Чтение онлайн

— Да-да, — эльфы вмиг засобирались и покинули кабинет.

Ох, Квентин, доиграешься же! Надо будет обязательно поговорить с ним.

Уиллис и де Трие появились у меня в кабинете через четверть часа.

— Ситуация очень серьезная, — заявил сержант с порога. — Их, по нашим скромным подсчетам, около сотни. Мой отдел физически не в состоянии их всех отловить.

— А разве я тебе утром не говорил, что ожидаю от тебя не арестов, а действий, направленных на изменение ситуации в целом? Никто не просит тебя лично арестовать всех тропиканцев, мне нужно, чтобы улицы кровью не были залиты.

— А может и до этого дойти, — сказала Селена.

— Вот смотрите, сэр, — сказал Квентин. — Мы выяснили имя того, кто направил зверолюдов-исполнителей к нашим торговцам. Имя, и приблизительное место обитания. Его-то обязательно надо нейтрализовать и допросить, чтобы выйти на следующего в цепочке. Кроме того, после этого ареста, оставшихся без непосредственного руководства тропиканцев будет легче ловить, а ловить их все равно придется, сэр. Рано или поздно. Но если мы сами сейчас займемся этим старшиной, то может получиться так, что упустим время в другом, более важном.

— Короче?

— Мне нужно звено стражей, которое займется арестами, — сказал Уиллис.

— Разумно, — согласился я. — Я подумаю, кого тебе дать. Но это все, что ты мне хотел сказать? Я-то думал, ты уже с мероприятиями пришел.

— А я с ними и пришел, — ответил Уиллис. — Если вы готовы меня выслушать, я их сейчас озвучу.

Селена посмотрела на своего сержанта с большим удивлением. Мне кажется, или сейчас кто-то будет импровизировать?

— Во-первых, мы должны предотвратить появление в городе новой партии тропиканцев, — сказал Уиллис. — Корабли, как я понимаю, продолжают прибывать. Думаю, стоит встречать их в порту и помещать в карантин. Помните, как двадцать два года назад, когда в Жарандии была эпидемия синей чумы?

Было дело. Тогда мы прямо в порту освободили несколько складов и всех прибывающих из Жарандии отправляли туда на две недели. Доктор Ицк тогда в порту три месяца безвылазно провел, синяя чума прекрасно лечилась, но лишь на начальных стадиях течения болезни, которую без анализа крови выявить было почти невозможно.

— Поговорю с капитаном, — сказал я. — Еще?

— Надо провести облаву в припортовых ночлежках, — сказал Квентин. — Лучше — прямо сегодня ночью. Брать всех тропиканцев и отправлять в тюрьму. Потом допрашивать, и либо предъявлять обвинения, либо в карантин.

Если Уиллис сейчас и импровизировал, то делал это умело. Во всяком случае, мне нравилось.

— Имеет смысл, — кивнул я. — Еще?

— Усиленные патрули само собой, особенно ночные, — сказал Квентин. — С привлечением студентов из МКИ и ИБМ.

— Легко тебе говорить, — вздохнул я. — Это ты можешь прийти и попросить у меня звено стражей. И получить его. А я где столько людей возьму? Штат в один момент не увеличить, придется переводить ребят на особый режим и сокращать выходные.

Селена глубоко вздохнула. Неужели ребят пожалела?

— А уж про магов я вообще молчу, ты же знаешь, сколько будет стоить каждый маг-студент сверх лимита?

— Если все хорошо пойдет, то это ненадолго, — сказал Квентин. — Максимум на неделю. Можно же в Храм Войны за помощью обратиться, да, может, и из Храма Героев помогут. Затем еще обязательно нужно провести беседу с городскими купеческими старостами и цеховыми главами. Объяснить ситуацию, попросить содействия. Нам от них надо две вещи: во-первых, чтобы они тоже организовали ночные патрули и сами приглядывали за своими лавками, а во-вторых, чтобы не скрывали от нас фактов рэкета и нападений. Опять же, в газете надо бы статью с предупреждением…

— После такого мы получим в городе всплеск ксенофобии, — сказал я. — Чую, начнут бить тропиканцев на улице, особенно зверолюдов. И спрашивать не станут, виноват — не виноват. Капитан может и не одобрить.

— Обязательно получим, — согласился Квентин. — Но, сэр, я хочу сказать: бить зверолюдов будут в любом случае, тут мы этого не предотвратим. Потому надо сразу инструктировать наших людей, чтобы не увлекались. Мы должны обеспечить защиту всем зверолюдам вообще и тропиканцам в частности настолько, насколько сможем. Потому, будет лучше, если мы будем управлять процессом, а не он нами.

Это он хорошо сказал. Душевно так. Проблема в том, что сказать это проще, чем выполнить.

— Все? — спросил я.

— Пока — да, — ответил Квентин. — Может быть, после того, как мы арестуем старшину рэкетиров, появятся еще идеи. Так я могу рассчитывать на звено?

— Можешь, — сказал я. — Через пару часов они будут в твоем распоряжении. Не морщись, мне людей с выходных отзывать. По остальным твоим предложением буду говорить с капитаном, когда он вернется. Так. Капрал, ты можешь идти, а мне сержанту еще пару вопросов задать надо.

Лицо полуэльфа приобрело знакомое мне дежурное выражение. Догадывается, о чем разговор будет?

— Знаешь, кто у меня был перед тобой? — спросил я.

— Никак нет, сэр.

— Приходили леди Гаргалуэль Силорин и леди Рафалиэль Эралли в сопровождении милорда Натана Валонорэ. Догадываешься, зачем они приходили? Только не ври, ради бога, я после их визита не в настроении выслушивать еще и твои небылицы.

— Догадываюсь, сэр, — ответил Квентин, смотря мимо меня в стену.

— А ты знаешь, что твоя тетя Лидия отозвала свое заявление и я собираюсь этого вашего Милисалэ, или как его там, отпустить?

На секунду, но лишь на секунду, во взгляде у Уиллиса проскочило выражение досады, а после взгляд стал прежним — стеклянным и пустым.

— Что скажешь?

— Скажу, что не собираюсь критиковать и оспаривать ваши решения, сэр, — ответил Уиллис. — Если вы считаете возможным выпустить на волю озабоченного маньяка, что я могу сказать? Я понимаю, должно быть, на тетю Лидию было оказано давление, да и вас вот наши старейшины посетили…

Мне в очередной раз захотелось съездить по его смазливой роже. Хватит мне тех шпилек, которыми меня сегодня те две старые курицы наградили, не хватало мне еще грязных намеков этого недоэльфа.

— Повтори, что ты сказал, — произнес я, глядя ему в глаза.

— Извините, сэр, — после небольшой паузы сказал Уиллис. — Я не хотел вас обидеть. Честное слово, сэр.

— Ладно. Ты мне лучше скажи, зачем ты это делаешь? — спросил я его.

— Что делаю, сэр? — деланно удивился он.

— Что тобой движет: желание покуролесить или более сильно побуждение?

— Я вас не понимаю, сэр…

— Впрочем, ты прав, это не мое дело. Но меня интересует, как далеко ты готов зайти. Что ты сделаешь в следующий раз, а? Убьешь?