Чтение онлайн

Конфликтная ситуация, сложившаяся к осени 1962 г. в Юго-Восточной Азии, не обеспечивала США возможности продемонстрировать силу в условиях прямой конфронтации с советскими военными возможностями. Повод к этому появился в октябре 1962 г., когда СССР приступил к размещению на территории Кубы ракет среднего радиуса действия. После получения сведений об увеличении количества советских «специалистов» и развернутой ими «непонятной и новой» деятельности на острове власти США предупредили правительство СССР о неизбежных серьезных последствиях расширения советских или кубинских возможностей нанесения удара по США. В ответном послании правительство СССР заявило, что поставка оружия и военного снаряжения на Кубу осуществляется «исключительно в оборонных целях», и обвинило США в «подготовке к агрессии против Кубы и других миролюбивых государств». Обнаружение американскими разведывательными самолетами У-2 на территории острова готовых к монтажу советских ракет дало основание США выдвинуть обвинение в том, что на протяжении нескольких месяцев по решению советского правительства на Кубе создавались условия для нанесения ракетно-ядерного удара по США. СССР через своих дипломатов опроверг эти обвинения, хотя, как стало известно позднее, они не располагали информацией о том, что происходило в действительности на Кубе. Не было известно и то, что часть ракет уже оснащена боеголовками и что советское командование на месте уполномочено принимать решение об их применении.

Кульминацией кризиса стало выступление Кеннеди по телевидению 22 октября 1962 г., в котором «в качестве первых шагов» объявлялась морская блокада Кубы, а СССР было предъявлено ультимативное требование безотлагательно удалить ракеты с территории острова. Подчеркнутая в выступлении Кеннеди фраза «в качестве первых шагов» давала понять, что американская администрация готова предпринять решительные и жесткие меры вплоть до начала военных действий в случае невыполнения Кубой и СССР предъявленных требований. О решительности занятой США позиции должны были свидетельствовать слова президента о том, что им отдан приказ вооруженным силам страны «быть готовыми к любому развитию событий». Он также предупредил о том, что ракета, запущенная с территории Кубы против любой страны Западного полушария, будет считаться нападением Советского Союза на Соединенные Штаты, требующим адекватного ответного удара по СССР. В течение 14 дней весь мир находился в ожидании дальнейшего развития событий, в то время как 25 советских судов продолжали следовать в направлении Кубы, а 90 американских военных кораблей и восемь авианосцев заняли позиции на подступах к острову с целью их перехвата и обыска. В эти дни человечество было ближе к началу третьей мировой войны с применением ядерного оружия, чем когда-либо на протяжении всех послевоенных десятилетий.

Во избежание дальнейшего обострения международной обстановки, грозившего перерасти в военное противостояние с непредсказуемыми последствиями, правительство СССР сочло разумным согласиться с требованием США о выводе советских ракет с территории Кубы. Взамен было получено заверение правительства США о соблюдении территориальной неприкосновенности острова, гарантии невмешательства во внутренние дела Кубы и обещание вывести американские ракеты среднего радиуса действия с территории соседней с СССР Турции. Миру было представлено весьма убедительное доказательство необходимости трезвого подхода к решению вопросов, грозящих ядерной катастрофой всему человечеству. По свидетельству ближайшего советника Кеннеди Г. Соренсена, президент как-то заметил, что «будущие историки, оглядываясь на 1962 г., имеют все основания считать его годом, в который произошел коренной поворот во внешнеполитическом курсе Соединенных Штатов».

