Чтение онлайн

Бомбардировки гражданского населения были только началом операции НАТО. Комитет иностранных дел британского парламента пришел к выводу, что вся операция будет в лучшем случае иметь сомнительную законность. Что касается предотвращения этнических чисток, вероятно, Милошевич планировал очередное наступление. Но самые худшие этнические чистки произошли во время интервенции НАТО. До начала бомбардировок в Косово было убито около 2500 человек. За 11 недель бомбардировок НАТО [157] по крайней мере 4400, а возможно, и более 10 000 человек погибли. В основном это были албанцы, убитые сербами. До войны около 350 000 косоваров были вынуждены покинуть свои дома; к концу войны 800 000 человек пришлось покинуть страну, они проживали в основном, в лагерях беженцев в Албании и Македонии; более 500 000 человек покинули Косово. Гуманитарная катастрофа могла бы быть еще хуже, если бы НАТО не вмешалось. Но операция не предотвратила ужасного массового кровопролития.

А после того, как НАТО вынудило сербов вывести войска, косовары, вставшие на защиту, начали мстить безоружным сербам. Они уничтожили сербские церкви и монастыри и «провели в ответ этническую чистку сербов – под носом у войск НАТО». Главный союзник Запада в Косове, Армия освобождения Косова, была названа в 1998 году одним из должностных лиц Государственного департамента США террористической организацией. Частично она финансировалась за счет незаконного оборота героина, а некоторые западные разведслужбы связывали ее с Усамой бен Ладеном, исламские моджахеды попадали в нее со всего арабского мира. Несмотря на это Запад приветствовал ее как своего партнера.

А девять лет спустя, чтобы признать Косово в качестве независимого государства, Соединенные Штаты снова нарушили международное право. Даже те, кто верил в Москве в благие намерения Запада, увидели, что всю сагу Косова трудно понять. Во время первого крупного военного участия с момента основания НАТО было нарушено международное право, чтобы лишить членства страну, принявшую сторону группы боевиков (связанных с террористами и занимающихся торговлей героином), которые учинили этническую чистку беззащитных граждан «под носом у сил НАТО». НАТО незаконно бомбило гражданское население и гражданскую инфраструктуру. Операции, независимо от их мотивов, считаются насмешкой над утверждением, что военные силы НАТО были нужны лишь для «оборонительных или сдерживающих целей». И когда нужно было выбирать, бомбить ли им сверху или воевать на земле, Запад не помешал, а, возможно, даже послужил катализатором массовых убийств, которые стали всего лишь оправданием их вмешательства.

События в Косове стали шоком для российской общественности. Но вот пришла очередь Ирака. США вторглись в другую страну по ошибочному или сфабрикованному обвинению, что она тайно разработала оружие массового уничтожения. В результате погибло более 100 000 иракцев. Из Москвы это выглядело еще одним примером небрежного осуществления власти со стороны Соединенных Штатов, чьи политики не понимали, как ее использовать, что и привело к массовым потерям.

Этот пример заставил даже друзей Америки в России сильно понервничать из-за давления США в вопросе касающемся расширения НАТО на Кавказ и Украину. Наибольшую опасность представляла не столько западная агрессия, сколько западное невежество в сочетании с самоуверенностью. Казалось, американцы, забыли о своих запретах в отношении применения насилия. Демократическая администрация вмешалась из «гуманитарных» соображений, республиканцы – чтобы помешать началу превентивных войн. И те и другие наносили ракетные удары по подозреваемым в терроризме. Старые ограничения – уважение государственного суверенитета, страх перед ядерной эскалацией – исчезли.

Мир становился все более опасным. В Косове, по общепринятой точке зрения, НАТО позволило использовать себя албанскими боевиками. Стратегия Армии освобождения Косова заключалась в том, чтобы спровоцировать сербов на слишком эмоциональную реакцию; в результате Запад, возмущенный жестокостью Белграда, защитил бы Косово. Если бы это были размышления Армии освобождения Коссова, они бы блистательно сработали. Это не оправдало сербов. Но действия Запада подали опасный сигнал другим странам Европы, которые были готовы цинично разжигать межнациональные конфликты.

