Чтение онлайн

Таким образом, в результате японо-китайской войны Япония окончательно избавилась от своего главного соперника за преобладание в Корее. В первые дни после начала войны Япония смогла взять в свои руки контроль над положением в стране. С помощью корейских сановников-реформаторов прояпонской ориентации в Корее стали проводиться реформы, направленные на модернизацию страны и открывшие новые возможности для колониальной эксплуатации со стороны капиталистической Японии.

Через несколько дней после захвата японцами королевской семьи — 27 июля 1894 г. при королевском правительстве сановниками-реформаторами было создано новое Управление по военным и государственным делам (Кунгук кимучхо) [226] , на которое возложили задачу проведения широкомасштабных реформ, получивших впоследствии название реформ года кабо. Кабо —это название 1894 г. согласно традиционному лунно-солнечному календарю. Управление по военным и государственным делам возглавлялось председателем Ким Хончжипом (1842-1896), которого называют сановником «центристской» ориентации, занимавшим промежуточное положение между «консерваторами» и «реформаторами». Кроме того, в его состав входили один заместитель, от 10 до 20 рядовых членов и 2-3 секретаря.

С первых дней существования Кунгук кимучхостало издавать указы, направленные на реформирование страны. Всего за время существования Управления было издано 208 указов. Согласно этим постановлениям, королевское правительство должно было состоять из двух частей — Внутридворцовой палаты (Куннэбу)и Палаты обсуждения политики (Ыйчжонбу).Таким образом, дела королевского двора отделялись от остальных государственных дел. В подчинении палаты Ыйчжонбутеперь находились восемь вновь созданных министерств: внутренних дел, внешних сношений, военное, юстиции и др.; отменялась система государственных экзаменов на знание конфуцианской классики. Для реформирования экономики был издан ряд положений о преобразованиях сферы налогообложения, денежной системы, о функционировании банков, унификации мер и весов. Однако главными, по-видимому, были указы в социальной сфере, по которым янбаныуравнивались в правах с простым народом, отменялась категория лично-зависимого населения нобии запрещалась купля-продажа людей. Вдовам было разрешено повторное вступление в брак. Запрещались ранние браки; нижняя граница брачного возраста определялась в 16 и 20 лет для женщин и мужчин соответственно.

Однако первый этап реформ, предпринятый в год кабо,оказался неэффективным. Во-первых, в современной историографии отмечается отсутствие широкой поддержки преобразований в корейском обществе, поскольку реформы, хотя и проводились корейцами, изначально были инициированы японцами [227] . Во-вторых, действие новых указов нередко ограничивалось только столичной провинцией Кёнги. В-третьих, тэвонгун,вернувшийся с помощью японцев к делам управления, хотя и являлся гарантом освобождения от влияния группировки королевы Мин, но в то же время тормозил проведение реформ. Поэтому 17 декабря 1894 г. Управление по военным и государственным делам было ликвидировано, как отмечается в литературе, «по инициативе» вновь назначенного в Корею японского посланника Иноуэ Каору, а формально — по указу государя Кочжона.

Действительно, к концу 1894 г. японские войска уже находились в столице, во всех важнейших портах страны, на севере Кореи, где недавно были разбиты китайские войска, и в ее центральной части, где в ноябре было подавлено крестьянское восстание тонхак.Таким образом, японцы обладали реальной силой воздействия на корейское правительство. К концу 1894 г. они увидели, что в стране, тысячелетиями жившей в соответствии с указами короля,никто не воспринимает всерьез постановления непонятного Управления по военным и государственным делам, даже несмотря на то, что эти постановления получали королевское подтверждение.Поэтому было принято решение проводить реформы напрямую от имени корейского короля.

7 января 1895 г. по настоянию японского посланника государь Кочжон в Храме предков ( Чонмё)королевской семьи публично принес клятву, состоявшую из 14 основных пунктов и получившую название «Четырнадцать великих законов». Клятва, в принципе, повторяла основные направления уже начатых реформ, но, произнесенная устами монарха, она должна была способствовать их скорейшей реализации. В ней, в частности, говорилось об отказе от традиционного подчинения Китаю, отделении дел королевского двора от дел государства, упорядочении системы налогообложения, отмене сословного разграничения при отборе на государственную службу, разграничении гражданских и уголовных законов.

Вместо Кунгук кимучхобыл создан Объединенный кабинет (Ел-лип нэгак),во главе которого встал все тот же Ким Хончжип. Число министерств, подчиненных кабинету, сократили до семи. Однако все это не дало ожидаемых результатов, помимо того, что была реорганизована система административного деления страны, а в Сеуле и провинциях — учреждены полицейские управления нового образца.

Вмешательство японцев во внутренние дела страны стало вызывать активное сопротивление как простого народа, так и королевского двора. В апреле 1895 г. в связи с судебными разбирательствами по поводу участия в «заговоре» внука тэвонгуна —Ли Чжунъёна [228] (1870-1917), тэвонгунокончательно отошел от дел, предоставив тем самым возможность активизироваться группировке королевы Мин, которая в условиях потери влияния Китая пыталась искать помощи у России для противостояния японскому влиянию. В конце весны — начале лета 1895 г. в Сеуле прошел слух, что одна из центральных фигур кабинета — Пак Ёнхё (участник государственного переворота 1884 г.) готовит заговор с целью свержения государя Кочжона. Опасаясь ареста, с помощью японцев Пак Ёнхё бежал в Японию. В кабинет были назначены сановники прорусской ориентации — Ли Ванъён (1858-1926) и Ли Бомчжин (1853-1911).

