История моего сна
Шрифт:
Плутая по длинному незнакомому по коридору в поисках ванной, я услышала шум закипающего чайника и пошла на него. Кухня впечатляла своими размерами и дорогой, стильной мебелью. Евгений, одетый лишь в шорты, с волосами, стянутыми в хвост, расставлял на обеденном столе чашки.
Я подумала, что он неплохо смотрится, очень сексуально, мне нравилось любоваться его необычной внешностью. Да и ночью мы неплохо подошли друг другу. Конечно, он хам, да еще какой, и эгоист, но…Я буду считать его проекцией Кристиана в нашем, земном мире. Так сказать, темной стороной Луны. По крайней мере, Женя хоть какие-то эмоции будит в моем равнодушном сердце. Я, конечно разумом понимала, что все мои реакции на него основаны на сугубо внешем, отдаленном сходстве с тем, кого я никогда не забуду, но Женя – вот он, здесь, а Крис…Я уже не получу его, и надо смириться с этим. Обходиться тем, что есть.
–Эй, ты что, уже уходишь? – Он заметил меня, застывшую в дверях.
–Нет конечно, я еще чаю не попила. – я решила играть по его правилам. Нечего церемониться.
–Ну, так давай попьем, и иди, а то мне на работу собираться надо.
Я уже говорила, что он хам?–Золотая молодежь нынче работает?
–Конечно, а что еще делать? Надо же день скоротать, до вечера.
–А что будет вечером? – Я скосила на него глаза из под ресниц.
–Пока не знаю. К Лизе, наверное, схожу, утешу бедняжку. – он ехидно ухмыльнулся.
Я оторопела. Он что, думает, можно вот так, использовать меня, а потом вернуться в моей подруге?
–Хм, мне показалось, вчера ты подзабыл о ее существовании – холодно заметила я
–Вчера да, поэтому и хочу сегодня это исправить. – он был невозмутим до ужаса, спокойно разливая чай, подвигая мне хлеб, масло и одновременно топчась по моему самолюбию.
Я опустила глаза. Определенно, он был бабником, как Лиза этого не замечала? А может, не хотела замечать?
–Да ты не расстраивайся, Марго, у нас все было прекрасно, мне очень понравилось. Главное, Лизе ничего не надо сообщать.
– Я тебе позвоню – сказал он, когда я уже стояла, полностью одетая, в дверях.
–А кто тебе сказал, дорогой мой, что я возьму трубку? – стараясь придать голосу металлические нотки, я развернулась и пошла вниз, еле сдерживаясь, чтоб не сорваться на бег.
Дверь наверху громко захлопнулась, больно ударив по моему чувству собственного достоинства. Но я продолжала спускаться, не ускоряя темпа и держа гордую осанку. Я не спешила на работу.
Глава 30. Телефонная трубка выскользнула из моей руки на пол. Я закрыла глаза, пытаясь не дать захлестывающим меня эмоциям одержать верх. В ушах все еще стояли визгливые подружкины крики, обвинения и упреки в мой адрес. Евгений снова, уже в который раз, проявил свою низменную натуру, намекнув Лизе на наш с ним "чудный вечер", тот самый, когда мы сбежали из кино, поддавшись зову плоти. Из истеричных воплей подруги, впрочем теперь, скорее всего, уже бывшей, я поняла, что ее обожаемый Женечка, не согласившись подождать еще немного с близостью, как того хотела внезапно ставшая целомудренной Лиза, попросту сказал, что ее подруга вовсе не такая несговорчивая, как она сама. После этого взбешенная Лиза выставила парня за дверь, наревелась до икоты, а затем решила разобраться с коварной змеей-подружкой. Мне просто жутко повезло, что в этот момент я не была доступна в прямом контакте. Почти сразу после того знаменательного дня, когда я "предала" свою подругу, меня отправили на стажировку в офис компании – партнера нашей фирмы. Эти курсы проходили в областном центре, и я отправилась в трехмесячную командировку. Работа занимала практически по десять часов в день, сил хватало только, чтобы доползти до кровати и отрубиться. Конечно, на выходные нас отпускали домой, но что, а главное, кто меня там ждал? Родители – далеко, Сережу даже ненароком не хотелось бы встретить, Лизе я в последнее время побаивалась смотреть в глаза, а теперь она наверняка просто мечтает меня придушить. От Ниночки по-прежнему не было новостей. Так что я оставалась и на выходные. Валялась на диване в съемной квартире, смотрела телевизор, иногда выходила прогуляться по парку, если, конечно, за окном не лил дождь, привычный для нашей мерзкой