Отсчет нового этапа международных отношений сам Кеннеди начинал с осени этого насыщенного событиями года. Соренсен, ссылаясь на точку зрения президента, заявлял впоследствии, что Карибский кризис «способствовал созданию в США благоприятной атмосферы для распространения убеждения о смертельной безысходности тотальной «победы» в ядерной войне и о созидательных возможностях соглашений… Разоружение становилось все в большей степени необходимостью и все в меньшей степени мечтой». В июне 1963 г. президент выступил с речью в Американском университете, на содержании которой отразились требования времени. Кеннеди заявил, что вместо того чтобы взваливать на кого-либо вину или осуждать чей-либо политический курс, Соединенным Штатам следует попытаться определить сферу взаимных интересов с Советским Союзом. «Среди многих сходных черт, которыми обладают народы наших двух стран — отметил он, — нет более ярко выраженной, чем наше обоюдное отвращение к войне». В том же месяце США и СССР подписали соглашение об установлении линии прямой связи между Москвой и Вашингтоном, так называемой «горячей линии» (Hot Line), для принятия чрезвычайных мер в целях предотвращения случайного возникновения войны.

5 августа 1963 г. США, СССР и Великобритания подписали Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой, первый с начала «холодной войны» международный документ, лимитирующий дальнейшее усовершенствование ядерного оружия. В октябре 1963 г. президент одобрил продажу Советскому Союзу зерна на сумму в 250 млн долл., что помогло советскому руководству справиться с последствиями серьезного неурожая.

Объявленная Кеннеди программа «новых рубежей» предусматривала не только достижение внешнеполитических целей США с применением более гибких методов их реализации, но и осуществление ряда амбициозных мероприятий и реформ в социальной, экономической и научной сферах. После того как в апреле 1961 г. Советский Союз осуществил успешный запуск космического корабля «Союз» с человеком на борту, американский президент пообещал, что Соединенные Штаты уже в текущем десятилетии станут первой страной, высадившей человека на поверхность Луны. В августе 1962 г. полковник Дж. Гленн стал первым американским астронавтом, совершившим полет в космос.

В планах администрации намечались реформы расширения гражданских прав и свобод, совершенствования программ социальной защиты нуждающихся, медицинской помощи престарелым, содействия образованию и т. п. Однако сложность международной обстановки и острота внешнеполитических проблем не позволили президенту и его администрации довести до конца начатые реформы. Осуществлению этих намерений препятствовало еще одно обстоятельство — в обеих палатах конгресса преобладали консервативно настроенные политические деятели, принадлежавшие как к Демократической, так и к Республиканской партии. Активность этих оппозиционных сил во многом объясняла нерешительность и малую продуктивность решений администрации Кеннеди в социальной сфере, требовавших неприемлемых для консерваторов дополнительных бюджетных ассигнований. Заметно снизилась поддержка президента и в кругах большого бизнеса особенно после того, как Кеннеди воспрепятствовал в 1962 г. повышению цен на продукцию американских сталелитейных корпораций.

С утратой поддержки в этих кругах резко ограничились возможности президента влиять на представителей финансово-промышленного капитала в конгрессе. В результате не суждено было осуществиться практически ни одной реформе в социальной области за исключением незначительного повышения минимальной заработной платы и расширения контингента работников, на которых распространялось это повышение. Внесенный президентом на рассмотрение конгресса законопроект, предусматривавший снижение подоходного налога как меры стимулирования экономического роста, был принят уже после гибели Кеннеди. Не удалось президенту добиться и сколько-нибудь заметных результатов в обеспечении гражданских прав и свобод чернокожего населения, хотя Кеннеди и смог установить более тесные взаимоотношения с лидерами движения за гражданские права, особенно активизировавшегося с июня 1963 г. Пиком накала этого движения стал так называемый поход на Вашингтон более 200 тыс. человек, перед которыми с речью «У меня есть мечта» выступил Мартин Лютер Кинг. Эта речь получила широкий отклик как в США, так и за рубежом, однако заметные сдвиги в обеспечении гражданских прав чернокожего населения страны произошли лишь летом 1964 г., т. е. также после гибели Кеннеди.

