Чтение онлайн

43. О двух тезисах см. F. Fejto. Op. cit., v. 2, p. 143; История КПСС, с. 639.

44. L'Unita, 31octobre 1956; G. Amendola. II rinnovamento del PCI, p. 137.

45. Эти известия, собранные автором, находят подтверждения в R. е Z. Medvedev. Krusciov, p. 80–81; Khrushchev Remembers, v. 1, p. 417–422.

46. Статью Э. Ходжи см. в: Albanie aujourd'hui, 1975, № 6, p. 38.

47. Peking Review, 1963, № 37, p. 10; Janos Radvanyj. Hungary and the Superpowers. The 1956 Revolution and the Realpolitik. Stanford 1972, p. 27–28; R. e Z. Medvedev, Krusciov, p. 81.

48. S. Clissold. Op. cit., p. 267; Khrushchev Remembers, v. 1, p. 421–422.

49. P.Togliatti. Problemi del movimento operaio internazionale, p. 116, 136–137.

50. S. Clissold. Op. cit., p. 261–262.

51. Ibid., p. 263–266.

52. Ibid., p. 270–271.

53. Правда, 18 декабря 1956 г.

54. Donald S.Zagoria. The Sino-Soviet Conflict. 1956–1961. Princeton, 1962, p. 55– 58; Z. Brzezinski. Op. cit., p. 260.

55. More on the Historical Experience of the Dictatorship of the Proletariat. Peking, 1957, p. 35.

56. Эта информация, лично собранная автором, подтверждается в Baik Bong. Kim II Sung. Biography. Tokio, 1970, v. 2, p. 549–550, 553, 558.

57. Кроме уже цитированной работы More of the Historical Experience... см. Mao Цзэдун. К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа. М., 1957; Мао Tse-tung. Scritti inediti.., p. 49–66. Официальная версия этой речи появилась в; Pekin Information, 1977, № 1.

58. Мао Tse-tung. Scritti inediti.., p. 81–82; О. Б. Борисов, Б. Т. Колосков. Указ. соч., с. 87–91.

59. Мао Tse-tung. Scritti inediti.., p. 82; О. Б. Борисов, Б. Т. Колосков. Указ. соч., с. 103. О «маленьких Венгриях» см. J. Radvanyj. Op. cit., p. 29; G. C. Pajetta. Op. cit., p. 137.

60. Peking Review, 1963, № 37, p. 32; О. Б. Борисов, Б. Т. Колосков. Указ. Соч., с. 94.

61. О. Б. Борисов, Б. Т. Колосков. Указ. соч., с. 142–143; Mikhail A. Klocko. Un sovietico in Cina. Milano, 1964, p. 16–17.

62. P.Togliatti. Problemi del movimento operaio internazionale, p. 134–135, 231; 1 Z. Brzezinski. Op. cit., p. 271–279.

63. История КПСС, с. 676; см. статью П. Инграо в журнале Rinascita, 17 settembre 1976. Тексты см. в: Documenti politici е direttive del Partito comunista italiano dall'VIIl al IX Congresso. Roma s. d., p. 178–200 (далее: Documenti politici...).

64. Peking Review, 1963, n. 37, p. 11; статья П. Инграо в журнале Rinascita, 17 settembre 1976; V.Vidali. Op. cit., p. 138–145.

65. Documenti politici.., p. 185. Китайцы оценили включение этого параграфа; Peking Review, 1963, № 37, p. 11. Советские руководители поддержали эту концепцию с ноября 1956 г.; М. А. Суслов. Избранное. Речи и статьи. М., 1972, с. 211.

66. Documenti politici.., p. 189–190; Peking Review, 1963, № 37, p. 21 – 22.

67. Documenti politici.., p. 186–187; статью П. Инграо см. в журнале Rinascita, 17 settembre 1976.

68. Мао Tse-tung. Su Stalin e sull'URSS.., p. 33.

