Чтение онлайн

Первый доклад А. И. Маркушевича в Секции книги после его избрания председателем состоялся 8 января 1958 г. и назывался «Об искусстве печатной книги»; он представлял одновременно и теоретическую декларацию нового председателя секции и являлся в своей иллюстративной части известной характеристикой личного собрания докладчика.

В специально изданных тезисах доклада мы читаем: «Докладчик рассматривает искусство книги как систему средств, способов и приемов, позволяющих придать книге красивую и гармонирующую с ее назначением форму. Важнейшими из этих средств являются шрифт и бумага. К ним присоединяются еще не обязательные, но применявшиеся уже в древнейших книгах такие средства, как использование иных цветов помимо белого и черного (например, красного), украшения, иллюстрации… и т. д.».

Далее А. И. Маркушевич говорил: «Искусство книги, как и всякое искусство, не знает, конечно, абсолютной системы требований. Его написанные нормы менялись и меняются в зависимости от изменения общественной функции книги, от изменения характера тех слоев общества, которые являются основными потребителями книги».

«Задача доклада, — продолжает А. И. Маркушевич, — проследить на конкретных примерах книг, созданных типографами и художниками разных времен и народов, эволюцию характерных черт искусства книги. Докладчик ограничится рассмотрением книг, отобранных в его коллекции. Чтобы провести это рассмотрение с большими подробностями, предполагается брать образцы, относящиеся к первым двум с половиной столетиям истории книги (XV–XVII века)».

Заканчиваются тезисы так: «Предполагается при этом отмечать некоторые особенности оформления, которые непосредственно не связаны с эстетическими запросами, но имеют целью удобства пользования, обеспечение сохранности и т. п.».

Тезисы доклада проф. А. И. Маркушевича «Об искусстве печатной книги» приведены нами полностью, но не в качестве документа по истории развития взглядов советских книговедов на предмет и содержание понятия «искусство книги», а для того, чтобы очертить круг библиофильских интересов докладчика и иметь возможность перейти к характеристике его библиотеки. Здесь необходимо сразу же внести уточнение: библиотека А. И. Маркушевича, как он постоянно подчеркивает (65, с. 6) является общей библиотекой — его жены, А. В. Маркушевич, и его самого. Книги обоими библиофилами приобретаются прежде всего по принципу их значения в истории искусства книгопечатания, а также в истории книги. Количество книг в библиотеке А. В. и А. И. Маркушевичей не превышает 18 тысяч единиц, но это замечательное собрание восхищает красотой, сохранностью и, так сказать, интересностью экземпляров. Гордостью собрания А. В. и А. И. Маркушевичей является коллекция инкунабулов, превышающая 50 номеров, среди которых имеются две «Библии бедных», неизвестные в самых полных библиографиях инкунабулов. Другую «жемчужину» библиотеки Маркушевичей составляет книга 1508 г. на нижненемецком языке об открытии Америки, в свое время вызвавшая столько волнений в библиофильском мире. Недавно ими были приобретены «Principia» Ньютона 1687 г., которые в последние годы на знаменитых аукционах лондонской фирмы Содби (Sotheby) идут не менее, чем по 6 тысяч долларов за экземпляр. Библиотека А. В. и А. И. Маркушевичей, бесспорно, является самой интересной библиотекой в нашей стране и имеет международное значение, принадлежа по своему характеру к библиотекам типа С. А. Соболевского, С. Д. Полторацкого и других библиофилов середины прошлого столетия — знатоков европейской книги XV–XVIII вв. Однако интересы А. В. и А. И. Маркушевичей шире — их интересует искусство книги и XIX–XX вв.

Вполне понятно, что под руководством столь просвещенного, пламенного библиофила, как А. И. Маркушевич, работа Секции книги МДУ имеет особую направленность, — преимущественно в области истории и искусства производства книги.

Отчет о первом восьмилетии деятельности секции книги сообщает, что членами бюро за разные периоды ее деятельности состояли Б. С Боднарский, Ю. В. Григорьев, М. К. Дерунова, П. X. Кананов, Н. П Киселев, С. А. Клепиков, Г. Г. Кричевский, Н. И. Сахаров, К. В. Сивков, К. Р. Симон и др. Имена почти всех названных лиц то в большей, то в меньшей степени известны в истории советского книговедения и библиофильства.

Н. И. Сахаров, отставной военный, в течение многих лет является несменяемым ученым секретарем Секции книги, а также инициатором, организатором и незаменимым заместителем главного редактора сборников «Книга». Его энергии и организаторским способностям многим обязаны как советское книговедение в целом, так и Секция книги МДУ.

Обращаясь к издательской деятельности Секции книги, можно отметить, что она не соответствует ее научной и пропагандистской работе. В основном она выразилась в форме публикации печатных программ, повесток и билетов. До осени 1957 г. пригласительные повестки на заседания секции печатались на ротаторе и были нисколько не лучше повесток Секции книги и графики ЛДУ; они оформлялись настолько небрежно, что установить по ним хронологическую последовательность заседаний за отсутствием указания года и порядкового номера заседания почти невозможно. С осени 1957 г. до осени 1965 г. секция периодически выпускала прекрасно оформленные повестки и пригласительные билеты, напечатанные на меловой бумаге, коричневой или синей краской, а иногда даже в две краски. Эти издания имеют серийную марку. С осени 1965 г., со 141-го заседания (по ошибке под этим номером были напечатаны две повестки), секция издает пригласительные билеты, внешнее оформление которых не может идти ни в какое сравнение с серией 1957–1964 гг.