НАТО переехало на периферию России для того, чтобы радикальные националистические группы в странах Балтии или Украине начали терроризировать местное русское меньшинство, возможно, надеясь перетащить их в вооруженные силы США. Россия под влиянием общественного мнения будет вынуждена защищать своих граждан за границей. И продолжающийся накануне вечером военный кризис мог разразиться между гуманитарным Западом, имеющим ядерное вооружение, и империалистическим Востоком, также имеющим ядерное вооружение. Даже без участия НАТО, когда США направили своих военных инструкторов и офицеров специальных сил к самым уязвимым российским границам, шансы на случайности или ошибки, в которых российские солдаты проливали кровь американцев, значительно увеличивались. В обеих странах общественности преподносили лишь одностороннюю точку зрения конфликта. Правительства обеих стран не были готовы утихомирить страсти, когда началась стрельба.

Мораль, казалось, очевидна: так как Россия и Запад не смогли создать устойчивую структуру для сотрудничества, крайне важно было держать свои войска подальше друг от друга. Но они продолжали сближение. Неожиданно оказались рядом Украина и Грузия. Несмотря на то что только 22 % украинцев хотели вступить в НАТО, а 59 % выступили против этого. Несмотря на то что все больше украинцев хотели жить в союзе с Россией, Беларусью и Казахстаном, 35 % хотели стать членами НАТО. Несмотря на то, что участие в получении членства в НАТО для Украины, скорее всего, вновь бы разожгло сепаратистское движение в Крыму. Не принимая это во внимание, Соединенные Штаты решили, что меньшинство украинцев, которые хотели войти в состав НАТО, нужно поощрить. Чтобы сделать что-то не слишком сложное, некоторые ученые мужи предложили провести «политику умиротворения».

Грузия

Условия вступления в НАТО требовали, чтобы страна демонстрировала свою готовность решать конфликты с этническими меньшинствами мирным путем. К 2009 году русские почувствовали, что они имеют довольно хорошее представление о том, как действующее грузинское правительство ведет себя в урегулировании этнических конфликтов. Даже те, кто был встревожен дискриминационной продолжительной реакцией своего правительства [158] – торговое эмбарго, депортации, проверки грузинских ресторанов, мелкие притеснения грузинских лиц, – обрели американскую терпимость по отношению к насильственному проекту воссоединения загадочной власти Тбилиси.

В 2004 году молодой презентабельный адвокат, прошедший обучение в Нью-Йорке, – Михаил Саакашвили – стал лидером Грузии. У него был допустимый послужной список демократа, по крайней мере пока он не закрыл единственную независимую телевизионную станцию, послал ОМОН разгромить безоружных демонстрантов, арестовал политических оппонентов и был переизбран в ходе выборов, омраченных многочисленными нарушениями. С самого начала этот лидер дал понять, что он преследовал две цели. Во-первых, Саакашвили был полон решимости вернуть себе контроль над тремя автономными регионами, входящими в состав Грузии, два из которых состояли из этнических меньшинств, стремящихся к независимости. «Территориальная целостность Грузии – это цель всей моей жизни», – сказал он сразу после своей инаугурации. Во-вторых, он делал все возможное, чтобы добиться принятия Грузии в НАТО.

Для борьбы с сепаратистами Саакашвили создал с помощью США, Израиля и некоторых стран Восточной Европы свою армию. В 2006 и 2007 годах он купил 109 танков, 49 000 автоматов и 18 000 ракет в основном у новых или потенциальных членов НАТО. В 2007 году затраты Грузии на вооруженные силы были в 12 раз больше, чем в 2002 [159] . Правительство США продало стране в 5 раз больше [160] оружия в период с 2003 по 2007 годы, чем с 1998 по 2002 годы, а продажа оружия частными дилерами, которым правительство США это разрешило, многократно увеличилась.