Чтение онлайн

Росток. Бар «Сто рентген».

Поздняя ночь, изгнанная из бара «Сто рентген» светом ламп накаливания, медленно вступала в свои права даже здесь, в вечно шумном, прокуренном и пропитанном перегаром баре. Вольные сталкеры, набравшись прозрачного разбрелись по своим ночлежкам, определенным в пустых цехах завода. Самые стойкие, а таких осталось немного продолжали выводить радионуклиды и закусывать чем-то, что сумел приготовить Бармен, либо обходились без закуски вовсе. К слову нужно отметить, что Бармен готовил всякое, начиная от безвкусного омлета из яичного порошка, и заканчивая отменными вырезками из мяса кабанчиков и плотей. Конечно, такое блюдо было по карману далеко не каждому сталкеру, но для особых гостей, которые с лихвой оплачивают и горячее и прозрачное, приносят и сдают только Бармену знатный хабар, хозяин бара всегда старался угодить. Кормильцы. Вот и сейчас отойдя от высокой стойки, пересели за деревянный столик не с табуретами, а со специально принесенными стульями, два отдыхающих сталкера. Особые для Бармена клиенты. Именно для них он приготовил кабанью вырезку, остудил специально водочку и теперь, протирая стаканы, неотрывно глядел на покрытую солевыми разводами от разлагающегося - таки верхнего химически стойкого слоя комбинезона «Заря» спину одного из сталкеров. Остальные клиенты, а таких в баре в столь поздний час оставалось всего пять – шесть человек, уже были либо ни о чем, либо сидели погруженные в собственные раздумья. За такими приглядывал один из помощников Бармена – Шнурок.

Особые клиенты вот уже второй час не торопясь распивали водочку, негромко разговаривая и разрисовывая что-то на листе бумаги, чиркая и вновь обводя. В пепельнице, которую они оставили на стойке, холодным пеплом лежало несколько уже сожженных подобных листов. Теперь перед ними красовалась новая пустая пепельница, замененная Шнурком тут же, как только сталкеры поменяли дислокацию.

– Ладно, Седой, давай уже пожрем, сил нет, - не выдержал один из сталкеров по кличке Гривна и, не ожидая согласия от товарища обернулся к Бармену, подняв указательный палец. – Любезный, горячее готово? – Бармен степенно кивнул. – Заноси, родимый, а то пока Седина определится я ему пальцы пооткусываю.

Бармен исчез из поля зрения на пару минут и появился неся уже в руках огромную прокопченную чугунную сковороду накрытую крышкой. Сковорода издавала чирикающие скворчащие звуки и дышала жаром. Поставив ее перед сталкерами на доску, он снял крышку. Запах, зажаренного на собственном жиру и в собственном соку мяса молодого кабанчика заставило нескольких сталкеров стоящих поодаль сглотнуть слюну, а еще одного, наверное более слабонервного выйти из бара. Даже дежурившие у входа охранники, не поленились и заглянули внутрь чтобы убедится что такую роскошь могут себе позволить все те же сталкеры, Седой и Гривна. В блюдо кроме самого мяса входил гарнир из дико дорогого в этих местах картофеля и местная мутировавшая, но не ставшая от этого хуже зелень.

Гривна решительно взял в руки вилку и кусок хлеба.

– Убирай Седой нафиг эту мазанину, - указал он на бумагу. – И ближайшие десять... – он посмотрел на внушительный объем блюда, – двадцать минут меня не трогать.

Седой кивнул и обернувшись на занявшего уже свое место Бармена постучал пальцем по опустевшей бутылке на столе. Бармен уже через мгновенье исправил ситуацию, перед сталкерами появилась и тут же начала запотевать бутылочка «Журавлей». Седой хрустнул пробкой и разлил по рюмкам, взяв в одну руку хлеб.

– Давай, за Зонушку и за удачу. – Оба сталкера чокнулись, выпив и засопев, заработали ножами и вилками, но еще сильнее челюстями, время от времени мыча от удовольствия.

Наконец сковорода была почти очищена, всего объема одолеть им не хватило сил. Бармен хорошо знал свое дело.

– Ну что, Седина..., - расстегивая внутренние утягивающие лямки комбинезона и расползаясь на стуле сказал Гривна, - теперь можно и покумекать.

