История "не"решительной аристократки
Шрифт:
«Неужели я умерла? — не давал покоя вопрос. — Неужели… мне дали второй шанс после всех тех страданий, что я перенесла? Если да, — обвела взглядом холл в викторианском стиле, останавливаясь на двух престарелых служанках, жмущихся друг к другу, пока князь неустанно мычал, посылая им взглядом неминуемые муки ада, — то я постараюсь прожить ее достойно!»
Верилось с трудом, конечно, но все же уже верилось. Я неустанно прокручивала в голове моменты, которые подкидывала память Лисии. Ее детство, позже превратившееся в постоянные страдания, частые издевки и рукоприкладство со стороны мачехи и сестры, полное равнодушие родного отца, который обещал умирающей супруге защищать свою дочь, но слово не сдержал…
Меня внезапно охватила ярость и желание наказать гадкую семейку, что продала Лисию в лапы старого извращенца с замашками колдуна.
«Сбегу отсюда! И заберу этих бедняжек!» — решительно кивнула, хватая Рилию за руку и утягивая ее за собой.
— Куда… — ахнула она, потащив следом Лэйлу.
— Он крепко связан! — рыкнула я, ощущая небывалый прилив сил и понимая, что иду верным путем. — Собирайте вещи, забирайте ребенка и уходим отсюда!
— Госпожа, — шмыгала носом старушка, за спиной которой слышалось разъяренное рычание князя. — Нам уже нет спасения…
— Что ты несешь?! — резко обернулась я, не понимая, почему она упирается. Почему не хочет сбежать?
Грустный взгляд, наполненный слезами, поубавил мой пыл.
— Мы скованы ритуалом, госпожа, — обреченно выдохнула Рилия. — Все служанки в этом доме — жены князя. Он покупает девушек, о которых не волнуются родные, а затем магией связывает наши жизненные потоки со своими, питаясь силами и забирая молодые годы. Мне тридцать один, госпожа, — разрыдалась служанка, повергая сказанным в шок, ведь она выглядела чуть ли не на семьдесят. — Лэйле двадцать восемь. Остальным девушкам примерно так же, — дрогнувшим голосом говорила быстро состарившаяся бедняжка. — Он подчиняет волю при помощи браслета, который не снять…
Я скосила взгляд на свое запястье, пытаясь стянуть с руки чертову побрякушку, но не вышло, у нее попросту не наблюдалось застежки.
— … а затем проводит ритуал. Это самый настоящий дьявол, госпожа! — зарыдала служанка. — Я забрала у него перстень, через который он управляет нами, но у него есть еще… Поэтому нужно торопиться, пока князь не высвободился и вновь не взял нас под свой контроль. Мы поможем вам сбежать, но вот самим уйти не получится…
— Он и сейчас тянет наши силы, — заговорила Лэйла, — чтобы разорвать веревки. Нужно поторопиться.
— Прибить бы его! — рыкнула я, прекрасно понимая, что не хватит на это смелости.
— Не выйдет, — обреченно ответила Лэйла. — Пока у него есть хотя бы одна жертва, князь будет жить. Наши дни сочтены, — шмыгала она носом. — Я уже чувствую, что мой конец близок. Радует лишь то, что я не понесла от него…
— Ясмина, — сильнее зашмыгала носом Рилия. — Мое дитя…
Не могла вынести ее метаний. Разум с трудом принимал реальность происходящего, вновь и вновь сомневаясь в моей вменяемости, но интуиция стояла на своем, что я не сошла с ума.
— Заберите мою девочку, госпожа… Не дайте ей погибнуть в этом доме…
«Как? — часто дышала я, пропуская мимо ушей мычание князя. — Как я могу забрать ребенка, если вообще не понимаю, где нахожусь? Это верная погибель!»
— Я дам вам золото, госпожа! — умоляла меня Рилия. — Вы сможете уехать на юг или запад и спокойно жить, только не обрекайте мою малышку на страшную участь!
— Ясмина хорошая девочка, — печально заговорила Лэйла. — Спокойная, умная, рассудительная. Она не доставит вам особых хлопот. А чуть подрастет, будет помогать по дому.
Я все это прекрасно понимала. Сердце болело за ребенка, как и за этих женщин. Меня так и тянуло спросить про правоохранительные органы этого мира, в котором, как уже стало понятно, жили князья, а значит и все остальные титулованные особы. Собственно, обстановка поместья и одеяние присутствующих только подтверждал мои догадки.
«Здесь, наверное, вместо полиции стражники…»
— А что стража? — выпалила я, замирая и отслеживая реакцию зареванных женщин. — Почему его не сдать им?!
— Потому что доказательств нет и искать их не будут. Нам не поверят на слово, — замотала головой Рилия. — Вы же знаете, женщины практически не имеют право голоса. Никто не станет вмешиваться в дела семейные. Князь волен делать с нами все, что ему заблагорассудится. Таковы законы нашего мира.
— Поэтому-то он на нас и женится, — печально кивнула Лэйла, поражая сказанным до глубины души. — Потому что знает, ему за содеянное ничего не будет.
Шок? Не то слово!
«Женщины здесь, можно сказать, никто?! Что за мир такой?! Что за беспредел?! То есть, если мужчина женился, то может свою супругу хоть в котле заживо сварить?! Серьезно?!»
— Я заберу! — сорвалось решительное с моих губ. — Заберу с собой Ясмину!
Понимала, что не смогу оставить ни в чем неповинное дитя в таком ужасном месте.
«Пусть я и сама нуждаюсь в защите, пусть не знаю, где нахожусь, но все же попытаюсь защитить ребенка, которого мне небеса так и не подарили…»
Время утекало сквозь пальцы. Я осталась караулить подозрительно притихшего князя, убивающего меня взглядом, а женщины побежали собирать вещи и монеты.
— Старая гниль! — поморщилась я, смотря в глаза маньяка. — Очень надеюсь, что ты скоро сдохнешь!
Князь дернулся, что-то мыча, но потом затих, сверкая яростью на лице.
— Госпожа! — бежала ко мне Лэйла, а за ней еще двое других женщин. — Прошу, переоденьтесь, ваше платье слишком тонкое для нынешней погоды.
— Там карта и золотые, — шепнула мне другая, пряча взгляд и потягивая тряпичную сумку с длинной ручкой.
Ступив за лестничный выступ, я при помощи одной из женщин быстро сменила платье.
— На ней начертан оберег, — шепнула она, завязывая мне на голову наподобие ленты.
— Мамочка, а ты?
До меня донесся детский голосок, от которого кровь по венам побежала быстрее.
Резко обернулась, наблюдая Рилию. На ее руках сидел белокурый ангел с голубыми глазами.
«И это столь прекрасное создание ты хотел сожрать, отвратный старик?!»
— Ты пойдешь с нами? — хлопала ресницами девочка, вглядываясь в заплаканное лицо своей матушки.
— Нет, милая, — мотнула головой Рилия, едва сдерживая слезы. — Мне нужно остаться здесь, но я всегда буду рядом с тобой, помни это…
6. Удастся ли выжить?
Алиса
Крепко прижимая к себе Ясмину, тихо шмыгающую носом и уткнувшуюся в мое плечо, я покинула пропитанное болью и злобой поместье, ступая в сгустившиеся сумерки.