Чтение онлайн

Кетан задумался, а я же, пока он не задал еще вопросов, попрощалась и выскочила на улицу. От волнения покраснели щеки, глупая улыбка расцвела на лице. Не знаю, что принесет мне встреча с Кетаном и что означает его сотрудничество с Академией, но я была счастлива. Не помню, как добралась до дома и попала в свою спальню. Хотелось петь, танцевать. Быстро переодевшись, я налила себе вина и подошла к окну. Кетан… он здесь. Как долго прошло с тех пор, как видела его в последний раз — год? Да. Думал ли он обо мне? Почему не приплыл раньше, ведь у него была часть амулета — он знал, что я жива и не искал. Забыл? Мне захотелось плакать, но губы все равно улыбались — несмотря на боль, в душе росло что-то нежное и теплое: солнечное. В дверь постучались. Кто это может быть?

— Войдите.

В гостиную вошел Алукар. Теперь мне было безразлично, что он предал меня. Не хотелось его видеть, хотелось побыть одной, нет — побыть с Кетаном.

— Что вам надо?

— Госпожа, я хотел с вами поговорить, но в Доме вас не было.

В воздухе повис невысказанный вопрос. Я удивленно приподняла бровь — Алукар волнуется… за меня. Почему то больше не хотелось играть, может потому что решила покинуть Орхан и оставить жизнь здесь позади. Точнее: сначала помочь орханцам разобраться с теневыми призраками, чем и занималась втечение всех оставшихся до прибытия изгранцев дней, а затем уплыть в Изгран и оттуда — в Тангер. Судя по подсказки Ворфа, там и находились нужные мне порталы. Я села на диван и сделала приглашающий жест сесть рядом. Удивительно, но впервые мне не хотелось мстить. Алукар если тоже удивился, то не подал виду. Мы некоторое время сидели в тишине и наслаждались вином, пока я, наконец, не решилась ее нарушить.

— Не стоило беспокоиться обо мне. Как видите — все в порядке… Чем же вы все-таки шантажировали Государя?

Алукар улыбнулся в ответ и поднял бокал.

— Вы уже все сами знаете, Катарина. Государь был бесплоден.

— Почему же он вас не убил?

— В случае моей смерти, его тайну узнали бы все остальные, поэтому ему приходилось терпеть мое присутствие.

Я сделала глоток. За окном царила ночь, огромные звезды украшали далекий небосклон, а здесь — полутьма, созданная пламенем свечей. Они отбрасывали золотые блики на вино. В голову почему-то начали лезть совсем ненужные мысли, как то, что говорили ученные в Орхоне: будто мир диск, который держит три хагарта, стощие на умуне. Я тряхнула головой и произнесла:

— Зачем вы предали нас с Морисом и Адаис?

Алукар оставил бокал и посмотрел на меня.

— Вы знаете? Да, Лукс уже добрался и до этого. Мне не хотелось отпускать вас, Катарина — ту, которая так и осталась для меня загадкой и та, чьей душой мне хотелось обладать.

— Вам была нужна моя душа? Ради своего эгоизма вы обрекли нас на страдания?

Я хотела разозлиться, хотела влепить ему пощечину или приказать Луксу отрубить ему голову, но не могла — гнева больше не было. Ради чего тогда стараться? Адаис уже отомщена и ее больше не вернуть. Алукар, видимо, тоже ожидал взрыва чувств и когда он не произошел, то замер, не зная, что сказать. По его лицу я поняла, что своим безразличием ранила его намного больнее, чем, если бы послала на смерть. Он едва смог вымолвить:

— Почему?

И, правда — почему? Он заслужил моей злости, тогда почему я не могу на него разозлиться?

— Потому что моя душа уже принадлежит другому, не вам Алукар. Вы даже не можете причинить мне боль — мне все равно.

Он побледнел, хотел что-то произнести, но вместо этого резко встал и покинул гостиную. Я же улыбнулась, допила вино и пошла спать — завтра меня ждала встреча с Кетаном. Казалось, что только вчера пыталась его вытащить из тюрьмы, а сейчас… Надеюсь, он будет рад нашей встречи.

Утро будто золотой пылью покрыло спальню. Я зевнула и потянулась, наслаждаясь впервые за все время в Аквадоре покоем и негой. Кетан… улыбка расцвела на губах от этого имени. Я была готова простить ему все и идти с ним хоть на край света. Видение, которое было у меня еще перед Изграном, когда мы встретились с виртом Тагоретом, больше не пугало. Что бы ни было впереди, я готова выдержать. Встав с кровати, накинула на себя халат и направилась в гостиную — хотелось как можно быстрее привести себя в порядок перед встречей с Кетаном.

