Чтение онлайн

– Ромб, отколи чифирка? – попросил он бандита в каштановом плаще.

– Себе сам, - ответил Ромб, притягивая кружку и осторожно пробуя чифир на вкус. Убедившись с готовности продукта, он с удовольствием причмокнув принялся медленно смаковать его. Сделав пару глотков он поставил кружку на камень к огоньку, из кружки шел парок. Глаза заблестели, стало тепло, настроение сразу улучшилось. – Ладно, давай тару, отсыплю крохи.

Проснувшийся бандит засуетился, взял свою армейскую кружку стоявшую также неподалеку вверх дном и дунув в нее для порядка, протянул Ромбу. Ромб прищурив один глаз отлил треть.

– Знатный у тебя чифирок получается, Ромб, - заискивающе в своей манере сказал проснувшийся бандит по кличке Мокрый. – Я сколько чалился такого чифирка нигде не ловил.

Ромб многозначительно хмыкнул.

– И не поймаешь, – потягивая со своей кружки добавил он, щурясь через огонь в темноту на спину стоящего на посту Карася.

– Слышь вася, - обратился к Карасю тощий бандит, иди хоть к нам, посиди.
– Не спим уже, баланду потравим. Верно, Ромб?

Ромб кивнул. Видимо ему и самому бездействие последних дней внушало нервозность. Карась, повернулся лицом к костру, присел, перевешав оружие стволом вниз. Нащупав свою кружку он плеснул чифирка из чайника, разбавил чуть-чуть водой, поставил на камушек возле костра накрыв другой крышкой. Мокрый с усмешкой смотрел на все эти приготовления, и не сдержавшись сказал:

– Че ты понтуешся, все равно как у Ромба не выйдет!

– Ниче, раз, два не получится, все равно в цвет выйду, – ответил Карась не глядя на Мокрого.

Ночная пасмурная тишина Зоны, не беспокоилась ни резкими звуками, ни отдаленной стрельбой, ни шорохом дождя по палым листьям.

– Мокрый, че там про цирк слышно че? – спросил Ромб, не реагируя на попытки Карася повторить его рецепт.

– Симон, без палева тему выводит. В Ста Рентгенах говорит инфа прошла что цветных (военнослужащих – прим. автора) мутант подрал. Там у Рыжего, – зачастил Мокрый.

Полешки в костре щелкнули, кусочек коры скрутился и вспыхнув от охватившего его жара выгнал в виде пены кипящую смолу, испустившую легкий хвойный аромат.

– Знаю, что подрали, - сказал Ромб. – Когда беспредел то кончится, не говорит? А то фраерки все по норам забились, не несут хабара ни в кассу, ни мимо кассы.

– Нет, не говорит, – ответил Мокрый пригубляя из кружки. – Говорит, что щас Воронин мутанта высвечивает. Кипеш там не слабый. Всех цветных на глушняк отвели. Короче в чистом поле шито – крыто.

– Может к Рыжему пойти? – подал голос Карась, – там по любому щас движняк будет. И мужики, и хабар, если не хабар, так от жмуров чего надыбаем.

– Ты за трассой то следи, - оборвал его Ромб, - мы щас где? Мы между Агропромом и Свалкой. До Рыжего как шуровать? Свалка, Темная, Пустые, потом Рыжий только. До и не наша там фазенда, там Толстый со своими рулит. (Для ознакомления с этой историей читайте книгу 1 «Страж Монолита» – прим. автора). А Толстый, нам не брат и не кум, чтоб на своей клетке с нами делится. Понял?

– Понял, – ответил Карась.

– От, ты в натуре, Карась, горбатого лепишь, – неодобрительно поддакнул Мокрый.

– А с другого боку, - продолжал рассуждать Ромб, - недавно его Снулый искал, говорит ни Толстый, ни Косой вообще никто на ПДА не откликается. Мутант их не подмял, а? В одном закутке то варятся...

– Ну если так, то в натуре на Рыжий рвать надо, - оживился Мокрый. – Там у Толстого схрон знатный есть, общаг ихний без глаз. Не по-людски общаг без присмотра оставлять, идти присмотреть надо. И мужики там не то что здесь, фраера ушастые с «медузами», там жирный хабар гуляет, яйцеголовые с приблудами...

– Ага, и сохатые (долговцы – прим. автора) в нагрузку... – дополнил Ромб.

В костерке треснуло еще несколько мокрых веточек, с десяток искр взметнулся вверх уносимый теплым ветром костра. Всхрапнул и проснулся еще один бандит, Лопата.

