Чтение онлайн

— Разбиться по двое, — приказал командир. — Через тридцать минут каждой двойке надо принести сюда лягушку и ужа…

Двоек было четыре. Значит, четыре волшебные палочки будет у мальчишек с улицы Щорса! Это только сначала. А потом можно еще наловить ужей и лягушек, и у каждого будет своя личная волшебная палочка! Пусть тогда какой-нибудь браконьер вроде Степки Яликова попробует убежать от ребят с улицы Щорса!

— Повторяю, — сказал Колька, — через тридцать минут. Я смотрю на часы.

Конечно, чтобы посмотреть на часы, Кольке надо было бы сбегать домой или к соседям…

Ребята бросились к реке.

Через полчаса все двойки вернулись, и каждая принесла с собой лягушку. Но ни одна не принесла ужа.

Лягушек посадили в банку с водой, и мальчишки снова пошли на задание.

Прошло два дня, и лягушек пришлось отпустить. Надо ведь было чем-то кормить их, и половина армии перестала ловить ужа, а ловила мух — ничего другого лягушки не хотели брать в рот.

— Надо поймать сначала ужей, — рассудил наконец Колька. — А лягушек поймаем в любое время.

После долгих поисков удалось достать одного ужа. Писаренок выменял его у мальчишек с улицы Партизанской.

Поймать лягушку не составляло никакого труда, и скоро все было готово.

В тот день, когда армия Кольки Богатырева должна была стать обладателем первой волшебной палочки, шел дождь. Он барабанил по широким листам кукурузы, сбивал желтые лепестки с широких шляпок подсолнухов. Тугие капли шлепались в маленькое болотце у дверей сарая. На их месте вырастали и беззвучно лопались крупные пузыри.

Дождь глухо шумел, но через этот шум прорывался другой — говорливый, звонкий. Улица Щорса была предпоследней от реки, и в дожди по ней бежал глубокий ручей.

В другой бы день мальчишки готовились к навигации, которая обычно наступала после дождя.

По улице Щорса, задирая на больших волнах острые носы, мчались к речке легкие газетные корабли, медленно покачивались в мутной волне зеленые бутылки с вложенными в них записками. Записки предназначались в основном морякам военного черноморского флота.

Правда, когда вода сходила, их часто находили в траве, занесенной илом, где-нибудь в конце улицы, но ведь все равно часть бутылок попадала в речку. По ней они плыли в Кубань. А оттуда до моря — рукой подать.

Во время дождя из катушек и ученических перьев мальчишки мастерили турбины. Когда ручей на улице убывал, его перегораживали десятки плотин. Пока вода собиралась в запрудах, ребята пристраивали к плотинам узкие коридорчики из камней и глины. В конце каждого на длинном гвозде крепилась турбина. Потом проделывали проход в коридор, и вода, бурля и пенясь, устремлялась к турбинам.

Конечно, это очень интересное занятие, факт. Но сегодня мальчишкам было не до турбин. Их занимала одна мысль: поскорей заполучить волшебную палочку.

Они полукругом сидели в сарае вокруг старого ящика от посылки. На дне ящика свернулся кольцом большой черный уж. Те мальчишки, с улицы Партизанской, выдавали этого безвредного ужа за страшную ядовитую змею. Они закрасили ему желтые пятнышки на месте ушей и показывали с ним на улице всякие удивительные фокусы.

Армия так и не смогла отмыть краску. Уж и сейчас в самом деле был похож на ядовитую змею, и кое-кто из мальчишек посматривал на него не без опаски.

Витька Орех двумя пальцами достал из воды в стеклянной банке большую лягушку и бросил ее в ящик рядом с ужом. Колька держал наготове чисто выструганную палочку с узорами, которой в ближайшие минуты предстояло превратиться в волшебную.

— Ну, щас будет!.. — прошептал Колька и замер над ящиком.

Мальчишки во все глаза смотрели на ужа. Он не двигался. Он все так же спокойно лежал и не обращал на лягушку никакого внимания.

Лягушка забилась в угол ящика и беспомощно скребла по фанерному дну задними лапками, пытаясь вылезть.

— Боится! — сказал Писарь. И потом лягушке: — Он тебя не съест, не бойся!..

Шли минуты, но уж не проявлял желания закусить. Мальчишки трясли ящик, чтобы он увидел лягушку, подсовывали лягушку под самый нос ужа — все бесполезно.

— Что, если ему рот раззявить и сунуть туда лягушку? — предложил Орех. — А потом ее оттуда вытащить?..

Мальчишки поддержали его, но Колька был неумолим.

— Ух вы и хитрые! — сказал он. — Надо по правилам!..

Все мальчишки были в телогрейках, в шапках. У Кольки не было шапки, зато на голову его капюшоном был надет сложенный вдвое старый крапивный мешок. Он плащом спускался на Колькины плечи, и с этой палочкой, которой скоро предстояло превратиться в волшебную, Колька был похож на маленького краснощекого гнома.

— А если он так и не станет… — начал было Вовка Писарь, но вдруг умолк.

Голова ужа поднялась и медленно скользнула через свою спину на дно ящика. Уж разматывался, как веревка, если ее потянуть за конец.

— Ш-ш-ш! — прошипел Колька.

Он палочкой вытолкнул лягушку на середину и придавил ко дну ящика. Лягушка заворочалась и задрыгала лапками, но уж вдруг широко раскрыл беззубую пасть, будто зевнул, и скользнул к лягушке. Зеленая голова неожиданно быстро скрылась в маленькой пасти.

— Давай, Коля, давай! — Писарь захлебывался от восторга. — Ну?

Колька отпустил лягушку, потом поддел палкой голову ужа и подбросил ее вверх. Лягушка шлепнулась на фанерное дно и снова попятилась в угол.

— Ура-а-а! — заорали мальчишки.

Палочка стала волшебной.

Потом они закрыли ящик крышкой и положили на нее пару кирпичей. Пусть теперь уж расправляется с лягушкой — надо же ему и поесть. Он заработал.

Мальчишки вышли из сарая.

Ничто, кажется, не изменилось в мире.

Правда, кончился дождь. Но точно так он кончался каждый раз.

С умытых яблонь, что стояли у порога Колькиного дома, срывались тяжелые серебристые капли. Небо посветлело, и лишь далеко за горой медленно клубились иссиня-черные неуклюжие тучи. На ясене сидел взъерошенный скворец, чистил блестящие мокрые перышки.