Чтение онлайн

На следующий день состоялось торжественное оглашение Манифеста и молебствие по этому поводу в кафедральном Святодуховском соборе Петрозаводска. После молебствия учащиеся учительской семинарии, фельдшерской школы и гимназии устроили демонстрацию. Они прошли по центру города с пением «Марсельезы» и криками «Долой полицию!». Выйдя к Александровскому заводу, участники шествия пытались остановить работу, но, несмотря на поданный по их требованию из конторы сигнал, рабочие не покинули цехов. От завода учащиеся отправились к тюремной площади, где после пения «Вечной памяти» по жертвам 9 января разошлись по домам. Как видно, демонстрация носила характер эмоциональной реакции на объявление Манифеста, ее участники не имели определенных целей и не выдвигали конкретных политических требований. Нескольких участников шествия 19 октября исключили из гимназии.

22 октября после панихиды по умершему 29 сентября 1905 г. первому выборному ректору Московского университета С. Н. Трубецкому, которая была отслужена в петрозаводском кафедральном соборе, учащаяся молодежь вновь организовала демонстрацию. Однако на этот раз властям удалось взять ситуацию под контроль. На Петровской площади к демонстрантам вышел губернатор Н. В. Протасьев. В краткой речи он заявил, что «истинное значение гражданской свободы заключается в тщательном воспитании гражданами в себе чувства уважения к закону, любви к порядку», и призвал учащихся «воспитывать в себе свойства души настоящего гражданина». Речь Протасьева, обладавшего незаурядными ораторскими данными, произвела сильное впечатление на основную массу собравшихся. Губернатора подняли на руки и качали, после чего с возгласами «ура» демонстранты разошлись.

Рабочие Александровского завода откликнулись на объявление Манифеста митингом на Петровской площади 20 октября. Единственным оратором был высланный в Петрозаводск колпинский рабочий Петр Иванов, который подверг резкой критике порядки, существующие на заводе, в особенности произвол администрации. Через неделю после митинга 558 рабочих механического цеха подали горному начальнику петицию, содержавшую ряд экономических требований: введение 8-часового рабочего дня, повышение заработной платы, отмена вычетов из заработка на больничные расходы, бесплатное оказание медицинской помощи. Первоначально администрация отклонила петицию, но затем, с активизацией рабочего движения на заводе, пошла на частичные уступки.

Прямым отзвуком октябрьских событий в центре России явилась попытка организации профсоюза служащими Петрозаводской почтово-телеграфной конторы. На нелегальном собрании 26 октября работники конторы поддержали призыв связистов Москвы и Петербурга о создании Всероссийского союза почтово-телеграфных чиновников и приняли решение присоединиться к союзу. Но когда 16 ноября в ответ на запрещение правительством профсоюза в стране началась всеобщая забастовка почтово-телеграфных работников, петрозаводские связисты не проявили решимости и единодушия. Хотя ряд служащих высказался за участие в забастовке, их не поддержало большинство, опасавшееся немедленного увольнения. Так, первая в Карелии попытка создания профобъединения закончилась неудачей.

Примечательным свидетельством постепенного втягивания края в общероссийский революционный процесс явилась также двухнедельная забастовка учащихся Олонецкой духовной семинарии, совпавшая по времени с декабрьской всеобщей стачкой и вооруженным восстанием в Москве. Выступление, в котором приняли участие около половины всех семинаристов, стало полной неожиданностью для властей, так как семинария, в силу своей специфики, считалась наиболее благонадежным учебным заведением. Губернская газета в заметке «Забастовали» писала, что «забастовка не имеет местного характера и вызвана подражательностью другим семинариям». Петрозаводские семинаристы таким образом поддержали требования учащейся молодежи России о коренной демократизации системы народного образования.

