Чтение онлайн

В моих руках появились ледяные кинжалы. Не особо разбираясь, я засадила один из них в плечо первому попавшемуся нападавшему, другой – в бедро следующему. Ничего – лед растает, раны зарастут, а вот в следующий раз они, возможно, подумают, нападать или поостеречься. Новый кинжал лишь игриво чиркнул под ухом еще одного глупого дракона.

– А ну прекратили!

От этого голоса вздрогнули даже стены. Я замерла, искоса наблюдая за большой драконицей, вдруг появившейся на балконе.

– Что вы здесь устроили? Ничего с вашей драгоценной Диар не случится, не стеклянная. Зато будет знать, как заигрываться в живые куклы.

– Кто бы говорил! – фыркнула Диар, которая уже пришла в себя. – Я хотела только защитить клан.

– Ты не клан защищала, а моего внука, – фыркнула драконица серебристо-сизым паром. – А ты, Теге’Одени, что скажешь? Не слишком ли жестокий урок ты решил преподать своей заигравшейся в богов жене? Дать свободу ее любимому созданию и игрушке, – кивнула на меня драконица. – Скрыть заговор, плетущийся под носом самой Хранительницы. Думал ли ты, мальчишка, что окажешься даже опасней ее? Что из-за тебя пострадают невинные, за которых ты так ратовал? Ответь мне, внук! – Драконица прожигала горящим взглядом.

– Это не твое дело, Тиамат! – рявкнул Теоденус.

Так, значит, вот как! Нет, ну то, что именно его кровь, переданная со странным поцелуем, дала мне силы, нужные для раскрытия всего своего потенциала, я и без них догадалась. Но вот скрыть делишки Каянэт!

Тео!

Усмехнулась. Близость разозленных друзей успокаивала.

– Устроите свои семейные разборки позже. Сейчас я хочу знать, кто такая эта Каянэт. Ну и кто такой ее сын соответственно.

– Моя дочь, – сделал шаг вперед Диантир, один из сыновей правящей пары. – Почти все это время она была здесь. Мы знали, что в похищении замешан кто-то из своих, нам рассказал старший эльфийский принц, на чье чутье мы можем положиться. Но Каянэт ничем не выдала себя. Сантан, ее сын, считался погибшим. Отец? – посмотрел дракон на Теоденуса. Диар смотрела на мужа с неменьшим интересом.

– Я не смог убить его. После того как Сантан попытался сначала забрать, а потом и убить Диар, я должен был уничтожить его. Должен. Но как можно убить кого-то с такими глазами, – посмотрел он на меня. – Разве вы не чувствуете себя виноватыми под их взглядом. Я не смог убить своего правнука. И отправил в Снежные пустыни.

– Почему он хотел убить Диар?

– Его жена была человеком, – вместо отца ответил Диантир. – Когда она забеременела, стало понятно – плод убьет ее. Сантан и Каянэт просили Хранительницу им помочь, но она не смогла.

– Нельзя проводить ритуал на беременной, – фыркнула Диар. – К тому же это все равно было слишком опасно. Я заранее знала, что девчонка не выдержит. Слабенькая очень. Кроме нас двоих, никто так и не выжил, – посмотрела на меня Диар. Сейчас она выглядела на все сорок лет. – Его жена умерла.

– Как ее звали?

– Илистина, – удивленно посмотрела на меня Диар.

– Она не умерла, – чуть слышно прошептала я. Внутри ударилась обжигающая волна… холода. Это была даже не радость, а торжество. Похоже, я нашла нужную нить.

– Александрит, что ты задумала?

Это очухался Теоденус. Даже попытался подойти. Вот только кто ему даст это сделать. Выкинув руку вперед, вырастила прямо из ладони длинную сосульку, которая уже через пару секунд приняла форму меча. По крепости он был сравним с самым твердым металлом. И создавать такие я могла с завидной регулярностью. Спасибо несбывшемуся свекру… ну и самому Тео с его кровавыми поцелуями.

– Не подходи, дракон.

Теоденус замер. С минуту он просто рассматривал меня, практически ранил своими серыми глазами. Смотреть в них слишком опасно, треск льда оглушал. А потерять броню ой как не хотелось.

– Думаешь, местью можно исправить то, что уже произошло?

– Не стоит разговаривать со мной как с глупой девчонкой. Хоть сейчас-то не строй из себя доброго и заботливого папочку.

– Я не хочу, чтобы ты делала больно другим, Александрит.

– Они это заслужили.

Несколько стремительных шагов – и он упирается грудной клеткой в кончик поднятого меча. Едва дотрагивается до держащей его руки. Грустно улыбается.

– Почему вы, ледяные, упиваетесь чужой болью, даже узнав ее вкус на своих губах? Как вы можете убивать, зная, что такое потеря? Зачем разрушать то, что тебе не нужно? Какое облегчение вы видите в этом? Разве можно заставить страдать, если твое собственное сердце рвется от горя?

– Я хочу, чтобы они чувствовали это. Чтобы знали, каково это.

– Тогда чем ты лучше того же Сантана? Он тоже не просто так стал ледяным. Хочешь быть такой же убийцей? Хочешь, чтобы после твоего прихода кто-то другой умирал от боли и потерь? Тогда вперед, девочка.

– Мне нужны только Сантан и его мать, – зло прошипела я.

– Только? А ты подумала, что она тоже чья-то дочь? Что, убив одно чудовище, ты займешь его место? – Дракон презрительно фыркнул. – Иди и займи Ледяные чертоги. Они будут твоими. Если выживешь.

Я убрала клинок и с трудом подавила неприятный смех.

– Зачем мне это, если ничего больше нет.

Равнодушно скользнула взглядом по все еще кипящему от негодования дракону, по присутствующим в зале и комиссии, задумчиво рассматривающей меня, по друзьям, все еще окружавшим несокрушимой стеной.

– Простите, я устала.

С этими словами я спокойно отвернулась ото всех и пошла к широким распахнутым окнам. Скинутый плащ остался лежать на хрустале подобно луже, покрытой корочкой льда. На плечи легли снежно-белые локоны. Только сейчас многие поняли, что плащ был не просто декоративной деталью, а вполне намеренно скрывал практически отсутствующую спинку жилета. Да и вертикальные разрезы на рубашке тоже, через них уже вырвались на свободу крылья.

Взобравшись на подоконник, я попросту упала в это сочетание бурого, зеленого и голубого. И только недалеко от земли заставила себя раскрыть крылья.

До дома Станиславы и Бальтазара я долетела сама. Почти сразу после моего падения из окна ко мне в попутчики набился Нирран, но тут придраться было не к чему – он держался достаточно далеко, чтобы не мешать, но в то же время хватило бы и двух взмахов могучих крыльев, чтобы он оказался рядом.

Конечно, можно было устроиться на его шее на вполне законных основаниях, но мне хотелось самой. Просто почувствовать…

Первое время я безумно боялась полета на этих крыльях. Они были моими… и в то же время чужими. И только сейчас я наконец слилась с ними – стала единой. Взмах крыла… ты чувствуешь, каким твердым может быть воздух под тобой. Как тут можно упасть? Он держит тебя в своих объятиях, он ласкает лицо и нежно треплет волосы. Такой заботливый. Родной для того, кто имеет крылья. Мне кажется или это не какие-то физические законы, а волшебство. Волшебство полета.

Раскрыть крылья, лечь на мягкие волны, расслабиться. Вверх, вниз. Здесь нет дорог, здесь нет ограничений. Это свобода. Абсолютная свобода!