История одного солдата
Шрифт:
— Ч-человек? — не сдержав удивления воскликнул Альхер.
— А ты ж что думал по курицам стрелять будешь? Не расслабляйся. Давай, стреляй.
Альх сглотну и взглянул в облако где уже ясно вырисовался контур. Собственно это был не просто контур, а человек одетый в кирасу и шлем. У него даже были рот нос глаза. Наличие же кирасы говорило похоже о том, что стрелять следует не абы куда, а в незащищенный участки, топишь под шлем в лицо.
— Не медли, — поторопил новобранца старшина.
Альхер сажал курок.
Между зубцами на глазах наливалась зеленая шаровая молния. Альхер чуть опустил жезл вниз.
— Пли.
Алхер отпустил курок. С трезубца сорвался заряд. Через мгновение над нишей возникла надпись:
«Раненине: рука».
— Похоже утятину вы ели то нечасто… — скептически прокомментировал офицер.
— Но ведь я целился в руку, господин.
— Думаешь, враг будет миндальничать с тобой? Если пришел по рябчикам стрелять, вали домой.
Новобранец недовольно просопел, и все же вновь поднял жезл. Прицелился чуть выше, зажал курок. Выстрел. Серо зеленый шарик устремился к цели:
«Убит: Шея»
— Так то лучше, — хмыкнул военный.
Следующие три выстрела пришлись в щеку, лоб и нос а вот четвертый ушел в пустоту, даже не задев уха.
— Двигается? Это штука еще и двигаться может? — раздался гул за спиной Альхера.
Альхер опустил жезл, пригляделся. И вправду цель сделала шаг в торону, а после присела, как буд-то бы кирасир завязывал шнурок. Так, что теперь попасть в голову не было никакой возможности.
— Думай о том как заставить его повернуться, парень.
Не особо надеясь на успех, Альхер выстрелил в кирасу, что и вправду не произвело ровным счетом никакого эффекта.
«Повернуться значит…»
Собственно стрелять то можно хоть в руку хоть в ногу, но цель то старшина перед ним другую ставил. Попасть в голову, а не ранить. Хотя это ж и не обязательно на войне то вроде как… если противника из строя вывести…
— Не медли!
Альхер выстрелил, в плече. К удивлению пожалуй всех новобранцев, фигура зажала плече, и начала вертеть головою туда сюда. Но Альхер на что-то подобное и рассчитывал. Еще пара мгновений и заряд прошил щеку цели.
— Что ж неплохо парень, — похлопав Альха по плечу, похвалил его господин Рорх, — Как тебя звать?
— Альхер Корбат, господин старшина, — тут же ответил новобранец, встав по стойке смирно.
— К пустой голове руку не прикладывают, — пожурил подопечного Рорх, — что-ж молодец Альхер. Вы же все скажите ему спасибо, что он так стрелять навострился. Ты парень не уходи. Раз уж жезлами знаком, то будешь кристаллы на новые ставить, — развернувшись к новобранцам, старшина, пару раз кашлянув, скомандовал, — Стро-ойсь в три колонны. Прежде чем палить думайте, да запоминайте кто сокольих подстрелил. Выполнять!
* * *
— Господин Коргин, скажите наконец, ради чего вы пошли в армию? Вы что и правда думаете что я в одиночку пропаду? — обратился к сослуживцу Альхер, в очередной раз облизывая обожженный палец. Все же сложно сохранять осторожность когда делаешь одно и то же действие тридцать раз к ряду.
— Дурья твоя башка, малой. Яж тебе уже подсобил тебе. Старшина внимание на тебя обратил. Фамилию запомнил даже. Да и проявил ты себя с лучшей стороны, — хмыкнул старый моряк. — Ты смотри еще генералом будешь. В этом же деле то да по войне главное начать.
— Ну ну… — недоверчиво отозвался Альх, решив не заострять внимание на выходке своего бывшего начальника.
Эти двоя, равно как и еще двадцать шесть мужчин сидели в общем зале трактира, где-то неподалеку от южной границы порта. Альхер и адрес то не удосужился прочесть. Если конечно он тут имелся. Подавали картофельный супом с сушеным крабом да кусок пирога с рыбой.
Денег с них никто не требовал, ну а Альх, в свою очередь не предлагал. Видно за них государство платило, раз уж теперь они на службе.
— Ты и вправду хорошо стреляешь, — подсев со своей тарелкой супа, похвалил товарища Амин.
Сколько Альхер людей знал, теперь уж отвязать от здоровяка не выйдет. Амин явно взял его в свои вожаки. Впрочем нельзя сказать что он так уж возражал, иметь столь грозного друга всегда полезно, на нем ведь не написано что он только и думает что о богах, да боится и муху обидеть. Да и потом иметь младшего друга опять же приятно. Наверное. Альх толоком еще не успел понять, нравиться оно ему или нет, а раньше главой никаких коллективов ему быть не приходилось.
Опустив взгляд в собственную тарелку, ополченец пронаблюдал как из глубин супа медленно всплыла на поверхность уже почившая, по всей видимости сварившаяся, муха.
— Ты ведь охотился? — обратил на себя внимание Амин.
— А-а…да да на болотах уток стрелял, — не сразу отозвался Альхер, увлекшийся извлечением насекомого из супа, — да…. Но уж всяко не как ты.
— Ну а что я. Меня ведь с самого детства учили. Тут уж кто угодно учиться. Я ведь и как с боевой шпагой знаю как управятся и алебардой… и на лошади…
— Попросился бы что б тебя отпустили, — без особой надежды на успех подобного предприятия, посоветовал матрос.
— Уйди в служение богу какому нибудь. Уж из храма то тебя никто не вытащит, — вставил Коргин, — а из такого здоровяка как ты выйдет прекрасный жрец. Сам подумай беспрестанная еда да вино из приношений, симпатичные барышни что ищут защиты богов и твоего совета. Не говоря уже о жрицах. Сам бы в жрецы подался б, ежли б в свое время дураком не был.
— Я думал об этом, но… — более чем серьезно начал здоровяк, — но просто не могу так поступить.
— Альх да хватит уже палец свой мусолить. К новой эре заживет, — пожурил последнего Коргин, — ешь давай, а то суп остынет. Кто знает когда еще суп горячий поешь.
* * *
В качестве плаца, судя по стаду из пара десятка коз, пасшихся неподалеку, начальства определило, южную оконечность острова, пустырь, заросший невысокими кустами, травой, да пожалуй, в общей сумме не более чем десятком, кривеньких деревьев. Зато камышовых заводей тут имелось с избытком.