Чтение онлайн

В 1600 г. Годунову удалось добиться успехов во взаимоотношениях с Речью Посполитой. Оба государства имели друг к другу территориальные претензии, имели и свои трудности, которые они пытались разрешить за счет войны между собой. Ливонская война не разрешила противоречий между двумя странами. После Люблинской унии 1569 г. польско-литовская знать и шляхта стремилась увеличить свои владения за счет русских земель. Речь Посполитая желала добиться этого не только силой, но и за счет различных соглашений и даже унии двух государств. Во время межгосударственных переговоров 1598 и 1600 гг. Речь Посполитая предлагала вариант объединения с Россией. Обеим странам предлагались вроде бы равные условия объединения. Но равенство это было кажущимся, потому что в будущем едином государстве главными были бы все же польско-литовские интересы и получение католической церковью свободы в проповеди католицизма в русских землях. Предполагалось также, что русское дворянство в результате унии получило бы шляхетские вольности по польскому образцу. Русская сторона отвергла предложение об унии. Но Россия добилась в 1600 г. заключения «перемирных лет» (20 лет) с Речью Посполитой.

Однако в самой России положение оставалось непрочным. В стране все больше и больше усиливалась социальная и политическая напряженность. Крестьянство и посадские люди были недовольны закрепостнительной политикой государства, ростом государственного тягла, которым оно пыталось решить свои проблемы и защитить интересы провинциальных дворян центральных районов, болезненно реагировавших на крестьянские переходы, которые принимали характер переманивания крестьян со стороны крупных светских и церковных феодалов.

Обострились противоречия между столичным и провинциальным дворянством. На рубеже веков центральным вопросом политической жизни России было то, какие сословия или сословные группы будут близки к трону и тем самым получат возможность оказывать влияние на принятие властью государственных решений.

Опорой власти была замкнутая корпорация элиты – государев двор. Он служил царю и от него получал свои права и привилегии. Элите противостояли «служилые города» – сословные организации провинциального дворянства. «Города» различались по старшинству и «чести», а это, в свою очередь, вело к различию в служебном положении. От места в иерархии «городов» зависело и жалованье, и размер поместья провинциальных дворян. Южные «служилые города» занимали в этой иерархии более низкое положение, чем «служилые города» центра, запада и севера. Поэтому южные «города» находились в оппозиции власти и часто поддерживали антиправительственные выступления. «Города» центра, севера и запада всегда поддерживали центральную власть. На рубеже XVI–XVII вв. эти противоречия резко обострились в связи с той политикой, которую проводило правительство Годунова. Дворянство юга, осваивавшее новые земли, заинтересованное в притоке рабочих рук, было недовольно отменой перехода крестьян. Дворяне центра выражали недовольство правительством, неспособным пресечь бегство крестьян. Аристократия не желала мириться с уменьшением своих родовых прав. Церковь противостояла стремлению государства подчинить ее своей власти, лишить привилегий.

Политическая напряженность была усугублена династическим кризисом, отнюдь не завершившимся избранием Годунова на царство. Социальная и политическая напряженность переросла в полномасштабный кризис в первые годы XVII столетия, когда в стране разразился страшный трехлетний голод, повергший в состояние кризиса экономику страны.

В 1601 г. в центральных районах России почти два месяца шли непрерывные дожди, а в середине августа ударили морозы и лег снег. Урожай пропал, что вызвало повышение цен на хлеб в 6 раз. Годунов установил предельные цены на хлеб, но спекуляция им усиливалась, и остановить ее было невозможно даже жесточайшими репрессиями. В стране свирепствовал голод. В 1601 г. появился указ, разрешавший помещичьим крестьянам, спасаясь от голода, уходить в Юрьев день от своих владельцев. Эта мера не касалась вотчин знати и монастырей, но именно они начали переманивать крестьян и вывозить их из поместий служилых дворян, что вызвало недовольство дворян.

В 1602 г. посевы, сделанные семенами 1600 г., не дали хороших всходов. Летом вновь ударили морозы, и урожай снова погиб. Цены на хлеб возросли в 100 раз. К голоду прибавились эпидемии. Люди начали вымирать. На улицах городов, на дорогах лежали трупы, имели место случаи людоедства. В 1602 г. вновь был издан указ, разрешавший крестьянам выход в Юрьев день. Правительство начало раздачу «в милостыню» хлеба из государственных амбаров, усилило репрессии по «татебным и разбойным» делам. Холопам было разрешено уходить от своих хозяев, если те не могли их прокормить. Однако эти меры успеха не имели. Недовольство людей царем усиливалось. В разных местах страны вспыхивали народные бунты. В 1602–1604 гг. массовые волнения крестьян охватили дворцовую Комарицкую волость. Волновались крестьяне ряда монастырских вотчин. В 1603–1604 гг. вспыхнуло восстание холопов под предводительством Хлопка, охватившее все Подмосковье. Восстание было подавлено, Хлопка казнили в Москве.

