Чтение онлайн

4. ВОЖДИ РАДИКАЛОВ

Влияние Герцена как генератора идей и фермента мысли, да и

как чисто политического журналиста было очень велико, но он был

слишком орбитальной и сложной личностью для того, чтобы быть

чьим-нибудь представителем или рупором какого-либо движения; ни

одна группа русских радикалов не видела в нем учителя и не

признавала его своим вождем. Место вождя радикальной

интеллигенции, пустовавшее после смерти Белинского, с 1856 г.

занимали последовательно настоящие ее представители –

Чернышевский, Добролюбов, Писарев, Лавров и Михайловский.

Первые два имели между собой много общего. Оба были

сыновьями сравнительно благоденствующих и очень почитаемых

священников. Отбросив все традиционные для отчего дома идеи, они

вместе с тем сохранили многое от атмосферы, в которой выросли:

они были пуританами, аскетами и фанатиками. Как и подобает

пуританам, они соединяли чистоту с ненавистью, и при том что

радикальная церковь считала их святыми, все «еретики»,

сталкивавшиеся с ними и не разделявшие их идей, возмущались их

ядовитостью и злобой. Герцен называл их «желчевики», a Тургенев

как-то сказал Чернышевскому: «Вы змея, но Добролюбов очковая

змея». Они были плебеи, не затронутые художественной и

эстетической культурой образованного дворянства, и попросту

презирали неутилитарные культурные ценности. Русская литература,

им предшествовавшая, сводилась для них к Белинскому и Гоголю,

понятому как чисто социальный сатирик. Литературу своего времени

они рассматривали как набор текстов для утилитарных проповедей

или как карту современной жизни, единственная заслуга которой

заключается в удобстве и точности. Все традиционное и

романтическое они отбрасывали. Было только два бога, в которых

они верили: западная наука как принцип прогресса и русский

крестьянин как вместилище социалистических идеалов. Новая

плебейская интеллигенция, поднявшаяся из народа и пропитанная

научным рационализмом, призвана была построить новую Россию на

месте растленной страны рабов.

Старший из двух, Николай Гаврилович Чернышевский, родился в

1828 г. в Саратове. В 1858 г. он опубликовал докторскую

диссертацию

«Эстетические

отношения

искусства

к

действительности», в которой утверждал, что искусство, будучи

всего-навсего более или менее адекватным подражанием

действительности, всегда ниже действительности, которую оно

изображает. Позже он выпустил Очерки гоголевского периода русской

литературы, заложившие основу утилитаристской и

гражданственной литературной критики и возродившие культ

Белинского, чье имя в годы крайней реакции сделалось запретным.

После 1857 г. он стал заниматься экономическими и социальными

вопросами. Он-то и стал признанным вождем молодого поколения

радикалов. В 1861 г., не удовлетворенный освобождением крестьян,

он перешел к активным революционным действиям; вокруг него

сложились первые ячейки революционных социалистов. Они не

пошли дальше печатания прокламаций, но в 1862 г. Чернышевский

был арестован. Два года он просидел в Петропавловской крепости,

где написал свой знаменитый роман Что делать?– первый и самый

влиятельный из длинной череды тенденциозных радикальных

романов. В образе своего героя – Рахметова – он изобразил

идеального радикала – чистого и сильного, народника и аскета.

В 1864 г. Чернышевский был сослан в Сибирь, где сначала сидел в

остроге, а потом был на поселении в заброшенном городке на северо-

востоке – Вилюйске. В 1883 г. ему было разрешено проживание в

Астрахани, а потом и в его родном Саратове. Он умер в 1889 г.

Николай Александрович Добролюбов родился в 1836 г. в Нижнем

Новгороде. Он начал сотрудничать в Современникев 1856 г. и с 1858

до своей безвременной смерти в 1861 г. был его главным критиком.

Он был пуританин высокой нравственности, ярый фанатик и

отличался совершенно невероятной работоспособностью. Для

радикальной интеллигенции он был святым, как и Чернышев ский. Он

был самым знаменитым и влиятельным критиком после Белинского:

на нем вырастала вся радикальная интеллигенция с 1860 до 1905

года. Хотя все, что он писал, посвящено художественной литературе,

считать это литературной критикой было бы крайне несправедливо.

Правда, у Добролюбова были зачатки понимания литературы, и

выбор вещей, которые он соглашался использовать в качестве текстов

для своих проповедей, был, в общем, удачен, но он никогда и не

пытался обсуждать их литературную сторону: он пользовался ими

только как картами или фотографиями современной русской жизни,

как предлогом для социальной проповеди. Все его знаменитые

статьи – Что такое обломовщина?(Об ОбломовеГончарова), Темное

царство(о ранних вещах Островского), Луч света в темном царстве

(о ГрозеОстровского), Когда же придет настоящий день?(о

тургеневском Накануне) – все это критика русской жизни, как она

отразилась в этих произведениях. Его задачей было создать демо-

кратическую интеллигенцию, которую вдохновляла бы вера в

прогресс и желание служить народу и которая могла бы занять место

романтического и эстетского, ленивого и бездеятельного

образованного дворянства, истинным воплощением которого он