Чтение онлайн

Сложные задачи стояли перед медицинскими работниками Карелии. Большая часть их находилась в армии, многие работали в военных госпиталях, развернутых на территории Карелии. Высококвалифицированная врачебная помощь, забота и внимание позволили возвратить в строй многих и многих раненых бойцов. Стремление спасти жизнь раненых советских воинов привело в доноры тысячи жителей Карелии. Так, медицинская сестра А. В. Подкопаева за годы войны сдавала кровь около 150 раз. Она удостоилась награды — ордена Красной Звезды. Республиканская станция переливания крови, руководимая старейшим врачами Карелии М. Д. Иссерсоном и В. А. Дрейман, уже в сентябре 1941 г. обеспечила снабжение кровью военных госпиталей Карельского фронта. Успешно решали медики задачи охраны здоровья трудящихся и непрерывной противоэпидемической профилактики. Добросовестно выполнили свой долг служения народу В. А. Баранов, С. А. Вишневский, В. Д. Тихомиров, А. А. Гуткин, Л. Т. Шунгская, Л. Т. Цалит, Л. И. Карлукова, Т. С. Лисичкина, Н. Д. Цаль и многие другие врачи.

Трудящиеся Карелии горячо подхватили инициативу передовых рабочих Москвы и других крупных промышленных центров страны по добровольному сбору личных средств в Фонд обороны. Рабочие и служащие ежемесячно вносили в Фонд обороны часть заработка, сбережения, драгоценности, облигации государственных займов. Широкое распространение в дни войны получили массовые воскресники по выполнению различных заданий. Свой заработок за этот день граждане перечисляли в Фонд обороны. Трудящиеся Карелии внесли в Фонд обороны Родины, по далеко не полным данным, свыше 20 млн руб. деньгами и около 1 млн руб. облигациями. В Фонд обороны страны труженики села передавали продукты питания как из коллективного хозяйства, так и из личных запасов. Колхозники Карелии, несмотря на сравнительно небольшие продовольственные ресурсы, сдали в Фонд обороны в 1943 г. 730 центнеров зерна, 404 центнера картофеля и овощей, а в 1944 г. — свыше 40 тысяч центнеров картофеля.

Составной частью общенародного движения за создание Фонда обороны СССР явилось патриотическое движение советских народных масс по сбору средств на вооружение Красной армии и Военно-морского флота. По инициативе рабочих Беломорского лесозавода и рыбаков-колхозников с. Вирма Беломорского района в Карелии развернулся сбор средств на постройку танковой колонны. 70-летняя колхозница колхоза «Восход» Беломорского района А. С. Королькова первая после окончания одного из митингов внесла свои сбережения — 100 руб. и до конца войны передала свою пенсию в Фонд обороны. Она сказала: «На фронтах сражаются с врагом пять моих сыновей. Я, несмотря на свой преклонный возраст, самоотверженным трудом помогаю своим детям громить врага. Я с радостью отдаю свои сбережения».

Санитарка Шуерецкой больницы Е. Ф. Благодарева писала в марте 1944 г. на фронт: «В прошлом году в этот день от руки немца погиб на Ленинградском фронте мой любимый сын. Два года прошло с тех пор, как скончался на операционном столе мой муж-фронтовик. Большое горе принесла война в мой дом. Это горе принесли немецкие и финские палачи. Горе рождает месть. Сердце мое хочет одного — отомстить убийцам. Собрав скромные сбережения, я пошла в Шуерецкую сберкассу и внесла на вооружение Красной армии 100 руб. деньгами и на 300 руб. облигаций государственных займов. Мне выписали квитанцию № 223162. Говорят, что солдат помнит номер своей винтовки. Я запомнила номер этой квитанции. Работаю я санитаркой больницы в с. Шуерецкое. Есть у меня трое малолетних детей. Они вырастут, и я расскажу им, как их отец и брат верно служили Отечеству, как их мать урывала свои трудовые копейки, чтобы помочь разбить врага. Дорогие наши воины, отомстите врагу за горе мое!».

