Чтение онлайн

Одновременно росла численность рабочих, увеличивалась их концентрация. В 1725–1730 гг. на 126 шелкокрутильнях Пьемонта трудились 7108 рабочих, а в 1787 г. на 272 крутильнях — 16143. На отдельных предприятиях работало по 70, 100, 120 человек. В 1786 г. на одном лишь предприятии по изготовлению шерстяных тканей в Милане было занято 500 рабочих города и 2000 деревенских жителей.

Постепенно увеличивалось население городов: в Турине в 1702 г. насчитывалось 43 866 жителей, а в 1791 г. — 92 449; в 1707 г. в Неаполе — 220 000, а в 1790 г. (без предместий) — 399 552.

Оживилась также внешняя торговля. Через порты Ливорно, Генуи и Южной Италии вывозились шелк и шелковая пряжа, вино, масло и другие сельскохозяйственные продукты.

Не следует, однако, переоценивать значение указанных успехов. Речь пока может идти только о количественном, а не о качественном росте. По-прежнему существовала традиционная структура производства в виде смешанных или централизованных мануфактур. Машинно-фабричного производства Италия еще не знала.

Наибольших успехов достигла промышленность в Австрийской Ломбардии. От нее еще сильно отставал Пьемонт, хотя и там расширилось капиталистическое производство. Некоторые сдвиги имели место и в Венето и Эмилии. Но в то же самое время другие области и города сильно отставали. В Венеции продолжался экономический упадок. В то время как в начале века ее шерстяная промышленность давала еще около 2000 кусков в год, в 1782 г. продукция сократилась до 600 кусков. В течение XVIII в. производство шелковых тканей уменьшилось с 18 тыс. до 1200 кусков в год. В 1780 г. действовало всего 8 мастерских по производству головных уборов, а ведь эта отрасль прежде процветала. Изделия стекольной промышленности с трудом находили сбыт.

Ничего не изменилось и в Папском государстве, где еще в конце XVIII в. 400 тыс. человек содержалось за счет благотворительности (при общей численности населения в 2300 тыс.). Слабыми были сдвиги и в Неаполитанском королевстве, если не считать появления ряда государственных текстильных мануфактур. Даже в Тоскане никаких существенных перемен не произошло. Здесь можно лишь говорить о значительном оживлении порта Ливорно, где росла предприимчивая и энергичная буржуазия, и о появлении во Флоренции крупного керамического предприятия, на котором трудилось несколько сотен человек.

Более заметные изменения происходили в деревне, куда устремились капиталы буржуазии и обуржуазивавшегося дворянства. Там проводились распашка целинных земель, вырубка лесов, мелиоративные работы. Делались попытки более рационально использовать земли при помощи введения непрерывного севооборота. Наиболее интенсивно эти процессы происходили в долине По, где, по словам Р. Виллари, происходила подлинная революция в агротехнике[582]. Особое внимание стали уделять специализации культур и приведению качества продукции в соответствие с требованиями рынка, благодаря чему росла сельскохозяйственная продукция. Шелковица получила более широкое распространение в Пьемонте, Ломбардии, Венето. Не случайно 2/3 экспорта Пьемонта составлял шелк. В Ломбардской долине интенсивно разводили скот. В 1753 г. там насчитывалось 20 876 коров, а в 1782 г. — уже 40 239. Эго способствовало развитию сыроваренной промышленности, продукция которой впоследствии стала важной статьей экспорта. В Венето продолжалось поднятие целины, культивировалась кукуруза. Интенсификация зерновых культур на почве мелиоративных работ имела место в деревне Эмилии. Неаполитанское королевство стало важным центром шелководства, виноградарства и разведения масличных культур; экспорт масла приобрел невиданные до того размеры.

Указанные процессы не проходили бесследно для сельского населения, так как повсеместно началось наступление на общинные земли и административную организацию сельских коммун, происходили огораживания частных землевладений.

Существенные изменения в производственных отношениях наблюдались в долине По, где господствующего положения достиг крупный капиталистический предприниматель. Исчезала испольщина, а испольщики превращались в сельскохозяйственных рабочих. Деревня прочно вставала на путь капиталистического развития. Не приходится удивляться, что именно данный район стал наиболее передовым в Италии. Достаточно вспомнить, что и в период наиболее глубокого упадка здесь не прекращались экономическая активность и прочные рыночные связи.

Иначе обстояло дело в других частях Италии, где интенсификация сельского хозяйства проходила в рамках существовавших производственных отношений. Крупная земельная собственность, находившаяся в руках дворянства и частично буржуазии, не только сохранилась в нетронутом виде, но и расширилась за счет общинных и крестьянских земель. В Тоскане, а также в большей части Северной Италии испольная форма ренты еще больше упрочилась. Укрепление связи землевладельца с рынком привело лишь к увеличению нажима на испольщика.

На Юге Италии увеличилась эксплуатация крестьян как со стороны землевладельцев и арендаторов, так и со стороны купцов и ростовщиков. Повсеместно шло дальнейшее обнищание и разорение крестьянских масс.

