Чтение онлайн

Размах периодических изданий «для широкой общественности» и прогресс типографской техники свидетельствовал и в периферийной Верхней Венгрии о наступлении эры средств массовой информации, которые стандартизируют общественное сознание, например, в области потребления посредством рекламы, и в то же время способствуют дифференциации общества, например, в сфере политики.

В период неоабсолютизма и венгерская, и словацкая журналистика находилась в состоянии упадка. Немецкая журналистика развивалась, помимо прочего, возникли немецкие специальные периодические издания в области права и естественных наук. В монархии выходило в общей сложности 11 наименований словацкой периодики. Издаваемая в Вене газета «Словенске новины» (1849—1861) пропагандировала политику австрийского правительства. Иозеф Милослав Гурбан в 1851 г возобновил издание первого словацкого литературного журнала «Словенске погляды» (Словацкое обозрение), который частично замещал прекратившую существование штуровскую политическую газету. Появляются первые словацкие церковные журналы.

С ослаблением цензуры в 60-е гг. возникает вторая самостоятельная политическая газета словаков «Пештьбудинске ведомости», которая становится важнейшим органом национального движения. С 1870 г. она продолжала издаваться в Мартине под названием «Народне новины» (Национальная газета) до 1948 г. В период деятельности центральной культурной организации Матица словацкая выходит 46 словацких периодических изданий, среди них специализированные педагогические, литературные, юмористические, детские и молодежные журналы и научное периодическое издание «Летопис Матицы словацкой». Первый словацкий профессиональный журналист Даниэль Лихард издает в Скалице добротный экономический журнал «Обзор». Самого большого тиража (до 3 000 экземпляров) достигла в этот период газета «Народны гласник» (Национальный вестник, 1868—1914), очень популярный у сельских жителей.

В период застоя национального движения в эпоху дуализма количество словацких периодических изданий сокращается до 39, не считая 4-х мадьяризаторских по духу изданий на словацком языке (1875—1897). В 90-е гг. растет число церковных журналов, тоже мадьяризаторской направленности. В центре словацкой издательской деятельности, в Мартине, хотя и выходят 19 названий периодики, но в условиях провинциального местечка они могут предложить лишь запоздалую и малозначительную информацию, так что образованная общественность предпочитает венгерские и немецкие издания. Печатный орган Словацкой национальной партии «Народне новины» выходит малым тиражом и с 1881 г. из-за недостатка финансовых средств издается только благодаря регулярной субсидии российского правительства. Ведущее место в словацкой периодике занимают научные, литературные и развлекательные журналы, для разрешения на издание которых, в отличие от политических газет, достаточно было внести небольшой залог.

В 90-е гг. число словацких журналов, несмотря на гнет мадьяризации, увеличилось более чем вдвое: с 12 названий в 1888 г. до 28 названий в 1900 г. В 1906 г. венгерская почта рассылает уже 4,7 млн. экземпляров словацких журналов.

В Словакии самую развитую структуру имела венгерская периодическая печать — от политической (в том числе рабочей) и культурной вплоть до изданий по интересам. Состав немецкой периодики, имеющей самую продолжительную традицию на территории Словакии, отражает прогрессирующую ассимиляцию. Немецкая культура постепенно уступает место венгерской, в небольших городах вместо прежних немецких газет выходят венгерские. В начале XX в. немцы сохранили свои общественно-политические журналы только в Братиславе, Кошицах и в Кежмарке. Однако полностью отсутствуют немецкие социально-политические обозрения, специализированные журналы в области права, театра, историографии и даже самой современной сферы — спорта. Единственным центром немецкой культуры остается Братислава. Здесь, наряду с единственной стабильной венгерской ежедневной газетой «Нюгатмадярорсаги Хирадо» (Западно-Венгерский вестник) длительное время выходят 3 немецких ежедневных газеты и 3 немецких еженедельника. Каждое значительное политическое направление имеет в Братиславе свою газету, консервативная часть городского населения — даже дважды в день «Пресбургерцайтунг».