Охотник колхоза «Путь к свету» Пудожского района А. И. Вирозеров передал в Фонд обороны 25 тыс. руб. Много лет подряд по-ударному трудился он на охотничьем промысле, и все накопленные упорным трудом сбережения передал на постройку танков для Красной армии. За свой патриотический поступок А. И. Вирозеров получил личную благодарность от Председателя Государственного Комитета Обороны И. В. Сталина. В этом патриотическом движении участвовали целые коллективы. Железнодорожники Кировской магистрали передали в начале 1943 г. на строительство самолетов, танков и бронепоездов 1140 тыс. руб. На постройку танковой колонны и эскадрильи самолетов «Комсомолец Карелии» комсомольцы республики собрали 1 165 976 руб., из них 1 010 741 руб. наличными. Пионеры и школьники на постройку танковой колонны и самолета «Карельский пионер» внесли 105 000 руб. наличными и 22 500 руб. облигациями. «Передайте комсомольцам и молодежи Карело-Финской ССР, — говорилось в телеграмме председателя ГКО И. В. Сталина секретарю ЦК ЛКСМ Ю. В. Андропову, — собравшим 1191 тыс. руб. на строительство вооружения для Красной армии, мой горячий привет и благодарность Красной армии».

За годы войны трудящиеся Карелии подписались на государственные займы, внесли на строительство танков и самолетов свыше 126 млн руб. личных сбережений. Танковые колонны «Карельский колхозник», «Железнодорожник Кировской магистрали», боевые самолеты «Карело-Финский донор», «Карельский пионер» и другие, построенные на личные сбережения трудящихся Карелии, сражались с вторгнувшимися захватчиками на земле и в небе.

Одной из форм патриотического движения в помощь фронту явилась забота трудящихся о раненых воинах. В октябре 1941 г. постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) был создан Всесоюзный комитет помощи по обслуживанию больных и раненых бойцов и командиров Красной армии. Аналогичные комитеты возникли на местах. Созданный ЦК Компартии КФССР в ноябре 1941 г. комитет по обслуживанию больных и раненых бойцов и командиров Красной армии (председатель комитета — секретарь ЦК Компартии И. И. Сюкияйнен), поддержав инициативу трудящихся, организовал шефство промышленных предприятий, колхозов и советских учреждений над госпиталями. Женщины дежурили в госпиталях, ухаживали за ранеными, убирали палаты, стирали белье. Некоторые предприятия оказывали помощь в оборудовании госпиталей и обеспечении их дровами. Трудящиеся организовали сбор мха, который использовался вместо ваты. Комсомольцы и школьники читали раненым газеты, журналы и книги, устраивали шефские концерты художественной самодеятельности. Колхозники Карелии направляли в госпитали свежую рыбу, молоко, мясо, ягоды. Предметом повседневной заботы стало удовлетворение материально-бытовых нужд семей военнослужащих, оказание им всевозможной помощи. В Карелии только в 1943 г. семьям военнослужащих было выделено 25,6 ц картофеля, 600 кг ягод, предоставлены участки земли под огороды и семена для посева. Колхозники Пудожского района обеспечили семьи фронтовиков дровами, в Медвежьегорском районе для детей военнослужащих в школах были организованы бесплатные завтраки, в Калевальском районе семьям воинов завезли дрова, сено, 67 человек были трудоустроены.

Проявлением народной заботы о Красной армии стал сбор и изготовление теплых вещей и белья для воинов, отправка на фронт праздничных подарков, оказание материальной и другой помощи семьям фронтовиков. Так, исполком Лоухского районного Совета депутатов трудящихся сообщал, что «в 1942 г. трудящиеся района, проводя сбор теплых вещей для Красной армии, собрали и отправили: кож коровьих 74 штуки, кож овечьих и козьих 486 штук, фуфаек и брюк 46 пар, теплых шапок 90, нательного белья 82 пары, варежек 180, полушубков 20 штук и много других подарков. Всего из 35 разных предметов внесено 1290 подарков». В Кемском районе в августе 1942 г. было передано для бойцов Красной армии 3636 теплых вещей. Вместе с подарками шли сотни писем, поздравлений, подробных отчетов о трудовых делах в тылу. Для вручения подарков на фронт выезжали представители трудящихся республики.

