мухаммада сформировали автономную группу, следующую своим путем.

Видимо, спустя три года после оглашения миссии, различные курайшитские кланы начали убеждать хашимитов прекратить покровительствовать Мухаммаду. Они объявили хашимитам бойкот и порвали экономические связи с ними. В течение двух или трех лет клан хашим находился в изоляции, пока разногласия между самими курайшитами не выросли настолько, что бойкот уже не имел силы. Однако вскоре, примерно в 619 году, умирает вождь клана и основной защитник Мухаммада — Абу-Талиб. С тех пор положение Мухаммада в племени становится очень нестабильным. Почти в то же время он теряет свою жену Хадиджу, которая всегда была для него надежной опорой. Мухаммад начинает предпринимать решительные действия, чтобы обрести серьезную поддержку своему делу.

Визит в соседний город Таиф не принес никаких результатов, там Мухаммада оскорбили и прогнали. Вернувшись в Мекку, он с трудом нашел в себе силы, чтобы добиться защиты в других семьях, кроме хашима (теперь враг Мухаммада — Абу-Аяхаб — был лидером клана) и остаться в городе. Мухаммад был крайне подавлен. Однако он был вознагражден духовно, несколько джиннов (духов), услышав, как он читает Коран, обратились в ислам. Затем Мухаммаду было видение, что он побывал на Небесах или, по другой версии, в Иерусалиме — городе пророков. (Вскоре мусульманская традиция стала определять это видение как мирадж, который занял центральное место в сказании о Мухаммаде.) Мухаммад настаивал на реальности этих явлений, чем шокировал некоторых своих последователей и отчасти спровоцировал их отход от него.

Вероятнее всего, первое время Мухаммад считал, что его миссия подобна миссии других пророков, и он должен направить на путь истинный только свой народ, курайшитов (однако во все времена любой желающий мог прислушаться к проповедям и войти в общину). И все же ясно, что большинство арабов, даже будучи язычниками и многобо-жниками, нуждались в правильном слове. В итоге Мухаммад начал проповедовать для всех желающих на больших ярмарках в окрестностях Мекки. В 620 году, спустя год после смерти Хадиджи, пророк встречается (в Акабе во время паломничества) с горсткой правоверных из Ясриба (позже названного Мединой) — плодородного оазиса, располагавшегося в двухстах милях к северу от Мекки. На следующий год эта группа вернулась и привела с собой новых членов. Они провозгласили себя мусульманами и дали обязательство во всем следовать за Мухаммадом и повиноваться ему. К 622 году число последователей выросло в шесть раз. Они обещали Мухаммаду и его мекканским приверженцам всестороннюю поддержку, если они согласятся перебраться в Медину. В том же году Мухаммад велит своим последователям, которых насчитывалось почти семьдесят человек, по очереди переселиться в Медину. И позже отправляется туда сам. (Это переселение, или миграция, названа хиджра.)

В последний год давление на мусульман обрело новые формы. Когда мекканцы осознали, что предполагает новое учение, они попытались сделать все возможное, чтобы не отпустить Мухаммада. Со временем мусульмане будут говорить, что даже существовал заговор убить пророка. Мухаммад и его преемник — будущий Абу-Бакр — бежали из города под покровом ночи и укрылись в пещере, где и переждали, пока прекратятся поиски (поскольку оказались вдали от своих покровителей в Мекке, но еще не добрались до спасительной Медины). Затем втайне они тронулись в свой путь. И уже у входа в Медину их встретили местные последователи и приняли Мухаммада как своего лидера.

Для мединцев подобный шаг стал решением насущных проблем. Медина издавна развивалась как сельскохозяйственный оазис (основной культурой являлись финиковые пальмы), восстановленный иудейскими арабскими племенами. Не считая религии, эти племена следовали тем же культурным традициям, что и остальные арабы. Хотя стоит заметить, что основатели этого племени пришли с севера и изначально принадлежали арамейским народам Сирии. Принятие еврейской религии позволило установить иудейский правовой порядок. Однако в последующие поколения вновь прибывающие кланы отказывались принимать иудаизм и оставались язычниками. При этом бедуинский «кодекс чести» порождал распри среди осевших семей. Во времена Мухаммада кланы разделились на две группы — аус и хазрадж. В итоге ситуация зашла в тупик, ни один человек не чувствовал себя в безопасности за пределами территории своего клана. Все, даже язычники, оказывавшиеся в иудейских племенах, постепенно проникались уважением к монотеистической религии. В послании Мухаммада они увидели возможность адаптировать монотеистический культ. Более того, они получали новый тип нравственных санкций и беспристрастного лидера, способного разрешить междоусобный спор. Так увеличилась аудитория, которая прислушалась к Откровению. И даже язычники, не проявившие интереса к новой вере, с радостью приняли нового лидера, способного восстановить мир [72] .

Для Мухаммада переселение в Медину было не просто бегством от недоброжелателей из Мекки. Это была возможность создать новый порядок социальной жизни, который требовала быстро развивающаяся религия. Культ Аллаха как Творца в первую очередь подразумевал личную нравственную чистоту. Но личная чистота обязывала к определенному социальному поведению: благородство по отношению к слабым и отрицание превосходства сильных. Более того, признанный факт, что нравственная жизнь человека зависит не от позволения, а от ожиданий, возложенных на него. Следовательно, менять нужно не только личность, но и все общество. Коран ясно дает понять, что новая жизнь доступна всем, а не только высоконравственным героям. Восхвалялась добродетель как тех, кто призывал к ней, так и тех, кто следовал этим советам. Новая жизнь должна воплощаться во всем обществе в целом.

Однако одной проповеди было недостаточно. Со временем стало ясно, что в обществе, основанном на противоположных принципах, мусульмане выглядели странными чудаками. Как бы то ни было, Коран требовал создания справедливого государственного устройства. В качестве контекста выступали естественная необходимость и личная чистота. Вполне очевидно, что любой язычник, не принимавший поначалу этот вызов, со временем не мог остаться равнодушным. Как бы ни складывались личные обстоятельства, язычники курайшиты не могли лояльно относиться к принципам, противоречащим их социальному порядку. Более того, новое движение предлагало альтернативу существующим нравственным нормам и социальному авторитету. Пока мусульмане представляли в Мекке меньшинство, они находились в тупике.

Мухаммад и его сподвижники представляли в Мекке нечто вроде новой клановой организации (видимо, на этом уровне аналогом может служить пример, когда Кусайя объединил курайшитов). Каждый человек сохранял приверженность исключительно к своему клану. Однако (этим отличается пример с Кусайей) в новом сообществе понятие лояльности было переосмыслено. Симпатия основывалась не на родственных связях, а на принятии веры, которую проповедовал Мухаммад. Для определения новой группы Мухаммад использовал слово умма. Изначально это понятие включало в себя весь народ, которому был послан пророк (то есть мекканцев), но со временем оно трансформировалось. Сейчас умма означает только тех людей, которые прислушались к Пророку и сформировали с ним новое сообщество. Во время переговоров с мединскими мусульманами Мухаммад явно установил превосходство над их религиозной общиной, которая даже в сравнении с мекканскими последователями была незначительной. Конечно, среди немусульман Мухаммад не высказывал подобных притязаний. Но политическая автономность мусульман позволила им сформировать определенный уровень социальных ожиданий. Более того, Мухаммад выступал в качестве хакима — беспристрастного судьи. Его полномочия распространялись даже на тех мединцев, которые не приняли ислам. Таким образом, Мухаммад приобрел авторитет за пределами уммы еще задолго до того, как вся Медина влилась в исламскую общину.