Кроме повесток, программ и билетов, в указанную серию вошла под № 14 хорошо изданная книжечка «Сто заседаний секции книги» (М., 1961, 18 с.), содержащая хронологический перечень докладов, состоявшихся с 24 апреля 1959 г. по 12 апреля 1961 г., с небольшим предисловием, излагающим историю возникновения секции. Эта книжечка существует в двух вариантах: первый — с маркой секции работы художника А. И. Юпатова (на наружной стороне фронтисписа) и с проектом титульного листа подготовлявшегося сборника «Очерки книговедения» работы художника П. М. Кузаняна на фронтисписе; второй — без этой странички.

К числу своеобразных «изданий» секции можно отнести оттиск статьи П. X. Кананова и Г. Г. Кричевского «В Секции книги Московского Дома ученых» (сб. «Советская библиография», 1954, № 37), имеющий отдельно напечатанную обложку работы художника П. М. Кузаняна со следующим текстом: «Московский Дом ученых Академии наук СССР. Первый год работы Секции книги 1953–1954. М., 1955». (тираж 30 экз.).

Общественный авторитет секции очень значителен. Одним из проявлений этого было следующее: отмечая полезную деятельность секции в развитии советского книговедения, Комитет по печати при Совете Министров СССР наградил ее медалью в ознаменование 400-летия русского книгопечатания, предоставив ей право передачи, по ее усмотрению, одному из наиболее заслуженных ее деятелей. По единогласному решению бюро секции медаль была передана проф. Н. П. Киселеву в день празднования его 80-летия.

Подводя итоги рассмотрению деятельности секции, мы снова должны отметить ее ведущую роль среди советских общественных организаций, изучающих книговедческие дисциплины в широком плане. Однако из изложенного выше явствует, что библиофильская тематика занимает в ее работе самое последнее место, несмотря на то, что интерес к докладам В. Г. Лидина и Н. П. Смирнова-Сокольского, собиравшим большую аудиторию, говорил об обратном. Непонятно, как после этих сведений, приведенных в отчете о первых 50 заседаниях Секции книги, в следующем обзоре (51—100 заседания) с эпическим хладнокровием сообщалось: «Ни одного доклада не заслушала секция и по вопросам библиофилии, хотя эта тематика, бесспорно, имеет большое значение в борьбе за культуру советской книги, для исследований по истории книги» (147, с. 356).

После приведенных данных нам представляется неоправданной претензия историков секции считать ее прямым «потомком» Русского общества друзей книги, — претензия, высказанная в отчете о первых 50 заседаниях секции (60, с. 310).

Бесспорным подтверждением нашей точки зрения является то, что с конца 50-х годов в Москве возникло четыре новых библиофильских объединения — три клуба любителей книги и один клуб экслибрисистов, работающих независимо от секции Дома ученых. К рассмотрению их деятельности мы обратимся сейчас, а в заключение отметим, что в последние годы в работе секции в части библиофильской тематики заметен некоторый сдвиг (упомянутые доклады В. Г. Лидина, В. В. Кунина, попытка устроить встречу книголюбов Москвы, Ленинграда и Харькова).

Может быть, особо интересным мероприятием секции в этой области следует признать ее выездное заседание в библиотеке Дворца культуры Автозавода им. Лихачева. В отчете о работе бюро секции с февраля 1962 г. по ноябрь 1964 г. сказано, что заседание прошло с большим успехом, собралось 180 книголюбов рабочих и инженеров завода, были заслушаны доклады А. И. Маркушевича на тему о роли книги и книгособирательства в жизни советского человека, Р. С. Гиляревского — о книге будущего, В. Н. Ляхова — о советской книге за рубежом.

Клуб любителей книги при Центральном Доме работников искусств в Москве был создан по инициативе члена-корреспондента Академии художеств СССР В. М. Лобанова, В. Г. Лидина, Н. П. Смирнова-Сокольского, А. А. Сидорова, С. В. Герасимова, А. Д. Гончарова и других в середине 1959 г.

Первая встреча любителей книги состоялась 18 ноября 1959 г.: выступили С. В. Герасимов, А. Д. Гончаров, Б. А. Дехтерев, А. А. Сидоров, Н. П. Смирнов-Сокольский и Д. А. Шмаринов. Как первый вечер клуба, так и почти все последующие состоялись под председательством В. М. Лобанова. Фактически его заместителем является А. Ф. Иваненко. Заседания Клуба происходят почти регулярно раз в месяц (за исключением летнего перерыва); в середине 1968 г. была объявлена уже 65 встреча. К каждому заседанию Клуба печатаются типографски оформленные билеты, иногда сделанные очень хорошо, например: «2-я встреча» (иллюстрации В. А. Фаворского); «27-я встреча» (Д. И. Митрохин); «33-я встреча» (Д. Даран); «36-я» (М. Ю. Лермонтов); «38-я» (Е. С. Кругликова); «54-я» (В. А. Милашевский).