22 ноября 1963 г., выступая в г. Форт-Уорте, Кеннеди особо подчеркнул деятельность своего правительства в интересах повышения обороноспособности страны. «За последние три года, — заявил он, — мы увеличили бюджетные ассигнования на оборону более чем на 20 %, увеличили количество закупаемых государством подводных лодок «Полярис» с двадцати четырех до сорока одной, увеличили закупки ракет типа «Минитмэн» более чем на 75 %, удвоили число стратегических бомбардировщиков и ракет, находящихся в состоянии полной боевой готовности, увеличили вдвое число различных видов ядерного вооружения, находящегося в распоряжении стратегических сил, увеличили тактические ядерные силы, размещенные в Западной Европе, более чем на 60 %, увеличили армию Соединенных Штатов на пять дивизий, находящихся в состоянии полной боевой готовности, и предоставили военно-воздушным силам Соединенных Штатов пять авиабригад тактических истребителей, увеличили наши стратегические авиатранспортные возможности на 75 %, увеличили наши специальные антиповстанческие силы, действующие в настоящее время в Южном Вьетнаме, на 600 %». «Все это требует жертв от народа Соединенных Штатов, — звучал знакомый призыв из уст президента. — Но наш мир очень опасен и ненадежен… Никто не может ожидать легкой жизни, она полностью исключается в ближайшие десятилетия и, возможно, даже до конца текущего века… Я не думаю, что мы истощены и устали. Нам хотелось бы жить так, как мы когда-то жили. Но история этого нам не позволит». Он собирался позднее в тот день говорить о «болезненных, рискованных и дорогостоящих усилиях», предпринимаемых США в Юго-Восточной Азии, о задачах страны в этом районе, «от которых мы не осмеливаемся отказываться ссылками на усталость».

22 ноября в Далласе должны были еще прозвучать слова президента: «Американцы являются часовыми у стен' свободы». Вместо них прозвучали выстрелы. Джон Ф. Кеннеди был смертельно ранен и вскоре скончался. Спустя несколько минут о его гибели узнал весь мир. В тот же день вице-президент Линдон Б. Джонсон принес присягу на пост президента. А еще через два дня не отходившие от своих телевизоров американцы услышали новые выстрелы. На глазах десятков миллионов телезрителей был застрелен Ли Харви Освальд, который был обвинен в убийстве Дж. Кеннеди.

До выборов 1964 г. оставалось немногим больше года. За прошедшие три года произошло так много важных для США и для всего мира событий, что их вполне хватило бы на несколько президентских сроков любому главе государства. Наиболее значительными из них были: программа «новых рубежей»; фиаско высадки кубинских контрреволюционеров в бухте Кочинос; новый виток гонки вооружений; начало активного вмешательства американских советников в гражданскую войну во Вьетнаме; Кубинский кризис, поставивший мир перед угрозой термоядерной войны; Венская встреча с советским руководителем Н. С. Хрущевым; Берлинский кризис; подписание международного Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой; план социальных реформ в стране, легший в основу будущей, но так и не осуществленной преемниками Кеннеди программы строительства «Великого общества», и др.

Остро переживавшая гибель Кеннеди страна не была готова к пересмотру намеченных популярным президентом приоритетов внешней и внутренней политики. На резкий отказ от них не могли решиться ни новый президент, ни стоявшие за ним политические и деловые круги. Новый глава государства засвидетельствовал свое уважение к деловому миру США, дав понять, что интересы последнего будут основополагающими при выработке им политического и экономического курса правительства. Уже первые контакты президента с магнатами монополистического капитала США были позитивно оценены американской крупной буржуазией. Деловой мир увидел в Джонсоне «типичного американского президента, более зрелого (по сравнению с Кеннеди) политического деятеля, самого настоящего дельца, человека действий, человека, с которым можно иметь дело». «Он был, — по словам политического обозревателя Дж. Рестона, — частичкой их мира. Его личные капиталовложения в скотоводческий бизнес, его близость к нефтепромышленникам, значительное число акций, которыми владеет семья Джонсонов в области вещания, делают его самого бизнесменом в полном смысле этого слова».