К концу 1905 г. начала обостряться обстановка в деревне. Глухое брожение, наблюдавшееся в среде крестьянства края в течение всего года, стало перерастать в отдельных местностях в открытые выступления против существующих порядков. Так, 20 декабря сельский сход Кижского общества Великогубской волости Петрозаводского уезда, на который собралось 120 домохозяев, принял приговор об отказе платить земские сборы. Инициаторами выступили крестьяне-отходники Федор Минин и Никифор Русинов, в течение ряда лет работавшие в столярных мастерских Петербурга. По свидетельству сельского старосты, Ф. Минин прямо заявил на сходе, что «в настоящее время вообще в России не платят податей, а потому и здесь не следует платить их». В январе 1906 г. Ф. Минин и Н. Русинов были арестованы и заключены в Петрозаводскую тюрьму. Коллективный отказ от уплаты податей, под влиянием агитации вернувшегося из Петербурга крестьянина д. Высокая Нива П. Кочанова, зарегистрирован в декабре 1905 г. в Типиницком сельском обществе Толвуйской волости Петрозаводского уезда.

Одним из самых значительных событий 1905 г. стал крестьянский митинг 21 декабря в северо-карельском с. Ухта (Кемского уезда), в котором приняло участие около 300 человек. Митинг собрался в связи с обнародованием царского указа от 11 декабря 1905 г. о созыве I Государственной думы. Крестьяне выработали и приняли постановление, содержавшее ряд требований к Думе общедемократического и национально-демократического характера. Они высказались за «конституционный образ правления с правом равенства голосов при решении общегосударственных вопросов для лиц, достигших 21-летнего возраста, без различия пола, звания и национальности», указывали на необходимость «законной охраны», то есть правовых гарантий гражданских свобод. В отношении местного самоуправления ухтинцы выступали за введение выборности чиновников по крестьянским делам и перестройку деятельности администрации и полиции «в более современном духе».

В экономических пунктах постановления содержались требования о предоставлении всем гражданам равных прав на приобретение земельной собственности, об улучшении «экономического быта крестьян и вообще рабочего люда», приведении торгово-промышленного налогообложения в соответствие с подоходным принципом. Специфику края отражали пункты постановления о необходимости разграничения крестьянских и казенных лесов (в северной Карелии не было проведено землеустройство по реформе 1866 г.), запрещении отпуска леса из казенных дач до такого разграничения, о снятии таможенных барьеров «между карелами и Финляндией, как главного тормоза в местной торговле».

В документе впервые открыто поднимались проблемы национального развития карельского народа. Участники митинга настаивали, чтобы обучение в школах и богослужение в церквах велись на родном карельском языке, а также был обеспечен «доступ достаточного числа лиц из низших школ с инородческим языком в русские учительские семинарии». В постановлении говорилось о желательности знания чиновниками на местах национальных языков, указывалось на необходимость расширения школьной сети и перехода к всеобщему начальному образованию, строительства в крае больниц за счет государства. Таким образом, в постановлении крестьянского митинга в Ухте речь шла о введении в крае элементов национально-культурной автономии.

Организаторами митинга и разработчиками основных положений резолюции явились купцы и зажиточные крестьяне П. Афанасьев (Ахава), В. Еремеев (Ряйхя), И. Митрофанов (Каукониеми). В. Еремеев, проживавший в Ухте, занимался торговлей с Финляндией, а уроженцы Ухтинской волости П. Афанасьев и председательствовавший на митинге И. Митрофанов к тому времени уже являлись жителями финских городов Куусамо и Рованиеми. Манифестация закончилась принятием обращения к крестьянам других карельских волостей Кемского уезда с призывом обсудить постановление ухтинского митинга. В январе 1906 г. принятые на нем документы обсуждались на сельских сходах в целом ряде волостей северной Карелии, и на их основе была составлена петиция в адрес Государственной думы, под которой поставили свои подписи три тысячи крестьян-карелов.

После издания Манифеста 17 октября 1905 г., создавшего правовые основы для легальной политической деятельности, и под влиянием захлестнувших страну бурных революционных событий в Карелии ускорился процесс вызревания и самоопределения различных политических сил. Первыми открыто заявили о себе сторонники общероссийских либеральных политических партий — «Союза 17 октября» и конституционных демократов, сумевшие к концу 1905 г. сформировать в Петрозаводске свои партийные группы.