Чтение онлайн

Вот в немногих словах суть предлагаемого Человеку Спиритизмом, но за этими словами стоит, как можно видеть, слишком многое, из коего вытекают следствия бесконечно важные — благодатная пища для серьёзных размышлений — следствия, на перечисленье и объяснение которых потребовались бы многие пухлые тома.

Мы верим и — что гораздо ценнее — знаем, что за всем стоит не пустота, но Бог, и что все иллюзии — это испытание, которое мы сами на себя налагаем. Когда мы становимся ВЗРОСЛЫМИ, мы просто отбрасываем свои иллюзии — и всё встаёт на свои места. Не знать Учения Духов — значит всегда быть ребёнком.

В конце концов, когда человек последует совету Дельфийского оракула и действительно познает самого себя, то он, в частности, перестанет смотреть на себя как на тело, ибо поймёт, что он — дух. Но постараемся и сегодня усвоить простую и ясную мысль, как выражена она у Прокла: «Homo est anima utens corpore tanquam instrumento» — «Человек есть душа, пользующаяся телом как орудием». Будем больше думать о Вечном. Ради этого надо меньше увлекаться даже и развенчанием 70–летнего мрака. Сейчас довольно этого. Кто мог понять, уже давно всё понял, прочие же ни на шаг от того не подвинутся. У нас нет времени дожидаться их. Теперь надобно смотреть вперёд. Вперёд и вверх!

Йог Раманантата

Отдельные и не связанные между собой заметки о Спиритизме были объединены моими стараниями в монографию об истории спиритического движения. Возникновение самой идеи написания книги требует некоторого объяснения. Прежде всего, мною был накоплен большой объём материала и, не руководствуясь никакими скрытыми мотивами, я решил ознакомить широкий круг читателей с собственной точкой зрения на то, что казалось мне наиболее важным в современной истории спиритического движения человечества. Монография включает главы о Сведенборге, Ирвинге, Э.Дж.Дэвисе, о происшествии в Гайдсвилле, об истории сестёр Фокс, о братьях Эдди и о жизни Д.Д.Хоума. Всё это случилось задолго до того, как мне в голову пришла мысль о том, что я уже достаточно далеко продвинулся в своих попытках создания полной истории спиритического движения. На меня вдруг снизошло озарение, и я понял, что смогу написать эту историю, используя свои впечатления и глубокие личные познания в области современного состояния Спиритизма.

Любопытно, однако, что у движения, которое многим из нас кажется наиболее значительным событием мировой истории со времён явления Христа, никогда не было собственного летописца, вышедшего из его рядов и имеющего большой личный опыт в его развитии. Мистер Фрэнк Подмор собрал воедино большое количество фактологического материала; отбросив те факты, которые не отвечали его задачам и целям, он старался принизить значение физических проявлений, считая их обманом и мошенничеством. Существует история Спиритизма, написанная мистером Мак–Кейбом. Его книгу можно было бы с тем же успехом назвать историей мошенничества. Покупая книгу с подобным названием, читатель вместо серьёзного исследования получает пародию на таковое. История Спиритизма в изложении Дж.Артура Хилла представляет собой чисто психологические изыскания, свободные от реальных доказательств и фактов. Стоит особо отметить два труда: «Современный американский Спиритизм: итоги двадцатилетних исследований» [5] и «Чудеса ХIХ столетия» [6] , написанные исключительной женщиной и великолепным пропагандистом — госпожой Эммой Хардиндж–Бриттен. Они освещают основные вехи истории Спиритизма и имеют неоспоримую ценность. И, наконец, лучшим из всего написанного на эту тему является книга его преподобия Чарльза Л.Туидэйла «Загробная жизнь человека» [7] . Но это, скорее, добротное и связное изложение традиций новой веры, нежели капитальный и последовательный исторический труд. Все перечисленные произведения в большей степени отражают общую историю мистицизма в духе Эннемозера и Хоуита (авторы известных трудов, посвященных магии, — Й.Р.) и не являются настоящими историческими произведениями, призванными поведать миру обо всех этапах развития этого всемирного движения. Даже представленную к печати книгу Кэмпбелла и Холмса «Факты психологической науки и философии» [8]– очень интересный обзор психологических фактов (что явствует из самого названия) - нельзя считать историей в истинном значении этого слова.

