Чтение онлайн

Я тихо вздохнула — традиции настолько стали частью жителей города, что они не представляли жизни без них, тем самым заковав себя в цепи приличий. Все было бы ничего, если бы данные установки не мешали нашему путешествию. Ведь можно было обойтись без этой излишней помпезности и быстро покинуть город, чтоб приступить к выполнению поставленной задачи, но… Раздражение толчками стало вырываться наружу. Я скрипнула зубами и в который раз за день постаралась успокоиться. Да, расслабилась — уже нервы шалят. Такими темпами будешь кидаться на всех вокруг, как разгневанная кошка. Уловив направление моих мыслей, хагарт возмущенно зашипел, выказывая тем самым свой протест на последнее утверждение. Ш-ш-ш, спококойно, спокойно — не про тебя речь котяра. Брейф тут же заурчал, затрепетал ушами и даже позволил себя погладить. Только столь идеалистическую картину прервали гневные окрики моих телохранителей, заставившие меня отвлечься от мыслей. Я резко подняла голову и осмотрелась: передо мной словно из ниоткуда возник черный хагарт. На нем восседал столь же величественный, как Ворф, Алукар. Его гневный взгляд впился в кожу, прожигая насквозь, добираясь до сердца. Что он хочет? Едва задумалась об этом, как тут же получила ответ на свой вопрос — Алукар соскочил с седел и быстрым шагом направился ко мне. Все замерли в ожидании — что же произойдет дальше? Что ж меня это тоже интересовало… Казалось, что после всего произошедшего, ничто более не сможет удивить меня, но и в этот раз ждал сюрприз — Алукар преклонил колено. Что-то было не так… не мог же столь отъявленный циник, как Алукар, так просто предстать в таком виде перед обществом: склонившегося перед другим человеком и тем самым признавшего власть его. Что же заставило его пойти на такое? Алукар посмотрел на меня и громогласно, так чтобы все вокруг услышали, произнес традиционную просьбу о покровительстве:

— Прошу, Государыня, возложить свою благодать на меня и тем самым осветить мой Путь.

Скрыв удивления, я осипшим голосом ответила ему:

— Так пусть будет так, как ты хочешь — Свет мой осветит дорогу тебе и ничто не сможет от него скрыться: ни дурные поступки и мысли, ни благие, так что будь осторожен в желаниях своих.

Алукар вздрогнул, как от удара, но тут же взял себя в руки и встал с колен. Я уже догадалась, что последует за этим — просьба последовать за мной в джунгли Мар. И у меня не было никакого желания отказывать ему, поэтому всего лишь спустя пару секунд, точнее минут, наше процессия, наконец, оказалась за вратами города, оставив за собой все то, что могло заставить передумать и не делать то, что было задумано. На сердце было тяжело — хотелось все бросить, но нельзя. Ведь тем самым я предам не только себя, но и народ, который вручил в мои руки свою судьбу — что ж вперед, Государыня и не вздумай оглядываться! В ответ на мой призыв, Брейф заурчал и скосил глаза в сторону — рядом остановился хагарт Кетана. Черный мастер с немой тревогой посмотрел мне в глаза. Знаю, что ты сейчас чувствуешь, Кетан… Прости, что мне приходится тебя обманывать, но так будет лучше — для тебя, не меня. Я улыбнулась и подняла руку, сжатую в кулак, вверх, как знак начать наше путешествие в неизвестность.

Тихо, слишком тихо… Я потянулась и зевнула, не прекращая прислушиваться к тишине. Мерное дыхание Кетана под боком, лишь способствовало страху. Что-то не так? Тихо выбралась из палатки на свежий воздух, не забыв перед этим накинуть на лицо чарму. Свежий воздух пробрался сквозь одежду, заставив окончательно проснуться. Разбитый у подножия горы лагерь медленно отходил ото сна, жители его приготавливались продолжить путь. Осталось совсем немного…. И с каждым шагом, становилось все сложней и сложней сохранять уверенность в правильности своих действий. Страх исчез, уступив место привычной горечи — я закрыла глаза, одернула тунику и медленно направилась к журчащему ручью, протекающему близ палатки. Природа, казалось, насмехаясь, давила на плечи своим спокойствуием и еще сильнее усугубляя душевное состояние. Первые солнечные лучи, отражаясь от водной глади, исчезали в зеленной гуще пальмовых листьев, вплетаясь в звонкий щебет странных прекрасных птиц. Опустившись на землю, я запустила пальцы в волосы и прикрыла глаза, в некоторой степени наслаждаясь окружающим пейзажем. Что же мне делать? Как ответ на мой вопрос, сзади раздались приглушенные травой шаги.

— Государыня?

Алукар… Что он здесь делает? Следил за мной? Но зачем? Открыв глаза, я тихо произнесла:

— Да?

Почему же мне кажется, что сейчас произойдет то, что изменит всю ситуацию в корне? Не ответив, Алукар сел со мной рядом и поднял камень с земли. Он хотел заставить меня повторить вопрос, но вместо этого я тоже взяла камешек и запустила в реку. От того места, куда он упал по поверхности пошли круги — так и каждое наше действие, решение меняет всю нашу жизнь в корне и мы даже этого не замечаем…

— Я знаю, зачем ты взяла с собой так много воинов, Катарина.

Я промолчала, хотя должна была возмутиться такой фамильярности по отношению ко мне — не было никакого желания, совсем, как будто титул Государыня не принадлежал мне более…

— Есть другая возможность достичь цели, не принося столько жертв…

— Да?

Данное изречение удивило, заставило меня обратить на Алукара более пристальное внимание. Бард, как будто ожидая этого, повернул ко мне голову и взял за руку.

— Что тебя связывает с черным мастером, виртом Кетаном?

