Чтение онлайн

В 70-е годы была осуществлена модернизация Фонда. После принятия в Соединенных Штатах в 1969 году нового закона о налогообложении Фонд Карнеги прекратил предоставлять гранты. Его деятельность стала более практически ориентированной, она теснее соотносилась с вопросами внешней политики. Большее внимание стало уделяться стимулированию общественного диалога по важнейшим общественно-политическим вопросам. В 1971 году Фондом была создана телевизионная программа «Лицом к лицу», служившая форумом для обсуждения основных вопросов политики с участием действующих политиков, общественных деятелей, экспертов. В начале 70-х годов Фонд также приобрел права на издание журнала «Foreign Policy», являющегося сегодня лидирующим ежеквартальным изданием в общественно-политической области.

Если когда-то Фонд Карнеги был единственным научно-исследовательским центром в сфере международной политики и проблем мира, то к 70-м годам число таких организаций значительно возросло, в том числе и при активном участии Фонда Карнеги, создавшего Фонд Джорджа Маршалла, Институт международной экономики и Ассоциацию по контролю над вооружениями. Всем этим организациям Фонд Карнеги предоставлял финансовую и кадровую поддержку. Многие сотрудники Фонда Карнеги в дальнейшем стали руководителями ведущих внешнеполитических организаций, а также получили ключевые должности в американской администрации. В год своего семидесятипятилетия Фонд опубликовал фундаментальное исследование «Отчуждение: Америка и мир».

Здание Фонда Карнеги на Массачусетс-стрит в Вашингтоне

После завершения «холодной войны» значительное внимание в работе Фонда стало уделяться вопросам строительства демократии, перехода к рыночной экономике, проблемам, связанным с локальными конфликтами, и миротворческим операциям. Было осуществлено на двухпартийной основе фундаментальное исследование состава и структуры исполнительной ветви власти США, расширены Программа по ядерному нераспространению, Программа по вопросам миграции, Российско-евразийская программа. Фонд также содействовал — при сотрудничестве с Институтом Аспена в Берлине — созданию Международной комиссии по Балканам. В 1993 году был основан Московский Центр Карнеги, создавший беспрецедентные возможности для интеллектуального сотрудничества между российскими и американскими экспертами.

В 1997 году новым президентом Фонда Карнеги стала Джессика Т. Мэтьюз. В том же году Фонд переехал в новое здание на Массачусетс-стрит в Вашингтоне, которое занимает и сейчас. Вступая в должность президента Фонда, Джессика Мэтьюз в своей речи, указав на чрезвычайно возросшую роль неправительственных организаций в мире, отметила, что Фонд Карнеги на протяжении своей долгой истории делал практически все, что только могла делать организация такого рода: «Он финансировал создание профессорских должностей и предоставлял возможности повышения квалификации молодым дипломатам и государственным служащим из новых незави-

Деловой центр на Тверской улице в Москве, где размещается Московский Центр Карнеги

симых государств. Он восстанавливал разрушенные войной библиотеки, продюсировал и выпускал радиопередачи. Он содержал международный книжный магазин, спонсировал зарубежные туры для журналистов, выпускал бюллетень для международных студенческих клубов. Им были изданы огромные тома по международному праву, арбитражу и другим важнейшим вопросам». «Наше достояние — имя и репутация, финансовая независимость и человеческие ресурсы, — подчеркнула Джессика Мэтьюз, — обязывают нас попытаться быть больше чем хорошим или даже очень хорошим мозговым центром. Благодаря щедрости Эндрю Карнеги у нас есть большая сумма денег, которые по сути дела являются общественными. Наша работа с их помощью должна вести к реальным переменам».

В 2007 году было объявлено о «Новом видении» — новом позиционировании Фонда, который стал первой международной, а в перспективе глобальной научно-исследовательской организацией. Были открыты новые отделения Фонда в Китае, Бейруте, Брюсселе. Глобальное позиционирование Фонда, совместная работа ведущих экспертов из различных стран, наличие представительств в ключевых районах мира открывают новые возможности для решения проблем обеспечения мира и сотрудничества в нашем все более взаимозависимом мире.

Роуз Геттемюллер, директор Московского Центра Карнеги

Глава 1 

Мои предки и детство в Шотландии

Мой приятель, судья Меллон из Питсбурга, написал несколько лет назад историю своей жизни, и это было для его друзей источником радости и большого нравственного удовлетворения. Главное достоинство этой книги в том, что она показывает нам человека, каков он есть, без всяких прикрас, так как написана без малейшего намерения привлечь общественное внимание и первоначально была предназначена автором только для членов его семьи. Так и я хочу рассказать свою жизнь не с целью вызвать к себе общественный интерес, а чтобы познакомить с ней всех ближайших друзей и родных, полагая, что даже самые незначительные эпизоды моей жизни могут все-таки интересовать их.

Итак, я начинаю. Я родился 25 ноября 1835 г. в Данфермлине, в маленькой комнатке в мезонине небольшого одноэтажного дома на углу Муди-стрит и Прайори-лейн. Я происхожу, как это принято говорить, из «бедной, но уважаемой семьи». Данфермлин давно известен как центр шотландской полотняной торговли. Мои предки жили в XVIII веке в живописной местности к югу от Данфермлина, но из-за роста полотняной промышленности вынуждены были переселиться в Данфермлин. Мой отец, Уильям Карнеги, был ткачом. Он был сыном Эндрю Карнеги, в честь которого я назван.

1

Дом в Данфермлине (Шотландия), где родился Э. Карнеги. Семья Карнеги занимала комнату в мезонине. В этом здании в настоящее время размещается Дом-музей Э. Карнеги. Справа от Дома-музея — Мемориальный зал. Фотография предоставлена Домом-музеем Эндрю Карнеги (далее — ДМЭК) в Данфермлине

Мой дед Карнеги славился по всей округе умом, остроумием и неизменной веселостью. В молодости он отличался чрезвычайной живостью и приобрел широкую известность как руководитель общественных собраний Патьемюйрской коллегии. Не только в деревне, но и в ближайшем городе и в провинции он считался выдающейся личностью. Как начитанный и умный человек он вошел в контакт с радикально настроенными ткачами Данфермлина, которые организовали в Патьемюйре собрания, называвшиеся «коллегией». Эндрю называли там «профессором».

Когда я однажды после четырнадцатилетнего отсутствия вернулся в Данфермлин, со мной заговорил один сгорбленный старик, услышавший, что я внук «профессора», как величали моего деда знакомые. Старик этот, с трудом передвигая изуродованные подагрой члены, хромая, прошел через комнату ко мне и, положив мне на голову дрожащую руку, сказал:

— Так вы внук Эндрю Карнеги? Да, мой милый друг, я еще помню те времена, когда мы с вашим дедушкой сводили с ума своими глупыми проказами самых благоразумных людей!

Другой рассказал мне, между прочим, следующий анекдот, касающийся моего деда. Однажды, в ночь под Новый год, одна старушка в деревне, большая оригиналка, была напугана тем, что вдруг увидела в окне какую-то замаскированную голову. Однако она быстро овладела собой и, присмотревшись, воскликнула:

— Ах! Это, наверное, сумасбродный Эндрю Карнеги!..

И она угадала. Мой дед, несмотря на свои семьдесят пять лет, мог выкидывать такие же штуки, как самая веселая молодежь. Он надел маску на голову только для того, чтобы подшутить над своей старой приятельницей и попугать ее.