Чтение онлайн

— Все оставайтесь на местах, иначе вы сорветесь вниз! Сейчас я спасу вас… Я сбегаю за Джульбарсом!

Колька галопом мчался по улице. Грязь летела у него из-под ног, и редкие прохожие шарахались в сторону.

Дома Колька схватил Джульбарса, нацепил саблю и, отмахнувшись от бабушки, опрометью выскочил на улицу.

Братья Шурки Меринка все так же мирно пускали кораблики, только рубашки у них теперь совсем промокли.

— Сделай лодочку, Коля! — безнадежно попросил один из Меринков, но Колька только махнул рукой и, ни слова не говоря, помчался дальше.

Вернувшись к саду Ольги Федоровны, полководец застал ту же картину. На дверях дома все еще висел замок. На дереве, как грачи, лепились мальчишки. Только Лопушок сидел теперь на одном сучке с Писаренком.

«Ничего, этот Лопушок свое еще получит», — подумал Колька.

Рыжая собака преспокойно лежала на старом месте.

— Ребята! — крикнул Колька. — Я Джульбарса принес!.. Он зарычит, и собака испугается. Тогда бегите!.. Ну, выручай, Джульбарсик, — прошептал Богатырев и обеими руками бросил щенка за плетень.

Джульбарс развернулся в воздухе и шлепнулся в ботву. Грозный рев потряс все вокруг, Колька съежился, а мальчишки наверняка бы посыпались с дерева, если бы не знали, что так может рычать только их верный друг Джульбарс, в прошлом Пушок.

Рыжая собака вскочила и страшно ощерилась. Шерсть у нее встала дыбом, в глазах заплясали злые зеленые огоньки.

Собака присела на задние лапы и прыгнула. Колька замахал перед собой саблей и закрыл глаза.

Вдруг раздался тонкий жалобный визг, и командир понял, что с громадной рыжей собакой покончено. Но картина, которую он увидел, когда открыл глаза, поразила его. Рыжая мирно наклонилась над Барсиком, и весь вид собаки выражал удивление. Барсик, подняв для защиты одну лапу, присел на задние и жалобно скулил — скулил тоненько, как прежде, когда еще ходил в Пушках.

— Джульбарсик! — растерянно прошептал Колька. — Барсик!..

Джульбарс, всемогущая собака, от чьего голоса холодели сердца прохожих, от чьего голоса должны были разрываться сердца шпионов, беспомощно тявкнул и задом пополз от рыжей собаки. И Колька понял, что от страха к Джульбарсу снова вернулся его прежний голос.

И в такую минуту, когда этот голос должен был решить все!

Рыжая собака равнодушно взглянула на беззащитного врага, потом на Кольку, который с саблей растерянно топтался у плетня, и пошла к дереву.

Джульбарс юркнул в кукурузу.

Теперь Колька не знал, как помочь армии, отрезанной от своего полководца. Он взглянул наверх и увидел, что Сашка Лопушок равнодушно жует. У него был вид обреченного. Колька отошел на другую сторону улицы, сел на мокрый холодный камень и задумался.

И тут полководец увидел в конце улицы черный зонтик. Домой возвращалась Ольга Федоровна.

Сердце у Кольки застучало. Он привстал с камня и попятился за куст.

«Успел спрятаться, не видела», — подумал Колька.

И тут вдруг что-то толкнулось в сердце: а ребята?..

Черный зонтик приближался, и Колькино сердце стучало громче и громче.

А когда Ольга Федоровна уже была рядом с калиткой, Колька отшвырнул саблю подальше в траву и, собрав все свое мужество, шагнул навстречу Лютику Едкому.

Она, кажется, сразу же увидела Кольку и приветливо улыбнулась. О, это она умеет делать! Зато потом…

Ноги у Кольки дрожали, но он тоже попытался улыбнуться, и улыбка, перемешанная с надеждой и страхом, замерла на его лице. Он приподнял кепку и поздоровался.

— Добрый день, Коля! — ласково сказала Ольга Федоровна. — Чего ты в наших краях?

Но Колька уже, кажется, собрался с духом, и поэтому он, не отвечая на вопрос учительницы, как можно веселее сказал:

— Ну и собачка у вас, Ольга Федоровна!.. Где вы ее только достали?..

— Понравилась? — расплылась в улыбке Ольга Федоровна. — Хорошая собачка, верно?.. Ее недавно подарили мне мои бывшие ученики…

— Хор-хорошая… собачка, — бодро улыбнулся и Колька. — Но только она какая-то интересная…

— Она умница! — сказала учительница.

— Но вы… вы знаете, Ольга Федоровна, она загнала… ну загнала на дерево наших мальчишек!..

— Как? — удивилась учительница и даже опустила зонтик.

— А так… — без особой уверенности сказал Колька. — Они шли… шли вот по улице спокойно. А она выскакивает и — гав! И погнала мальчишек на дерево!..

— Где же она? — Ольга Федоровна со страхом оглядела тонкие акации, которые росли на улице. — Где они, Богатырев?

Колька махнул рукой:

— Они там… во дворе… у вас…

Учительница медленно подняла брови, и командир с тоской понял, что от его объяснений пахнет враньем. Поэтому он тут же несмело добавил:

— Во дворе, конечно… Разве на этой акации спасешься от такой собаки… Ну… они во двор, и на дерево — р-раз!

— Но как Дианка выскочила? Вы, наверное, открыли калитку?..

— Нет, она сама!

— Кто сама? — строго спросила Ольга Федоровна. — Калитка?

— Нет, Дианка… — пролепетал Колька.

Учительница толкнула калитку, и Колька покорно побрел следом.

Лютик всплеснула руками, увидев на дереве целую армию. Она тихонько рассмеялась, так, что не слышал даже Колька, и пошла к собаке.

Потом она держала Дианку за ошейник, а мальчишки по одному спускались с дерева и, вежливо пятясь, здоровались с Ольгой Федоровной. Они боком обходили Дианку, а Писаренок даже попробовал ей улыбнуться. Но улыбка, наверное, получилась предательской, потому что рыжая вдруг ощерилась на Вовку.

— Ах ты противная Дианка! — с сердцем сказала Ольга Федоровна. — Разве можно обижать таких хороших ребят?

Она закрыла собаку в сарае и принесла из дома яблок. Яблоки лежали в сите и были самыми красными, самыми спелыми.

— Ветер сбил, — пожаловалась учительница, — собрала нынче утром, ешьте…

«Делает вид, что поверила, — грустно подумал Колька. — Уж лучше бы отругала как следует, — так нет же. Сказано — Лютик Едкий!»