осени. Я жила довольно однообразно, и это размеренное существование, наверное, потихоньку успокаивало нервы, заодно лишая меня чего-то неуловимого, но очень важного. Хотя, порой и на моей улице бывал праздник. Подлец Евгений периодически удостаивал меня своего внимания. Он приезжал в конце рабочей недели и оставался на выходные. Женя устраивал мне праздник страсти, мы часами не покидали постели, он был изобретательным и неутомимым партнером. Порой он казался мне совершенством, так что я теряла ощущение реальности, но потом этот эгоист неизбежно холодно прощался и мог в течение недели даже ни разу не позвонить. Я сто раз себе говорила, даже клялась, что парень меня недостоин, что нужно кончать с выматывающими нервы отношениями, если их вообще можно так называть. Зачем мне , у которой и так уже давно сердце было просто кучей осколков, еще новые и новые разочарования? Да, я хотела некоторой встряски, освежения чувств, ярких эмоций, но отнюдь не ценой бесконечного ожидания этого ветреного ловеласа, приходящего в мою жизнь, когда ему заблагорассудится. Я знала, что выгляжу наивной дурочкой, но, с ослиным упрямством, прощала ему все и снова открывала дверь. Временами, однако, он изменял своей манере поведения, как будто снимал маску. И мы часами разговаривали обо всем на свете, о работе, знакомых, обо мне и о нем. Так я узнала однажды, что отец Жени был высокопоставленным китайским чиновником, находившимся в Москве в длительной командировке, а мать – студенткой, приехавшей покорять столицу, как и многие девушки из нашего городка. Его родители встретились случайно, во время визита китайской делегации в МГУ. Наверное, это была любовь с первого взгляда, иначе как можно объяснить взаимное влечение юной красавицы – студентки и представительного немолодого господина. Но так и было. Роман продлился три года, потом командировка закончилась, и чиновник уехал. Женина мать оказалась беременной, но любимый китаец не взял ее с собой, так как на родине его уже ждала семья. Расстроенная девушка вернулась домой, так и не закончив учебы. Уж не знаю, как, но дальше ее жизнь складывалась вполне удачно, хотя и одиноко. Она не вышла замуж, посвятив себя сыну, но нашла отдушину в бизнесе. На данный момент женщине принадлежала обширная сеть автозаправочных станций по всей нашей области, и Женя тоже имел процент в мамином деле. Справедливости ради, он упоминал своего отца как порядочного человека, хоть и не признавшего сына официально, но все эти годы помогавшего ему деньгами и советом, до самой своей смерти. В такие минуты и Женя казался мне похожим на принца, красивого, умного и смелого. Он преодолевал все трудности, возникающие на пути, и ухаживал за прекрасной Дамой (то есть, мной). Но, момент откровенности неизбежно проходил, и передо мной снова оказывался очаровательный хам, он забирал мое душевное тепло, и шел дальше своей дорогой, на которой его поджидала, наверное, еще не одна дама, по наивности считавшая его настоящим рыцарем. Частенько нам с Женей доводилось и ругаться. По любому поводу, из– за мелочей, просто никто из нас не хотел уступать последнего слова. И тут уж он не стеснялся в выражениях, выплевывая в мой адрес грязные ругательства, а после скандала неоднократно извиняясь за каждое из них. Потом, когда я уже научилась обижаться и уходить прочь в самом начале ссоры, он тоже сменил тактику, и просто хлопал дверью, лишая меня своего драгоценного присутствия. Я оставалась плакать, жалеть себя и вспоминать хорошие моменты своей жизни, чтобы хоть немного поднять настроение. В один из таких ужасных дней, после скандала, окончившегося наконец-то моими гневными словами "чтобы ноги твоей больше здесь не было", телефон в сумочке зазвонил непривычной уху мелодией. Я вытерла слезы и достала его, посмотреть, кто же это так хочет со мной поговорить. Номер не определялся, и я ответила наугад:–Да, я слушаю.
–Марго, привет! Это я, Нина! Ты где вообще? – Нинин голос, такой родной и уже слегка подзабытый, звучал в динамике телефона
Это было как гром посреди ясного неба. Безумно долгожданный гром.–Нина! – завопила я – Куда ты пропала, бессовестная? Я тебя полгода найти не могла!