69. Полный текст речи не опубликован. Ее содержание см. в V. Vidali. Op. cit., p. 156–160; см. также Мао Tse-tung. Tigri di carta. Roma, 1959, p. 11 – 12, 39–44 (публикуемые здесь тексты хотя и не были произнесены на совещании, но касаются тех же концепций). Об атомной войне см. О. Б. Борисов, Б. Т. Колосков. Указ. соч., с. 92.

70. V.Vidali. Op. cit., p. 160; N. S. Khrushchov. For Victory in the Peaceful Competition with Capitalism. Mosca, 1959, p. 570–571.

71. P. Togliatti. Problemi del movimento operaio internazionale, p. 253–268.

72. V. Vidali. Op. cit., p. 161–163; см. статью П. Инграо в журнале «Rinascita» 17 settembre 1976.

I. Необходимо остановиться на китайской позиции. Нужно еще уточнить, было ли восхваление Сталина в их послании XX съезду (XX съезд КПСС. Стенографический отчет, т. I, с. 230) следствием недостаточной информации о настроениях в Москве или, наоборот, они старались предотвратить усиление антисталинских тенденций. Как и во всех компартиях, в китайской компартии критика Сталина вызвала противоречивые отклики, но китайцы еще и боялись, что осуждение культа могло подорвать личный авторитет Мао Цзэдуна (Мио Tse-tung. Seritli inediti, p. 79, 97). В последовавшей полемике китайцы утверждали, что на всех закрытых переговорах их руководителей с советскими в 1956 г., начиная с апрельской встречи Мао и Микояна, они настаивали на более уравновешенной оценке заслуг и вины Сталина, критикуя хрущевские методы осуждения и отмечая, что с ними предварительно не консультировались (Peking Review, 1963, N 37, p. 8–9). На апрельской встрече с Микояном Мао говорил, что «негативные стороны метода несравнимы с «большой пользой», которую все партии извлекли из “секретного доклада”» (О. Б. Борисов, Б. Т. Колосков. Советско-китайские отношения 1945–1970. Краткий очерк. М., 1972, с. 76). Общее положительное суждение не расходится с тем, о чем заявляли публично. В одном из наиболее известных писем китайские руководители подтвердили, что «ошибки Сталина были продолжением его заслуг», потому что Сталин «прежде всего был верным коммунистом», и, следовательно, было бы ошибкой осуждать все, что он сделал. Они добавляли, что XX съезд КПСС «проявил большую настойчивость и смелость...», показав серьезные ошибки Сталина (Morе on the Historical Experience, p. 19–21). Наиболее оригинальная часть китайской критики касалась необходимости верно оценивать то, что они называли «внутренними противоречиями в народе», то есть собственными противоречиями социалистического общества.

Венгерские события, одновременно с которыми происходила суэцкая война, обострили напряженность в мире, зачеркнув постепенное улучшение предыдущих трех лет. Этот период многие исследователи считают вторым этапом «холодной войны»[1]. Однако при более пристальном рассмотрении это мнение кажется неверным. Отношения между державами и их союзами достигли крайнего накала по новым причинам. Периоды разрядки сменялись острыми кризисами, не менее опасными, чем в пятилетие 1948–1952 гг. Однако есть не только сходство, но и существенные различия. Расколовшийся мир стал другим. Европа оставалась узлом основных международных противоречий, но больше не была местом, где решался любой конфликт. Появились новые герои. Вместе с тем не были прерваны переговоры, в которых участвовали оба основных блока в начале периода разрядки. Встречи сторон были трудными из-за взрыва полемики, оскорблений и угроз, но все же не прекращались. Противники, не отказываясь от противоборства, начали понимать, что нельзя быть только врагами.

Советская внешняя политика приобрела тогда многие черты, присущие ей и сегодня. Новая дипломатия с самого начала носила личностный характер, отчасти из-за того веса, который приобрел Хрущев, когда покончил с оппозицией в СССР. Он внес в политику отпечаток своей всесильной личности. У него не было предрассудков; он напрямую обращался к собеседникам, к толпе, любил театральные эффекты и рассчитанный риск. Однако столь заметный субъективный момент не должен заслонять более глубоких и существенных мотивов действий СССР под его руководством.