В структуре словацкой печати еще нет — ввиду слабости словацкого городского слоя — многих видов журналов наподобие немецких. Преобладает общественно-политическая периодика (как и у других народностей), а также религиозная (23%, тогда как у немцев в Словакии 14% и у венгров 5% всех журналов, выходящих в регионе Верхней Венгрии). В предвоенный период число доступных публике словацких газет и журналов в целом достигло 104 названий. В первые годы XX в. в среднем выходило 30 названий ежегодно, в 1914 г. уже 60 названий (одна ежедневная газета, большинство ежемесячники и еженедельники). Одновременно росли и их тиражи. Либеральный «Словенски тыжденик» (Словацкий еженедельник) достигал даже тиража в 16 000 экземпляров, «Словенске людове новины» (Словацкая народная газета) — 20 000, «Словенске роботницке новины» (Словацкая рабочая газета) вместе с ежемесячником «Напред» (Вперед) — около 8 000. Большими тиражами выходила угрофильская периодика, насмешливо окрещенная национальной печатью «мухоморами», и некоторые религиозные журналы. Активизация словацкой политики отразилась в появлении новых региональных периодических изданий. С результатами краеведческих исследований знакомил «Часопис Музеальней словенскей сполочности» (Журнал Словацкого музейного общества). Новинкой словацкой журналистики являются женские литературно-просветительные ежемесячники.

Более дешевы и более популярны календари, чем журналы. Венгерские и немецкие календари на территории Словакии отличаются и по содержанию, и по оформлению. Они специализированно ориентируются на те или иные профессии и отдельные категории служащих. Словацкие календари носят обобщенный характер и остаются на будущее как более всего отвечающее своему назначению средство народного просвещения. Большим тиражом расходится «Путник свэтовойтешски» (Паломник св. Войтеха, 40—50 тыс. экземпляров) и «Трановски эванъелицки календар» (Трановский евангелический календарь; в 1908 г., например, 22 000 экземпляров). Словацкие календари национальной направленности сыграли важную роль в пропаганде и укреплении национального самосознания. Другой тип календарей воспитывал провенгерскую идентичность словаков.

Книжная и библиотечная культура словаков хотя и отстает по составу и качеству от венгерской и немецкой, пусть и медленно, но все же прогрессирует. В период 1901—1918 гг. в Венгрии выходит 2 700 словацких книг, из них 1 200 религиозного содержания, 800 названий художественной литературы и беллетристики и 300 учебников для начальных школ.

На рубеже веков типографии функционировали в 46-ти городах и местечках Словакии. Увеличение количества венгерских газет и печатных изданий коммерческого характера потребовало создания новых типографий. Самую значительную словацкую типографию имело «Книгопечатное акционерное общество» в Мартине. В начале XX в. в Словакии было 64 книжных магазина, из них только три — словацкие.

Стереотипное представление об отсталости этого региона разбивается статистическими данными о библиотеках в Верхней Венгрии. В 1912— 1913 гг. там находилось 250 больших библиотек с общим числом 1,4 млн. томов. Самыми значительными библиотечными центрами были Братислава с 28 библиотеками и Кошице с 27 библиотеками. Библиотека евангелического лицея в Братиславе насчитывала более 90 000 томов. Уникальные исторические фонды имелись в церковных и аристократических библиотеках. Спектр библиотек дополняют музейные, школьные, жупные, общинные, заводские и частные книжные собрания. Поскольку библиотеки пополнялись венгерскими изданиями, то им оказывало финансовую и даже профессиональную помощь государство. Уровень образованности населения рос и благодаря сотням библиотек при обществах. «Чехославянское единство» в 1901—1914 гг. отправило обществам и в частные библиотеки около 10 000 чешских книг. Функцию национальной библиотеки выполняла библиотека «Словацкого музейного общества», которое ведало и книжным собранием Дома в Мартине (этот центр словацкой культуры нельзя было называть с прилагательным «национальный», поэтому просто Дом). В ней занимались историки литературы и лингвисты, а главное в ней работал над своей монументальной ретроспективной библиографией выдающийся словацкий библиограф Людовит Владимир Ризнер (1849—1913).