–Я …дома сейчас, а вот ты куда потерялась? Соседи тебя уже месяц не видели.
–Я в командировке, Нин. Но я сейчас приеду, ты не уходи никуда, хорошо?
–Хорошо, я у тебя дома подожду, ладно? – в голосе Нины промелькнули печальные нотки.
–Конечно, я скоро!
Я буквально прилетела домой, вызвав такси и покидав вещи первой необходимости в маленький рюкзачок.
Нина и правда сидела у меня в гостиной. Одна. По – новому причесанная и одетая в фирменные, явно не у нас купленные вещи, но это была моя старая верная подруга.
–Нинка, как я рада тебя видеть!
Она бросилась мне на шею, мы обнялись и уселись на диван.–Ну, рассказывай, куда пропала, где детки?
–Я…– Нина замялась – ну…в общем, я не знаю, как ты к этому отнесешься, но я живу с Джеком. В Америке, штат Калифорния.
У меня рот открылся от удивления. Нинка в Америке, с Джеком, в это так же было трудно поверить, как и в то, что она могла бросить своих детей.
–Ого! Супер, но, Нина, а как же дети?
Видимо, это был нелегкий вопрос. Нина нахмурилась и почесала кончик носа.
–Я хочу забрать их туда. Очень. Но все не так просто…нужно разрешение отца. Я пытаюсь его получить. И я развожусь с Васькой – она выпалила эту важную новость и стала ждать моей бурной реакции. Но я не способна была сегодня на такие вспышки. Вся моя энергия сгорела в ссоре с Женей.
–И что, успешно?
–Не совсем, но я стараюсь. Развести то нас разведут, это не проблема. А трудность в том, что Василий не хочет мне уступать. Дети ему, по большому счету не нужны, он только рад их бывает сплавить по бабушкам, но формально он отец и теперь пытается выжать из этого все, что можно. Вплоть до компенсаций в твердой американской валюте.
–Слушай, какая сволочь… прости, конечно, но других слов я не нахожу. – Василий, и так занимавший в моих глазах очень непрезентабельное место, упал еще ниже.
–Не извиняйся, ты абсолютно права, он и есть сволочь. Гулящая никчемная тварь.
Нижняя губа Нины задрожала. Что ни говори, а Василий целых пятнадцать лет был для нее мужем и отцом ее детей.
–Ну, не расстраивайся, Нин, ведь его не переделаешь, а у тебя все – таки остаются дети и … Джек?
–Да, и Джек. – она сразу повеселела от одного только упоминания этого незамысловатого имени. – Марго, ты не поверишь, сейчас я начала понимать, что такое женское счастье. Это в тридцать пять лет! Я никогда не думала, что мужчине может быть со мной интересно, просто разговаривать, быть рядом.
–А как вы разговариваете, хватает его университетских знаний русского языка? Или тебя усиленно обучают инглишу?
–Ой, ну мы же не все время разговариваем! – она смущенно хихикнула – но, если серьезно, то мы очень стараемся поскорее преодолеть языковой барьер. Представляешь, Джек на все предметы в доме наклеил стикеры с английскими названиями, а меня заставил выучить штук тридцать глаголов, для начала. И теперь, чтобы сказать, что я хочу, я подхожу к предмету, смотрю на стикер и вспоминаю нужный мне глагол. Иногда так смешно выходит, я ляпну что-нибудь, Джек смеется, а я и не пойму, от чего. Знаешь, постепенно запоминаю, да и окружающая речь – только английская, так что выбора нет. Ну, и Джек тоже по-русски не так уж и плохо говорит, а я его постоянно тренирую.
Нина хитро посмотрела на меня и, понизив голос, уточнила:–Изучение русского мы проводим в темное время суток. Языковой курс начинается с названий частей тела. Очень увлекательно, знаешь ли.
Мы обе рассмеялись.–Нин, а как Джек относится к идее жить вместе с твоими детьми?
–Ой, трудно сказать. Я думаю, что в душе он, конечно, побаивается, но как настоящий мужчина, не рассматривает других вариантов. Да и я не вижу иного выхода. Я не вернусь больше сюда, слишком много боли у меня связано с этим городом, а дети поедут туда, где будет жить их мать.