Чтение онлайн

Ближе к девяти я добралась до пристани Сант-Антонио. Микеле еще не было. Я ждала его, уставившись на море и представляя чудесные места, где мы сможем начать нашу совместную жизнь. Услышав приближающиеся шаги, я закрыла глаза и обернулась, готовая оставить прошлое позади, — и с легким разочарованием ответила на приветствие старого рыбака, который уселся на деревянную скамейку и принялся распутывать леску на удочке. Я наблюдала за его осторожными движениями, и постепенно мне стало казаться, что разум освободился от всех тревог. Я прождала еще целый час, но Микеле так и не пришел. В панике я бросилась искать его. Однако дом Микеле, как и дом его матери, выглядел заброшенным, изнутри не доносилось ни малейшего шороха. Потом я в отчаянии бродила по городу, даже пошла к Магдалине, которая поздоровалась со мной с неприкрытой ненавистью, но поклялась, что ничего не знает. В слезах я рухнула на скамейку на набережной, угодив в капкан одиночества, которое не оставляет даже в шумной толпе. Я поняла, что Микеле никогда не придет. Возможно, мне больше не суждено его увидеть. Я побрела домой и застала маму за столом с моим письмом в руке. Не знаю, сколько раз она перечитала его за последние несколько часов.

— Мама, он не пришел. Я не понимаю, — призналась я, прежде чем броситься в ее объятия.

Она позволила мне выплакаться и какое-то время молчала, просто гладила меня по волосам, как в детстве, а затем взяла за плечи. Она хотела заглянуть мне в глаза, прежде чем сказать одну-единственную фразу и посчитать тему закрытой:

— Это значит, что он действительно любит тебя.

Вскоре пришел и папа, немного раньше того времени, когда он обычно возвращался с работы. Мама тут же спрятала мое письмо в карман юбки, а я вытерла слезы. Отец сел и налил себе стакан воды.

— Почему ты дома? — спросила мама.

— Сегодня произошла странная вещь, — ответил он, рукой вытирая губы. — Я был на бойне, и ко мне подошел старый приятель начальника порта, с которым мы знакомы уже много лет.

— Чего он хотел? — Мама села напротив него.

— Сказал, что какой-то тип, которого он никогда не видел, с иностранным акцентом, пришел и в порт и заявил, что должен передать Антонио Де Сантису лодку, красивейшую рыбацкую лодку.

— Что? Лодку? С каких это пор лодки раздают? И почему он не пришел прямо к тебе?

— Я не знаю, Тере, говорю же, что это странно. В любом случае тот, от начальника порта, уже отдал мне документы на право собственности. Лодка моя, тут нет никаких сомнений.

Мама встала и обошла кухню, затем остановилась перед окном, за которым группа детей играла в шарики на белых камнях.

— Название у лодки тоже странное, — продолжил папа. — Она называется «Малакарне». Ну и наплевать: главное, что лодка моя, и я не собираюсь от нее отказываться, — сухо добавил он, как будто пытаясь веским заявлением убедить в первую очередь себя.

Ему было все равно, кто отдал — подарил, завещал или подсунул ради шантажа — эту лодку. Отец знал только одно: он хотел вернуться в море и снова обрести себя. Я подошла к маме и тоже посмотрела в окно на играющих детей. Но на самом деле просто надеялась таким образом скрыть от отца слезы, медленно текущие по щекам.

— Вместе с документами была записка: «Однажды ты расскажешь мне, что там, по другую сторону моря».

Я заметила взгляд, который мама бросила на меня. Она все поняла и, кажется, не ждала объяснений. Мне нравится думать, что она без слов хотела сказать мне: даже если сейчас все кажется беспросветно темным, со временем тьма рассеется и свет вернется, пусть ради этого и придется потрудиться. Лицо у меня продолжало судорожно кривиться, в животе словно собрался комок шипов. Отец вернул себе море, а я потеряла Микеле.

— Мы с Марией пойдем, — сказала вдруг мама. — Сходим на кладбище.

— Да-да, — рассеянно кивнул папа, в очередной раз перечитывая свидетельство о регистрации судна «Малакарне».

Ветер значительно усилился. Это был один из тех дней, когда дул мистраль, а небо было ясным и ярким. Деревья на кладбище сбросили листву, остались только черные кости и горсти иголок, осыпающиеся на стены и живые изгороди. Лишь кипарисы горделиво возвышались во всей красе. Хотя стоял полдень, траву все еще покрывала роса. Смотритель, как обычно, приветственно кивнул нам; какие-то женщины неподалеку меняли воду в вазах и протирали надгробья платочками. Привычная картина, в точности как раньше, хотя теперь я воспринимала ее совершенно по-другому. Мы остановились перед могилой Винченцо. Мама, как всегда, поцеловала фото, протерла его, поставила свежие цветы.

— Если у нас что-то забирают слишком рано, оно дольше остается в памяти. Иногда навечно, — сказала она нам обеим, особенно мне, потом взяла меня за руку, и мы замерли рядом, мать и дочь, глядя на могилу Винченцо. — Не стоит плакать о том, что мы потеряли, Мария; надо радоваться тому, что мы имели.

Я хотела верить, что Микеле попрощался со мной не навсегда, а лишь дал понять, что пришло время мне пожить немного своей жизнью, а ему — своей. А потом мы снова встретимся, став сильнее и накопив целую гору историй, которые будем рассказывать друг другу. Но, может, он и вправду навсегда ушел от меня. Его лицо останется только в альбоме со старыми фотографиями, с которых я время от времени буду смахивать пыль и плакать, как бабушка Ассунта. И все же я знала: однажды я расскажу Микеле, чт'o увидела по другую сторону моря, плывя на борту «Малакарне», пока Антонио Де Сантис стоял на носу и внимательно изучал горизонт.

notes

Примечания

1

Отмечается 9 мая, в день прибытия мощей Николая Мирликийского в город Бари. — Здесь и далее примеч. пер.

2

Местное название терки.

3

Городская стена города Бари, раньше окружавшая древнюю крепость. В настоящее время сохранилась только часть, отделяющая старый город от набережной, построенной в 1930-х годах.

4

Этрусские и древнеримские гадатели по внутренностям жертвенных животных.

5

В южных диалектах сокращенную форму имени образуют отсечением последних слогов, и ударение тогда падает на последнюю гласную.

6

Вино из одноименного сорта винограда, символ Апулии.

7

«Не приближаться — Запретная зона — с 18:00 до 6:00» (англ.).

8

Сокращенная форма имени Тереза.

9

Сицилийская военная кампания Джузеппе Гарибальди 1860–1861 годов.

10

Дом карбюраторов (исп.).

11

Аниме-сериал Каору Тада (1983–1984).

12

Аперитив, который обычно пьют во время рождественских праздников. В домашних условиях готовится из яиц с добавлением сахара, лимонной кислоты и красного вина марсала.

13