Стало совершенно ясно, что необходимо написать труд, требующий гораздо более тщательного исследования и самоотдачи. Моя суетная жизнь не позволила мне целиком погрузиться в изучение проблемы. Правда, я всегда старался уделить всё своё свободное время дальнейшим изысканиям. Изучение обширного литературного наследия и многих других, слабо изученных аспектов движения требовало моего пристального внимания. В связи с изложенными обстоятельствами мне пришлось прибегнуть к помощи мистера У.Лесли Кёрнау, чьё знание предмета и трудолюбие оказались поистине неоценимыми. Он усердно «перелопатил горы литературного наследия, отделив зёрна от плевел» и помог мне буквально во всём. С самого начала я рассчитывал получить в результате просто последовательную цепь событий, но когда мистер Кёрнау принёс мне заключительную статью, вдруг меня осенило, и я отложил её, решив продолжать исследования до тех пор, пока полностью не сформулирую собственной точки зрения на события. Я не могу не отметить всё значение помощи и участия моего ассистента. И если я и не поместил имени У.Л.Кёрнау на титуле моего сочинения, то по причинам, которые ему вполне понятны, и с его согласия.

Артур Конан–Дойль

Трудно указать точную дату первого физического или психического проявления духовных существ высшего или низшего типа, оказавших ощутимо сильное влияние на мирские дела. У спиритов принято связывать начало проявления психических сил с мартом 1848 года, и мы согласимся с тем, что история Спиритизма начинается с этой даты. Однако недаром говорят, что Спиритизм столь же стар, как и человеческий род. Во все времена мы находим следы общения с духами и запоздалые признания истинности подобных явлений в истории человечества. Единственное, что отличает ранние эпизоды от современного движения — это то, что они воспринимались как встречи с «заблудшими странниками из неких потусторонних сфер», тогда как сегодня Спиритизм как явление несёт печать целеустремлённого и организованного вторжения мира духов в человеческие судьбы. Но любому вторжению предшествует появление первооткрывателей, прокладывающих тропу для других. Активность психических сил, наблюдающаяся в последние годы, имела ряд предзнаменований, следы которых уходят своими корнями в Средние века. Воспоминания о них живы до сих пор. История великого шведского мэтра — Эммануэля Сведенборга, которого провозглашают отцом нового учения о духовной сфере, дошла до нас в своём первозданном виде.

Когда первые лучи восходящего солнца спиритического Учения упали на грешную землю, то их свет в первую очередь озарил величайший разум, а потом уж и остальное человечество. Этот озарённый разум принадлежал великому религиозному реформатору и ясновидцу, которого его же собственные последователи понимали не более, чем понимали Христа его ученики.

Для того чтобы в полной мере постичь Сведенборга, нужно обладать разумом, равным его собственному, а такой рождается только раз в столетие. Располагая возможностями для сравнения и нашим историческим опытом, мы можем лучше разобраться в некоторых событиях его жизни. Предмет нашего анализа — не человек в целом, а место Сведенборга в общей схеме психического учения, от которого его удерживала — со свойственной ей ограниченностью во взглядах — Церковь.

