История одного солдата
Шрифт:
— Так, господин… Альхер Кобарт, и что же вас привело в сюда? — наконец поднял на последнего взгляд вербовщик.
— Я подумал что… Что… — медленно начал Альхер, — просто не мог сидеть я на месте, господин. И мне подсказали куда идти. В храме Девы я просил у той девушки, волшебницы, чем я могу помочь и она посоветовала мне газету купить, — Как ему показалось господин напротив смотрит на него с неодобрением так что тут же прибавил. Но дело не в ее словах. То есть и в них тоже. Но я и до того думал что надо что-то сделать. И потом у меня семья в деревне на востоке и я не знаю что с ними.
— Да, какая область?
— Стандазерд, господин.
— Судя по сведениям которыми мы располагаем, там нет никаких войск как и на всем правом берегу Лена. Он безопасен, так что без особых опасений можешь ехать к своей семье хоть сейчас.
— Даже если и так… все равно я уже все решил. Я матрос. Я и так привык рисковать своей жизнью, — разошелся соискатель славы да скорой смерти, — Если уж Старуха решит прибрать меня, то лучше за такое важное дело чем просто так. А если вы меня не возьмете то я все равно пойду!
— А ты оружие то в руках когда нибудь держал? — без особого восторга выслушав эту пламенную речь, поинтересовался офицер.
— Охотился на уток в болотах с пятнадцати лет с гладкоствольным жезлом, господин, — тут же ответил Альхер.
— Эх… ладно. Дурак ты, парень. Когда, тебя убьют не жалуйся.
— Т-так точно, господин Губель! — выкрикнул Альх. Старпом наверняка похвалил бы за столь глубокое познание науки обращения к старшим.
— Имя мое знаешь? — оживился человек-птица, сверкнув очками.
— Подсказал тот парень что после меня, — бесхитростно пояснил Альх.
— Вот оно как. Тогда вали, и не гаркай на весь кабинет. Не на параде.
— Как скажете.
— Документ не забудь.
— Спасибо за беспокойство, господин Губель — ответил Альх и окрыленный столь легким собеседованием отправился в дверь на выход, напротив той в которую он вошел.
Уже покинув кабинет сообразил что забыл мешок, так что извинившись вернулся забрал и вновь исчез за дверью.
За дверью новобранца ждал пустой коридор. А значит идти следовало куда-то еще, раз у здесь никого не было. Ни одна из закрытых дверей не походила на ту за которой могло бы собраться много людей зато в конце коридора слепящим прямоугольником, сверкал выход.
1Дел, что демонов в Ульхаиле — т. е. Прорва дел. Ульхаил — отделение земель мертвых куда попадают души как то досадившие богам.
2Аскардендальт — столица (по крайней мере место встречи с соседями) гномьего государства Цвергенланд, что лежит к северу от Лендала.
3 Кулу — Птица кулу — символ мубрости.
4Гномьи ноги — протезы механические, в изготовлении которых гномы немало преуспели.
5 Лапма — ДЖИН лампа (Демон Жидкий Искрящий Нагривающийся) стеклянный шар от размера в пару кулаков до метра а то и двух в поперечнике с запечатанным в него светящимя демоном. «выключают» же лампу затуманив стекло магией. Работают Лампы от года до пяти, в зависимости от активности их эксплуатации после чего демон находит способ вернуться в свой мир, в редких случаях вырваться разбив лампу.
6Сейбер — Артурия охтавейна — одна из спутниц бога войны Бурунгуна, покровительствует мечникам. Она же персонаж Энегельского эпоса о королеве рыцарей и круглом столе. Весьма грустная история.
Ч2:Наука рекрутская. Глава первая: Первый шаг, сложен! А как ты судишь, коль не знаешь что ждет тебя дальше?
Часть вторая: Жизнь рекрутская: Как любил говаривать один воевода «Тяжело в ученье легко в бою».
Глава первая: Первый шаг, сложен! А как ты судишь, коль не знаешь что ждет тебя дальше?
Пусть Альх уже смирился с тем, что толп ждать не приходиться, он не ожидал что их будет так мало. Кроме гнома кузнеца да оборванца, который несмотря на надежды Альха, каким-то образом все же прошел, здесь обнаружилось еще троя. Двоя юношей рядом с кузнецом. Один едва ли не его копия моложе лет на двадцать. Разве что выбретый, да чуть пониже, хоть и шире в плечах Как видно сын. Второй, напротив и близко не походил на тех двоих, высокий и подтянутый, скорее походивший на эльфа. Так что, либо они все же не родственники, пусть и держались вместе, либо жене кузнеца доводилось его обманывать. Последний держался особняком: мужчина средних лет в очках да с бакенбардами на полных щеках. Одет прилично, пусть и не богато. Как видно купец или какой то клерк.
Не зная куда пристроиться, Альх решил для начала объясниться с оборванцем, которого ненароком обидел.
— Доброго тебе дня. Прости что приставал… — обратился новобранец, к парню, стоявшему в отдалении, под тенью стены управления, — э-э меня Альхер Корбат зовут… Мы как понимаю будем вместе служить.
Альх, всеми силами стараясь излучать дружелюбие и понимание наткнулся реакцию айсберга по отношению к подвернувшийся на пути рыбацкой шхуне — морозная агрессия. Оборванец с истинно аристократической выдержкой даже головы в его сторону не повернул. И все же бывший матрос пошел на второй заход:
— Я тут знаешь извиниться хотел ну за то что говорил там. Я ведь ничего плохого не имел ввиду. То есть вообще ничего не имел ввиду…
— Ренинс Хонт. — оборвал Альха ледяной голос оборванца. Ну или по крайней мере голос, хозяин которого старался сделать его ледяным. Так или иначе, этот голос давал понять, что продолжения не последует.
— Ясно… тогда прости. До встречи, господин Ренинс.
Тем и завершив свою эскападу, Альхер, отправился в другой конец двора, под навес для дров, более чем на половину опустошенный, что и понятно, лето в конце концов.
Спустя минут пять, а может и все десять. Здесь, на свежем воздухе, под пенье птичек: к чайкам присоединилась стайка синичек, да пара ворон, шум ветра, да скрип покачивающегося на петлях, распахнутого окна время конечно не бежало. Скорее текло словно Лен. Главное что не зацвелоа словно в застойном пруду. В двери появился очередной силуэт. Огромный, хоть в сравнении все же несколько меньше кузнеца заведшего разговор с гномом, готовый ко всему воин Амин, все так же державший мешок из которого торчал жезл, перед собой.
— Так тебя все же взяли, — заключил бывший матрос, когда Амин, завидев последнего, направился к новому приятелю. Вид у него стал даже более подавленный чем в очереди.
— Меня не могли не взять. У меня ведь рекомендательное письмо да и одна фамилия… — отозвался Амин, повесив голову, — а тебя ведь тоже.
— Ну, я смог их уговорить, — самодовольно заявил Альхер, — И какая же у тебя фамилия то такая?
— Ястеб, — сознался Амин с видом человека, признающегося в ритуальном убийстве восьми дюжин милых щеночков для шубки, — мой отец из высшего офицерства. Сейчас и вовсе помощник главнокомандующего гарнизона.