Для приема я выбрала шарофары и блузу с корсетом серебряного цвета, а волосы заплела в косу. Остался последний штрих — чалма из тонкой полупрозрачной ткани. Все — готова. Морис ждал меня около зала Празднеств. Рядом с ним Отрогу в черном одеянии личной охраны Государя. Мне стоило его заменить на другого охраннника, потому что изгранцы сразу поймут, кто их встречал. Вот только он не согласился хоть на миг оставлять нас с Морисом без охраны. Ладно… зато будет интересно посмотреть на то, как отреагируют маги. Не следует, конечно, увлекаться играми, потому что изгранцы нам нужны для борьбы с теневыми призраками. Хотя с той информацией, которую для меня добыли ученые, можно было бы попробовать разобраться и без них, но раз они прибыли, не стоит отказываться от их помощи. Глубоко вздохнув, я улыбнулась Морису и подала знак открыть двери. Двое слуг одетые в красные одеяния вошли в зал. В тот же миг воздух заполнили звуки гонга, а затем наступила тишина. Ее тут же разорвали голоса слуг:

— Поприветствуйте, Государыню!

Я расправила плечи и вошла в зал, следом за мной шел Морис и Отрог. Радостные крики, казалось, оглушили меня, а украшенный гербами князей и Орхана зал ослепил своим великолепием: белоснежные стены разрезали на полоски яркие ленты тканей, золотые светильники в форме лап умуна — символа Орхана. Зелень диковинных растений терялась средь столь же диковинно одетых домовских людей и князей. На лицах князей по орханскому обычаю в день Приема были нанесены узорчатые татуировки под цвет их гербов. Домовские практически ничем от них не отличались. Изгранцы, в своих парадных, но скромных одеяниях смотрелись лишнеми на этом празднике роскоши, для меня же, надо признать — роднее. Я села на трон, рядом со мной расположился Морис. Он неуверенно улыбнулся мне, не зная, что делать, но затем, успокоившись, подал знак Отрогу встать за спинкой кресла. Я подняла руку, и зал вновь тут же заполнила тишина. Альв с не прикрытым удивлением переводил взгляд с меня на Отрогу. Мне стало его жаль. Он быстро поклонился и произнес:

— Мы рады видеть вас, Государыня. Мы прибыли к вам на помощь, как и обещали… вашему мужу. Я вирт Элманур лель Оркул.

Он начал представлять своих сопартийцев — мне не удалось запомнить их имена потому, что все мое внимание приковал Кетан в наряде черного мастера. Значит, ему разрешили вернуться в Академию? Мне стало немного обидно, появилось такое чувство, что предали, но затем успокоилась — он не обязан был отказываться от мастерства из-за меня.

— Мне тоже приятно видеть вас. Надеюсь, что вы принесете пользу моему народу. О делах будем говорить завтра, а теперь веселитесь.

— Но…

Я нахмурилась и жестче произнесла:

— Завтра.

Альв умолк, еще раз поклонился и удалился вглубь толпы. Кетан же склонил голову, но остался на месте.

— Простите, Государыня, у меня есть просьба к вам. Прошу вас выслушайте меня.

— Да? Я слушаю — говорите.

— Нет, не здесь. Прошу вас об аудиенции.

— … После приема вас проведут ко мне в кабинет.

— Благодарю.

Он еще поклонился и направился к своим товарищам. До конца Приема я сидела как будто на иголках. Морис удивленно посматривал на меня, не решаясь спросить о причине. Когда же все закончилось, я сама не успела заметить, как оказалась в коридоре. За мной едва поспели мои спутники. Отрог вопросительно посомотрел на меня, а Морис спросил:

— Что случилось, Ката?

Я села перед ним на колени и улыбнулась. От волнения задрожали и вспотели руки. Удвительно, что еще могла притворяться спокойной.

— Все в порядке, Морис. Просто встретила знакомого.

Мальчик удивленно приподнял бровь.

— Тот темнокожий изгранец твой знакомый? Но почему он тебя не узнал?

— Да, — я дотронулась до чармы и продолжила. — Из-за этого. Не беспокойся, со мной все будет хорошо. Будь осторожней. Отрогу отведет тебя в комнату. Можешь пригласить к себе друга — пажа Фарта.