Состояние художественной культуры и науки в Верхней Венгрии во второй половине XIX в. обусловлено отсутствием больших городов, значительных культурных центров и высших учебных заведений, периферийностью, недостатком богатых меценатов и относительно слабой базой специальных институтов — союзов, музеев, галерей, научно-исследовательских центров. Талантливые художники (как, например, скульпторы Виктор Тилгнер, Алойз Штробль и Ян Фадрус) и ученые (в частности, геолог Диониз Штур или физик Аурел Стодола) находили себе применение в Вене, в Будапеште или за границей. Сосуществование на территории Словакии многих этнических народностей и многих культурных систем, с одной стороны, приводило к культурному взаимовлиянию, с другой стороны, — в контексте националистической идеологии и политики — проявлялось в осознанном размежевании и стремлении избавиться от «чуждых» элементов. Развитие словацкой культуры обусловливала мадьяризация школьного образования и общественной жизни. Однако вследствие ограниченных возможностей политической и экономической деятельности именно сфера культуры рассматривалась как форма борьбы за упрочение национального бытия и как символ национальной жизни.

Уже с конца XVIII в. искусство перестает быть монопольной сферой аристократии и церкви и становится составной частью жизни городского населения. Искусство демократизируется, но и скатывается в тривиальность, в засилье китча. Увлечение классическими стилями прошлого (историзм) способствует плюрализму стилей, сосуществованию многих художественно-стилевых направлений, С конца XIX в. ощущается напряженность между традицией и модернизмом, и постепенно и избирательно прокладывает себе дорогу стиль модерн, получивший в Австро-Венгрии название сецессион. Но определяющим моментом остается «национальная миссия» искусства. В литературе и драматическом искусстве она увязывается с языком, с национальными мифами, с квинтэссенцией «чистой» народной культуры. В архитектуре формируются специфические «национальные стили»: у венгров так называемый венгерский сецессион (например, в творчестве Эдёна Лехнера), у словаков эксперименты архитектора Блажея Буллы по созданию так называемого словацкого стиля и особенно в работах Душана Юрковича, представляющих сплав Сецессиона с народными мотивами. В музыкальной культуре в общераспространенные ходы тоже вплетаются национальные модуляции. Основой венгерской национальной музыки становится новый венгерский стиль, который складывался с конца XVIII в. в мещанской среде из симбиоза элементов музыкального фольклора разных народов, живущих на этой территории. В его оформлении большую роль сыграло исполнительское творчество цыганских музыкантов. Словацкие композиторы тоже стремятся создать собственный стиль на основе национального музыкального фольклора. Большое внимание уделяется собиранию и изданию народных и патриотических песен. Первые образцы словацкой национальной музыки представлены произведениями Микулаша Шнейдера-Трнавского и Фрицо Кафенды.

Словацкая литература 60-х гг., когда активизировалась вся культурная жизнь, отражает развитие национальной идеологии, процесс политической дифференциации и соперничества на почве политики между старшим и вступающим в литературу новым поколением представителей национального движения. Издаются литературные альманахи, литературные журналы (самый известный «Сокол», в 70-х гг. «Орол»), первые книжные издания литературных произведений, наибольший резонанс получают стихи и рассказы, печатавшиеся в календарях. Ведущая роль в литературной жизни, как и прежде, принадлежит поэзии, преимущественно с национальной тематикой и пронизанной национально-политическими идеями. Поэтические произведения Андрея Сладкови-ча, Само Халупки и Яна Ботто представляют собой вершинные достижения словацкого романтизма. С 70-х гг. начинается период формирования литературного реализма, выдающимися представителями которого являются Светозар Гурбан-Ваянский, Павол Орсаг-Гвездослав и Мартин Кукучин. С приходом в начале XX в, нового поколения писателей — Янко Есенский, Иван Краско, Йозеф Грегор-Тайовский, Тимрава — меняется идейно-эстетический характер словацкой литературы. Происходит переоценка ценностей, центр тяжести тематики и проблематики смещается с национального к социальному, от объективности к субъективизму, в прозу и поэзию входит отдельная личность со своими внутренними душевными драмами.