Патриотическое движение жителей Карело-Финской ССР, как и всех народов СССР, по оказанию всемерной помощи фронту явилось демонстрацией политической сплоченности советского общества, нерушимого единства фронта и тыла, армии и народа; оно умножало их силы в борьбе с вторгнувшимися захватчиками и в конечном счете стало главным фактором, обусловившим победу Советского Союза над фашистской Германией и ее союзниками.

К концу 1941 г. более половины всей территории Карело-Финской ССР оказалась оккупированной финскими и немецкими войсками, которые вводили собственные порядки в устройстве жизни населения. Еще накануне войны, 16 июня 1941 г., в Финляндии распространялась специально подготовленная записка «Планы некоторых мероприятий в Восточной Карелии». На ее основе разрабатывались конкретные вопросы и основные направления оккупационной политики. Суть ее сводилась к тому, что Восточная Карелия якобы исторически принадлежала Финляндии и поэтому должна находиться в ее составе. Заказанное президентом Р. Рюти специальное исследование об этом было напечатано осенью 1941 г. в Берлине под названием «Жизненное пространство Финляндии». Агрессивные намерения финских правящих кругов нашли свое отражение и в официальных документах, в частности, в приказах главнокомандующего финской армии маршала Маннергейма. А одна из официальных газет «Карьяла» писала, что Финляндия «имеет неоспоримое право на большую часть Советской России, не говоря уж о Карелии, до Свири, Онежского озера и Белого моря». Таким образом, участие страны в войне оправдывалось, во-первых, целью борьбы с советской властью и, во-вторых, необходимостью освобождения родственных народов и присоединения их территории к Финляндии».

Принятые Главной штаб-квартирой финской армии правила публикации сведений о Восточной Карелии и войне также во многом раскрывают государственную, национальную и военную политику Финляндии того времени и ее оккупационной администрации. Согласно этим правилам, следовало говорить только об «освобождении» Восточной Карелии (а не о ее завоевании) и что якобы карелы сами просили о своем освобождении. Рекомендовалось публично подчеркивать, что Восточная Карелия — это земля карелов, что у русских здесь нет никаких корней и что эта территория имеет большое значение для обороны и независимости Финляндии. Следовало говорить не о народе, а о населении Восточной Карелии, не о карельском языке, а о диалекте. О местном населении рекомендовалось писать доброжелательно: «Говоря о господствующей в Восточной Карелии отсталости, следует подчеркивать, что виноват в этом советский строй, а не население, которому, напротив, нужно отдать должное в том, что оно в трудных условиях сохранило свою национальность и обладает природной смышленостью и талантом. Необходимо подчеркивать, что теперь мы хотим поднять население Восточной Карелии на уровень, соответствующий этим замечательным качествам». Все публикации и новости о жизни Восточной Карелии должны были получить предварительное одобрение финских органов — отдела цензуры Главной штаб-квартиры или штаба Военного управления Восточной Карелии.

15 июля 1941 г. маршал Маннергейм отдал приказ об организации управления на оккупированной территории — Военного управления Восточной Карелии (ВУВК). Командир ВУВК подполковник В. Котилайнен в тот же день выпустил обращение к гражданам захваченных районов КФССР, в котором объявил, что он принял на себя руководство оккупированной территорией и что с этого времени каждый ее житель обязан выполнять требования финских военных властей. В каждом районе назначался начальник, которому принадлежала вся власть на местах. В перечне требований из восьми пунктов местным жителям запрещалось иметь любое оружие и радиоаппаратуру, находиться на улице ночью (с 21 до 6 часов утра), присваивать или портить оставшееся государственное (колхозное) имущество, хранить или распространять политические книги и необоснованные сведения; предлагалось гражданскому населению продолжать свою обычную работу и представить опись своего имущества, а оставшимся советским солдатам немедленно сложить оружие и сдаться в плен. За нарушение данных требований могла последовать смертная казнь.