Он находился в некотором противоречии с современными психологическими теориями. Обычно это принято объяснять тем, что этот великий интеллект не мог вырваться из плена собственного психологического и научного опыта. Яснее всего читается надпись на чистой грифельной доске, но разум Сведенборга вовсе не являлся чистой «грифельной доской»: он был «испещрён» теориями всех тех точных наук, которые только могло выдумать человечество. Никогда в одном человеке не концентрировалось столько информации: он был в первую очередь известным горным инженером и признанным авторитетом в области металлургии, а также военным инженером, повлиявшим на исход одной из главных кампаний шведского короля Карла XII. Сведенборг считался признанным авторитетом в области астрономии и физики, написал ряд работ о приливах и о способах определения географической широты. Он был зоологом и анатомом, финансистом и специалистом в области политической экономии, предвосхитившим открытия Адама Смита. [9] И наконец, — сыном лютеранского пастора, получившим вместе со своими сёстрами строгое и благочестивое евангелическое воспитание, убеждённым последователем Библейских заветов, впитавшим азы теологии с молоком матери. Его систематические занятия психизмом, начавшиеся в возрасте 55 лет, никак не повлияли на научную деятельность Сведенборга: некоторые из его трудов вышли в свет уже после этой даты.

Вполне естественно, что рано или поздно он должен был столкнуться с проявлением сверхъестественных сил: на его месте мог оказаться любой другой глубокомыслящий человек. Удивительно лишь то, что Сведенборгу пришлось выступить в роли посредника — медиума — в общении с загробным миром. Склад его ума не совсем подходил для этой цели и даже вредил ему, но с другой стороны, именно это обстоятельство способствовало получению определённого результата. Для того, чтобы лучше понять сказанное выше, необходимо рассмотреть два направления его деятельности.

Первое направление имело теологическую основу. Со стороны оно может показаться большинству паствы бесполезным и даже опасным: Сведенборг воспринимал «Библию» как учение Бога, но в то же время утверждал, что истинное значение «Библии» отличается от общепринятого. По его словам, только он с помощью ангелов способен открыть её истинное значение. Согласитесь, что подобное заявление граничит с вызовом. Непогрешимость Папы кажется пустяком по сравнению с непогрешимостью Сведенборга. Папа, окружённый своими кардиналами, непогрешим в момент оглашения вердикта с кафедры, непогрешимость же Сведенборга представлялась универсальной и безграничной, не требующей никаких пояснений и комментариев. Это то же самое, как если бы для того, чтобы понять истинное значение послания Бога, мы должны были бы предположить, что конь означает правду, осёл — научную истину, пламя — исцеление и так далее. Эти символы увели бы нас в мир беспочвенных фантазий, подобно тем кодам, с помощью которых некоторые наивные критики пытаются расшифровать пьесы Шекспира. Не таким способом Бог открывал Свои истины миру. Если бы возобладала подобная точка зрения, то вероучение Сведенборга могло бы стать источником ереси, а всем нам пришлось бы долго плутать в хитром лабиринте средневековых силлогизмов. Все действительно великие вещи просты и доступны, чего, к сожалению, не скажешь о теологии Сведенборга.

Когда мы знакомимся с его занудным толкованием Священного Писания, где каждая вещь наделена значением, отличным от общепринятого, или с общими результатами его учения, то не находим в них противоречий с современными либеральными идеями или с сообщениями, посылаемыми нам из потустороннего мира с тех самых пор, как было открыто общение с духами. Мы не будем оспаривать общее утверждение о том, что наш мир — это лаборатория душ и та плодотворная почва, на которой происходит отделение духовного от материального. Отрицание Сведенборгом Троицы в привычном толковании могло бы вызвать возмущение Унитарной церкви. [10] Он признаёт, что любая система вероучения — не только Христианство — преследует духовные цели и имеет свои достоинства. Он разделяет утверждение спиритического учения, что истинное значение жизни Христа в силе его примера. Он отрицает искупление и подлинный грех, усматривая корни зла в эгоистичности, однако принимает здоровый эгоизм в определении Гегеля. В вопросах пола и в установлении границ дозволенного его учение проявляет либеральность. Церковь Сведенборг рассматривает как абсолютную необходимость, считая, что никто не может наладить свои отношения с Создателем без её помощи. Собранное воедино нагромождение идей вылилось во множество томов латыни и выражено таким неясным стилем, что любому независимому эксперту легче было бы создать на их основе свою собственную новую религию, чем отыскать в них логику.