Были, наконец, районы Италии, почти вовсе не затронутые капиталистическим развитием. Это относится к Папской области, к островам и частично к Неаполитанскому королевству, где, несмотря на отдельные исключения, в целом еще сохранилось много необработанных земель, паровое поле, экстенсивное зерновое хозяйство, где еще в конце XVIII в. господствовали феодальные латифундии и феодальная юрисдикция, где мало было наемной рабочей силы, а связь с рынком осуществлялась через купца-ростовщика, подчинившего себе крестьянина. Таким образом, в этот период заметно усиливается наметившееся уже в прежние века различие между развитым Севером и отсталым Югом.

Углубление кризиса феодализма и начавшееся капиталистическое развитие способствовали дальнейшему разложению класса феодалов, большая часть которых продолжала жить прежними доходами, сохраняя в полной мере привычный образ жизни. Другая же часть, значительно меньшая, главным образом на Севере, подвергалась постепенному обуржуазиванию. Рост буржуазии происходил преимущественно в деревне северных районов страны.

Указанные изменения в экономической жизни принесли новые бедствия трудящимся массам. Лишь очень немногие из крестьян сумели превратиться в зажиточных фермеров и пополнись, таким образом, ряды буржуазии. Основная масса постепенно становилась батраками или уходила в города. Но там царила безработица, так как рост мануфактур отставал от темпа обезземеливания крестьян. Везде росли цены, а заработная плата оставалась на прежнем уровне, т. е. реально снижалась. Поэтому нищета в городах усиливалась. Увеличившееся число богаделен и приютов уже ничем не могло помочь. Городская и деревенская беднота начала уходить на чужбину — во Францию, Швейцарию, чтобы там найти заработок. По всей стране ширилось недовольство. В 1764 г, происходили выступления бедноты в Неаполитанском королевстве, в 1766 г. голодные бунты имели место в Тоскане, в 1773 г. восстала беднота Палермо, в 1781 г. вспыхнули народные волнения в Венето, а в 1790 г. в Тоскане. Как в городе, так и в деревне обстановка становилась все более напряженной.

Политика "просвещенного абсолютизма"

Кризис феодального строя и вызванные этим трудности в финансовой и административной сфере, желание предотвратить возникновение буржуазной оппозиции и боязнь народных масс привели итальянских государей к мысли о необходимости реформ. Нежелание внести коренные изменения в существующий общественно-политический строй, а стремление сохранить, укрепить и обезопасить его заставляло их прислушиваться к голосам просветителей, давно уже требовавших экономических, политических и церковных реформ. Объем преобразований и их последствия не были повсюду одинаковы; они зависели от уровня общественно-экономического и политического развития данного государства, от конкретной ситуации, идейных позиций самих авторов реформ и ряда других обстоятельств. Но в целом реформы носили более чем умеренный характер.

Наиболее актуальной являлась финансовая проблема, поэтому вполне закономерно, что реформы были направлены в первую очередь на ее разрешение.

В Ломбардии реформы проводились в течение длительного царствования императрицы Марии-Терезии (1740–1780), затем их продолжил ее сын Иосиф II (1780–1790), которым руководили не только финансовые соображения, но и стремление упрочить свое господство и централизовать власть.

Первой и наиболее важной была налоговая реформа. На основе нового обмера оценили все недвижимое имущество, независимо от сословной принадлежности его владельцев. Это дало возможность равномерно распределить налоги и ликвидировать всякие изъятия. Немалое значение для урегулирования финансового хозяйства Ломбардии имел выкуп государством внутренних таможенных, дорожных, мостовых пошлин и других косвенных налогов, проданных прежде частным лицам. Далее, правительство ограничило фидеикомиссы и право "мертвой руки" духовенства, закрыло ряд монастырей и религиозных орденов. Были упразднены инквизиция и церковная цензура, духовных лиц подчинили светскому суду, что нанесло удар по церковным привилегиям, противоречившим финансовым интересам короны. Целый ряд административных реформ способствовал большей централизации управления государством. Наконец, нельзя не сказать об отмене ограничений внутренней и внешней торговли.

В конечном итоге реформы привели не только к увеличению денежных поступлений в казну, но и способствовали оживлению торговли, свободной купле и продаже земельных владений и вместе с тем их переходу в руки новых, буржуазных собственников. Другими словами, ни в коей мере не задевая основ феодального строя, реформы все же открывали более широкие возможности для капиталистического развития и вместе с тем подготовили почву для будущих преобразований.

В Тоскане наибольшее количество реформ было проведено во Бремя правления великого герцога Петра Леопольда (1765–1790), сына Марии-Терезии и брата Иосифа II. Не лишенный политических способностей, он прекрасно понимал необходимость финансовых, административных и других реформ ради упрочения своей власти и господства дворян. Разрешение свободной торговли хлебом и другими сельскохозяйственными продуктами, отмена внутренних таможенных пошлин в сочетании с ликвидацией цеховой системы способствовали мобилизации деловой активности. Постепенная отмена фидеикомиссов и сильное ограничение права "мертвой руки" дали возможность свободно продавать и покупать недвижимое имущество. Благодаря ряду реформ удалось достичь несколько более равномерного распределения налогов и частично уничтожить налоговые привилегии. Однако правительство не смогло, по примеру Ломбардии, довести налоговые реформы до конца. Неудача постигла также проект конституции — как из-за нерешительности самого великого герцога, так и из-за отсутствия поддержки со стороны дворян.