— Какое это имеет отношение к тебе, Алукар?

Он промолчал, затем вновь посмотрел на воду и тихо произнес:

— Никакого, но мне хотелось бы услышать ответ на этот вопрос.

Алукар произнес это так естественно и просто, как будто не был тем, кем являлся — холодным циником, не желающим в жизни ничего…

— Многое… столь многое, что не хватит времени и слов, чтоб что-то пояснить, Алукар.

Бард закрыл глаза и тяжело вздохнул, после чего продолжил:

— Хочу тебе поведать одну историю нашего народа, Катарина. Ту, которую не смеют произносить вслух, а может быть… просто она настолько стара, что о ней забыли. Давно, еще до существования нынешних богов, когда небо рассекали и землю попирали Драконы, на нашу планету спустились те, чей род до сих пор неизвестен, как неизвестно откуда пришли они и зачем. Они заняли свободные земли и обосновались на них, с каждым годом восстанавливая свое былое могущество. Испугавшись угрозы, Драконы атаковали их первые и потерпели поражения, но не были свергнуты с пьедестала сверхсуществ. И в благодарность за это они нарекли пришельцев — дракоиниды, — он перевел дыхание и устроился удобней. — Ты думаешь, зачем я тебе это говорю?

Мне показалось, что не имеет смысла отвечать на вопрос, к тому же он был риторический, поэтому пожала плечами и легла на спину. Стоит выслушать Алукара — все равно стража начнет искать меня только через час, когда надо будет выдвигаться в путь или кто-то попросит о встрече со мной. Шпионы постараются…

— Что ждет нас впереди, знаешь? Если идет все хорошо, то никто не будет задумываться о том, что будет завтра, зачем — ведь все и так ясно. Так же повели себя и дракоиниды, забыв, что все на земле не вечно. Их раса начала вырождаться и среди них стали появляться Пустые — те, которые больше не обладали Силой Духа, те которые были пусты внутри, пусты настолько, что даже не могли жить столь долго, как остальные представители дракоиниды. Свой собственный народ предал их, превратив в Изгоев… Чтоб стать такими же, как те, кто их изгнал, отщепенцы придумали кинжал, способный поглощать энергию других… — Катарина, затаив дыхание, посмотрела на Алукара, уже зная ответ — кинжал Судьбы. Собеседник замолчал и внимательно всмотрелся в девушку.

— Оружие, которое ты так старательно прячешь — дело их рук. За это все они практически погибли… Твоя семья — их потомки.

Я не знала смеяться или плакать. Вот учудили боги — ничего не скажешь — поручили стеречь кинжал от тех, кто его создал тем, кто его и создал. Глупая улыбка растянула уголки губ. Я легла на спину и подложила руки под голову.

— И давно ты об этом знаешь?

Алукар, удивленный моей реакцией, нахмурил брови и произнес:

— Несколько месяцев тому назад узнал все подробности — меня заинтересовал твой кинжал и я решил добыть о нем как много больше информации.

Нелепая догадка пришла на ум и, приподнявшись на локтях, я спросила:

— Те бесплодные духи, которые освободились из заточения… они…

Алукар задумался, а затем отрицательно покачал головой:

— Не думаю, хотя… кто его знает… Ведь нельзя предсказать, что будет потом, ведь так? Может сложиться все так, что они как раз и есть те Изгои, а те древни боги, которые ты хочешь вызвать — дракоиниды. Но тогда у меня появится возможность помочь тебе и… загладить свою вину перед тобой.

Напоминанье об Адаис заставило меня нахмуриться. Я резко села и зло оскалила зубы.

— Какой ты добрый стал Алукар — неужто свою выгоду где-то нашел?

Собеседник промолчал, лишь немного скривился, но затем, закрыв глаза, успокоился и тихо произнес:

— Вы, как всегда, правы, Государыня.

После чего встал и ушел.

Я закрыла лицо руками, ругая себя последними словами — вновь проявила слабость, приезд Кетана и последующая встреча с ним заставили расслабиться. Стоило это исправить, пока подданные, как шакалы, не почуяли, что их вожак стал слаб и не уничтожили его. Мне осталось подождать еще немного и после уже можно позволить себе быть собой, а не железной виэль — немного, всего лишь чуть-чуть потерпеть, но как назло терпения уже не хватает… Я застонала, затем ударила кулаком в землю — немного полегчало, злость, боль отступили, оставив место горечи, как будто наелась полыни. Что ж, если то, что рассказал Алукар правда, то понятно что хотел сказать мне Ворф и почему боги так сильно хотят уничтожить кинжал. Единственное пугало — зачем тогда и сами драконы и боги позволили потомкам Изгоев хранить орудие, способное уничтожить и высшее существо? Я усмехнулась — видимо потому что так легче было контролировать ситуацию, и сам кинжал, и его хозяин были под присмотром, не надо было разрываться между ними двумя и тем самым затрачивать еще больше усилий. Надо бы найти время, чтоб расспросить Алукара, что же он имел в виду, говоря, что можно избежать жертв…

Я встала с земли и, отряхнувшись, направилась в сторону разбитого на поляне лагеря. Изгои… Кто они? Жалкие существа, заслуживающие сострадания или злобные пожиратели, захватчики мира, которые кроме гнева и ненависти не вызывают. Неужто, моя семья потомки этих существ — людьми их было сложно назвать. Каждый день приносил все больше и больше удивительной информации обо мне… и об окружающих в том числе. Ничего не скажешь — в старости будет что вспомнить, вот только до старости мне вряд ли удаться дожить. Сердце замерло от тягостных чувств — смерть ведь это только начало пути, ведь так? Я вздрогнула и, заметив невдалеке Кетана, подошла к нему, взяла за руку. Он непонимающе посмотрел на меня.