Такой поворот событий грозил потерей влияния Японии. Поэтому вместо Иноуэ Каору в Сеул в сентябре 1895 г. в качестве японского посланника прибыл генерал Миура Горо. Для восстановления прежней роли в правительстве Кореи прояпонски настроенных министров, а значит и восстановления влияния Японии, требовалось нейтрализовать прорусски ориентированную группировку королевы Мин. Японцы решили расправиться с самой королевой. 8 октября 1895 г. японские солдаты, а также некоторое число корейцев ворвались в королевский дворец Кёнбоккун и зверски убили королеву Мин. Через два дня японцы вынудили правительство издать указ, лишавший королеву всех ее санов и причислявший к разряду простолюдинов. На следующий день, правда, учитывая то, что королева была матерью наследного принца, ее повысили в ранге до наложницы первого класса.

Сразу после убийства королевы расстановка сил в кабинете, во главе которого встал Ким Хончжип, снова изменилась в пользу японцев. Государь Кочжон фактически оказался пленником японцев. Поэтому 26 ноября, в день, когда королеве Мин все-таки возвратили королевский сан, группа оппозиционно настроенных сановников во главе с Ли Бомчжи-ном попыталась освободить короля Кочжона из японского плена, однако эта попытка потерпела неудачу.

Японцы стали хозяевами в корейском правительстве и через своих сторонников начали проводить реформы, вошедшие в историю под названием «реформы года ъиълш», т.е. 1895 г. Реформы повергли все корейское общество в состояние шока. Было решено, что с 1 января 1896 г. в Корее вводится новое европейское летоисчисление. Но самое главное —30 декабря 1895 г. был провозглашен указ об обязательной стрижке волос мужчинам и запрете носить традиционные прически. Сам государь Кочжон был вынужден первым исполнить свой указ. На протяжении столетий прическа была неотъемлемой частью обряда жизненного цикла корейца, позволяя внешне отделять совершеннолетнего от несовершеннолетнего, была важнейшим элементом внешнего облика, который предписывалось соблюдать в соответствии с многочисленными ритуалами. Указ о стрижке волос разрушал традиционную систему церемоний и ритуалов. Убийство королевы и насильственная «модернизация» Кореи вызвали крайнее негодование народных масс. В провинции стали появляться антияпонские партизанские отряды «Армии справедливости» (Ыйбён).

Король Кочжон, находясь фактически под домашним арестом, чувствовал, что и стране, и ему лично угрожает серьезная опасность. В таких условиях он начал налаживать активные тайные контакты с Россией, надеясь на ее помощь. Через российского поверенного в делах К. И. Вебера он передавал российскому правительству просьбы объявить протекторат России над Кореей. Россия не могла пойти на подобные кардинальные шаги, однако помощь королю была оказана.

После того как вооруженная попытка «прорусской группировки» осуществить контроль над центральным королевским дворцом Кёнбоккун и освободить короля окончилась неудачей, Ли Бомчжин и Ли Ванъён стали вести переговоры с российским поверенным в делах К. И. Вебером о возможности переезда государя Кочжона в российскую дипломатическую миссию в Сеуле.Согласие было получено, и 11 февраля 1896 г. они организовали тайный переезд в российскую миссию короля и наследника престола, переодетых в женское платье и находившихся в женских паланкинах. Так началось более чем годичное пребывание короля Кочжона в российской дипломатической миссии, в которой проводились заседания корейского правительства, и которая на время стала сердцем Кореи.

Находясь под защитой России, практически сразу Кочжон издал постановление об отмене предыдущего указа об обязательной стрижке волос у мужчин. Кроме того, король осудил действия прояпонского кабинета, приговорив его лидеров к смертной казни. Тех, кого удалось задержать — Ким Хончжипа, Чон Бёнха, О Юнчжуна, отдали на «суд» простолюдинам, которые растерзали ненавистных сановников. Некоторым из бывших членов правительства удалось бежать в Японию.

Присутствие государя Кочжона в российской дипломатической миссии, естественно, привело к усилению влияния России в Корее. Коронация Императора Николая II 14-16 мая [229] 1896 г. в Москве стала хорошим поводом для отправки в Россию первой корейской дипломатической миссии во главе с Мин Ёнхваном (1861-1905), родственником королевы Мин. Завершив участие в торжествах, корейская делегация отправилась в Санкт-Петербург на переговоры, которые продлились несколько месяцев и на которых обсуждались пять основных вопросов: 1) об отправке в Корею русских военных инструкторов; 2) о назначении в корейское правительство русских советников; 3) об организации охранной гвардии короля; 4) о соединении сибирской телеграфной линии с северной корейской и оказании помощи в строительстве телеграфных линий; 5) о выделении Корее займа в размере 3 млн иен для погашения долга Японии.