– Че за шорох, пацаны? – сдавленным шепотом спросил он, стряхивая с неожиданно кудрявой головы веточки и соломинки.

– Вот и Лопата проснулся, - с удовольствием отметил возбудившийся Мокрый. – Тут по ходу верняк намечается, - заговорщицки громким шепотом сообщил ему Мокрый. – Бригаду Толстого то кончили, вон Снулый ищет не доищется. Скажи Ромб? – обратился он к пахану.

– И че? – не поняв ничего спросил Лопата.

– Ты Лопата, мозги разуй! – зашептал на него Мокрый, - Толстого кончили, Косого тоже, схрон чей? Общаг чей, а? Ща мужики его найду и взнуздают его по полной, - все более оживляясь и уже брызгая слюной шептал бандит. – Ты же подумай, там квадрат какой знатный, схрон, мужики вот с таким хабаром ходят, по пол – рюкзака волочат...

– Так уж и по пол рюкзака?
– усомнился в его словах Лопата.

– Да, я те говорю, там у Рыжего же дураков нет! Мужики хабар гребут аж шуба заворачивается! Скажи, Ромб?! – уже почти в голос заистерил Мокрый.

– Мля, братва, вы х...ли спать не даете? – зашевелился пятый бандит по прозвищу Свищ, до этого мирно посапывающие на матрасе. – Мокрый, сука, ты че в натуре кубатуришь тут?

–  Мля, Свищ... я не в падлу, тут дело выгорает по ходу. Давай подчаливай, чифирку плеснуть? – засуетился вдруг разбудивший ширококостного здоровяка Мокрый.

– Сам...
–  недовольно пробурчал Свищ и, достав эмалированную белую кружку нацедил себе туда в нужной пропорции чифирку, также поставив доходить у костерка, доставая сигарету.

Мокрый повторил всю историю, особо ударяя на мужиков с хабаром, и общаг оставшийся без присмотра, за который он якобы радел.

– Но Толстого, то тоже кто-то замял? Если не сохатые его прищучили, то мутант, что сохатых прет, – Свищ сплюнул. – Я на мутанта этого не пойду, – сказал он, - если уж и ту бригаду упарили, то нам точно ниче не светит.

Ромб все это время молча сидел у костра прислушиваясь к своим ощущениям и размышляя над чем - то.

– Короче так, братва. Симон, там в баре тему держит, если что, обнова какая, он скинет. Если цветных в натуре порешили, то не хрен нам на Пустоши соваться, своя шкура лучше греет. Мы лучше на отходе мужичков прибирать будем, они по любому на шумок похабарится пойдут, а с хабаром обратно. Кто меж собой рамсы сольет, кто как. Мы их на отходе брать будет. Всяко лучше чем там на месте с ними грызться. Завтра с утреца, кочуем короче, на проход, к Темной поближе, через Свалку. Там Свобода промышляет, мы с ней не враги, разминемся в случае чего. А если мужики с хабаром оттуда пойдут, так и притормозим, послушаем чего да как.

Где - то вдали завыли слепые псы. Отсюда их голос напоминал гудение ветра в высоковольтных проводах. Группу отделяло от ночи несколько длинных бетонных труб высотою с метр откатившихся друг от друга и образовавших нечто вроде треугольника, внутри которого и горел костерок бандитов. Образовавшиеся не смыкаемые углы треугольника на ночь перегораживались наружними растяжками, в целом место было надежное и проверенное. Мутанты не шалили, кабаны и плоти не проявляли особой агрессивности, кровососы проходили мимо. Защиту от выброса предоставлял частично перегороженный аномалиями уходящий под землю тоннель, из которого наполовину разобранные железнодорожные ветви уходили к отдаленному пожарному депо. Позиция была хороша всем, единственное что защита от частого дождя была в трубах, где проклинающим свою долю бандитам приходилось ютится, чтобы не отсыреть. Бригада допивала чифирок. Взбодренный Мокрый все рвался с кем то поговорить, но Лопата, имевший иммунитет к чифиру вырубился сразу, Свищ был не тот человек который будет точить лясы, а Ромб сидел хмурый и погруженный в раздумья. Беспокоить его в таком состоянии себе дороже. Оставался Карась, но тот не особо интересовался Мокрым, и по ходу чурался разговоров с ним. Несколько минут Мокрый крутил глазами в разные стороны, затем под присмотром Карася сходил отлить, а после словно собака обойдя свой матрас с недовольным вздохом улегся головой к костру. Ночь снова вступила в свои права, костерок притух, угли подернулись пеплом, Ромб сидевший спиной к подпирающему его спину баллона от МТЗ уснул сидя.