Церковь усиленно проповедовала, что бедствия, свалившиеся на страну, не что иное, как Божье наказание за грехи, за Годунова, получившего царство не от Бога, а от избравших его людей, за преследование им бояр, за то, что холопы не слушаются господ. Среди народа, разочаровавшегося в Годунове окончательно, начались поиски «законного наследника престола», который, заняв его, будет строгим и беспристрастным правителем, царствующим «по правде» и справедливости. В народе упорно муссировались слухи о царевиче-избавителе Дмитрии и его чудесном спасении. Люди все больше и больше ненавидели «лжецаря», «царя-детоубийцу» и его окружение, поднимались против царя-узурпатора. Знать, стремившаяся расширить и усилить свою роль в управлении государством, всячески старалась направить недовольство народных масс против «безродного» царя Бориса. Социальный, экономический и политический кризис в стране при неустойчивости новой династии привел к возникновению самозванщины.

Начавшись в голодные годы, Смута усилилась с появлением первого самозванца. Объявился он в 1602 г. в Речи Посполитой, где ослаблением России желали воспользоваться активизировавшиеся сторонники агрессивной политики по отношению к России, желавшие обогатиться за счет русских земель. Эти планы даже стали принимать форму «крестового похода» против православных, которые не были «подлинными христианами». Эти силы в Речи Посполитой активно поддерживал Ватикан и папский нунций в Варшаве. Католическая церковь введением в России католичества хотела пополнить источники доходов, уменьшившиеся после Реформации, которая увела ряд европейских стран из лона католической церкви. Появившийся в Речи Посполитой русский самозванец объявил себя «чудесно спасшимся» царевичем Дмитрием и вошел в тесный контакт с польско-литовскими магнатами, королем Сигизмундом III и папским нунцием.

Первым самозванцем в период Смуты, согласно сведениям о нем правительства Годунова, был Юрий (Юшка) Богданович Отрепьев (в монашестве Григорий) из семьи галицких дворян. Отрепьев рано потерял отца и воспитывался матерью. Став взрослым, он отправился в Москву, где получил хорошее образование и стал холопом Федора Романова. После опалы Годунова на Романовых, которых он обвинил в заговоре, Юрий постригся в монахи и сумел стать приближенным патриарха Иова. В 1602 г. Григорий бежал в Речь Посполитую, где сбросил рясу и назвал себя царевичем Дмитрием.

Благодаря близости к Романовым он хорошо знал жизнь и нравы царского двора и детали трагических событий, происшедших в 1591 г. в Угличе. Отрепьев был не только образованным и умным, но и непомерно честолюбивым человеком, склонным к разного рода авантюрам, поэтому сложившуюся в России ситуацию он хотел использовать в своих корыстных целях. В этот момент он оказался нужен знати и России, и Речи Посполитой. Русская знать, недовольная Годуновым и стремившаяся свергнуть его, решила сделать ставку на «царевича Дмитрия», что еще больше усилило в народе веру в скорый приход царевича-избавителя и сделало его союзником знати в борьбе с Годуновым. Для магнатов и шляхты Речи Посполитой Отрепьев стал нужен и ценен. Не имея возможности добиться своих интересов в России силовым путем (только недавно было подписано соглашение о 20 перемирных годах с Россией), польско-литовские феодалы решили осуществить свои захватнические планы под знаменем поддержки «законного царя». Очень метко сказал об этой ситуации В. О. Ключевский. Лжедмитрий I «лишь испечен в польской печке, а заквашен в Москве».

Лжедмитрий тайно принял католичество, за что ему была обещана поддержка Ватикана и короля Сигизмунда III. Польский король скрыто поддерживал авантюриста. Открытой поддержки он оказать не мог, потому что вынужден был лавировать между сторонниками силового пути обогащения за счет России и оппозицией этому курсу, которая существовала в Речи Посполитой.

Лжедмитрий I много обещал полякам и папскому нунцию в Варшаве: помощь Польше в войне со Швецией, Северскую землю, Псков, Новгород, половину Смоленских земель, большие суммы денег Юрию Мнишку, отцу своей невесты Марины Мнишек. Он заверил Ватикан, что, став царем, распространит католицизм в России.

Юрий Мнишек, Вишневецкие и другие польско-литовские магнаты помогали Лжедмитрию готовить поход на Москву. В октябре 1604 г. Лжедмитрий I с отрядом в 4 тыс. человек, куда входили наемники-поляки, русские дворяне-эмигранты, донские и запорожские казаки, двинулся на Москву. Но шел он не через Смоленск, который был сильно укреплен, а через охваченные волнениями беглых крестьян, холопов, казаков и провинциальных дворян южные Северские земли. Именно здесь Лжедмитрий I нашел полную поддержку. Люди радостно встречали царевича-избавителя и переходили на его сторону, надеясь с его помощью избавиться от Годунова, бояр, крепостного гнета и насилия.