Остывшая сковорода тут же улетела вслед за диким ветром пронесшимся вокруг сталкеров Шнурком, как и сметенные им крошки. Гривна снова разлил по рюмочке. Просидев и пошушукав еще минут двадцать, сталкеры наконец с удовлетворенным видом откинулись. Только им двоим было понятно, что та группа аномалий, которую все другие сталкеры считали пустой и бесполезной, на самом деле такой не являлась. Седой и Гривна вычислили что кучка аномалий, возле Свалки, облюбовавшая бетонные плиты на самом деле рождают артефакты и под воздействием взаимно пересекающихся полей сталкивают их все в уголок между двумя плитами. Артефакты, зарождаемые от выброса к выбросу, попросту скатываются в определенное место, где и ждут пока самый сообразительный или удачливый найдет их. Седой имел кандидатскую по физике за плечами, а Гривна сроду не имел никакого образования, но в силу природного таланта – наблюдательности, иногда выкладывал такие доводы, основываясь только на наблюдениях, что Седому приходилось вот как сейчас перечеркивать все на бумаге и начинать по новой. В целом сталкеры представляли единую связку сталкеров – поисковиков, не догматичная теория и практика. И вот сейчас, они вычислили в принципе безопасный проход между аномалиями к ожидающей их залежи артефактов. Переживая осознанное событие они оба довольно улыбались, расслабив наконец спину и плечи, став как будто больше, сильнее и моложе.

– Вот так – то, Гривна, я же говорил, что есть там наше, так и будет, - не используя открытый текст, прямые названия и прочие мелочи, за которые мог бы зацепится посторонний слух, говорил Седой.

– А я что, я и не спорил, - отвечал Гривна, - да... и проход то что надо, его как раз со стороны воронки ни прощупать ни рассмотреть нельзя. Придется вспомнить молодость.

– Прыжок веры? – спросил Седой.

– Он самый, не первый и даст Зона, не последний, - подтвердил Гривна, и налил по полной еще раз. – Давай, за это самое.

Друг друга они понимали с полуслова. Бармен видя, что оба сталкера пришли к какому – то очень важному решению, тоже почувствовал облегчение. Если эти двое находятся на подъеме, то и он Бармен, очень скоро сорвет изрядный куш, а это куда веселее чем без него. Оставив за стойкой бара помощника, он тихо удалился. Шнурок оставшись за старшего, хмуро оглядел других сталкеров, и взяв один из стаканов и вафельное полотенце принялся методично натирать его, словно, он находился не в Зоне, а в самом что ни на есть шикарнейшем ночнике Большой Земли.

Сталкеры решив основной вопрос, теперь просто обсуждали новости, приканчивая бутылочку.

– ... так вот, Седой, надо будет обождать, пока Зона разрядится. Шутка ли такую колонну смять. Переждать выброс, может два, а к Рыжему Лесу ни ногой, там черти знает какая чертовщина после такой волны творится будет. А как все поуляжется так и двинем с тобой. Еще наверно Строителя возьмем, он по тем местам ходок.

– Выброс, два говоришь... – раздумывал Седой. – Мутанта так того и не поймали же. Сдается мне что это Пустые для нашего брата вообще закрыты.

– Это как же закрыты? Вон долговские патрули то вернулись, побоище говорят там... – Гривна сделал многозначительную паузу, - шутка ли двадцать танков и сотня пехоты в одном месте полегла.

– А ты откуда про патрули то знаешь? – прищурив один глаз спросил Седой.

– Откуда, откуда, - понизил голос Гривна, - они же тоже люди, тоже срываются бывает... вот и выслушал я ненароком исповедь, прости меня господи. Давай, за упокой.

Оба сталкера не чокаясь выпили. Помолчали.

– И все –таки подумай, не может такая волна без резонанса пройти.

– Не может, то-то и оно. А может и выкинула Зона вот этого мутанта, как резонанс, ну с опережением, предчувствуя так сказать? Тогда считай погашены войска внедрения контр мерой. Следовательно, Зоне что нужно?

– Что? – философски спросил Гривна.

– Следовательно ей нужно будет остаточные явления сгладить, то есть пара выбросов и можно прогуляться, – согласился с начальной версией Гривны Седой.

– Вот, – подытожил Гривна, - что и требовалось доказать. – Булькая по рюмкам уже подходящими к концу «Журавлями». – Хорошая водка все-таки, - с поволокой сказал Гривна разглядывая этикетку. – Хорошо что не «Казаки», а то б сообразили мы с тобой сейчас. – Он откровенно заржал, чему-то своему.

– Да такую только с рюмок, никак не со стакана. Бармену, спасибо надо будет сказать, - согласился Седой. – Давай за Бармена. – Он обернулся, но не найдя ушедшего спать Бармена встретился глазами со Шнурком. В знак приветствия оба сталкера подняли рюмки. Шнурок расцвел и радостно кивнул.

Гривна, разлил по последней и выжидательно уставился на Седого, которому всегда давался последний заключительный тост в их междусобойчике.

– За... устойчивость, приспособляемость и эффективность...