Чтение онлайн

Во время этих арестов были также задержаны и другие участники взрыва Московского комитета РКП, в том числе один “левый” эсер Федор Николаев (Федька-боевик).

Тогда же была обнаружена связь эсеров-максималистов с организацией анархистов подполья (об этом уже сообщалось нами в “Известиях ВЦИК”) и арестован ряд боевиков эсеров-максималистов, участвовавших совместно с анархистами-боевиками и левыми эсерами (которые также арестованы) в целом ряде ограблений советских учреждений в Москве и вне ее.

В эти же дни были установлены легальные типографии, где подпольщики печатали некоторые из своих листков, и арестованы лица, печатавшие их, среди них член московской организации меньшевиков, наборщик типографии Наркомпути, член партии меньшевиков с 1912 года, а с 1906 по 1912 год член партии эсеров Молчанов. Он во всем сознался. В своих показаниях он, между прочим, говорит, что “совершил этот гнусный поступок по недомыслию” (его подлинное выражение). Но Московской чрезвычайной комиссией еще не были открыты ни нелегальная типография, в которой подпольщики печатали свои произведения, ни место, где ими заготовлялись бомбы и адские машины и был склад оружия и огнестрельных припасов.

В то же время в МЧК имелись определенные указания, что к октябрьской годовщине, которая наступала через день-два, анархисты подполья готовили ряд покушений и для этого свозили в Москву динамит и пр. Необходимо было найти это и устранить для московского пролетариата всякую опасность.

И вот за день до годовщины МЧК установила, что анархистами подполья была месяца полтора-два тому назад снята дача в дачном поселке Красково, верстах в 25 от Москвы. Немедленно туда был послан отряд в 30 человек, который рано утром оцепил дачу Горина. Бывшие в ней анархисты (шесть человек) встретили прибывших залпами из револьверов и ручными гранатами. Ими было брошено больше десятка бомб. Перестрелка продолжалась около 2,5 часов. Затем анархисты зажгли адскую машину и взорвали дачу. Сила взрыва была громадна, дача целиком была поднята на воздух, затем она загорелась, и почти во все время пожара (часа 4) происходили взрывы взрывчатых материалов, находившихся на даче, поэтому мер к тушению пожара принять было невозможно. На месте пожарища были обнаружены трупы, остатки типографского станка (вал, рама и пр.), две невзорвавшиеся адские машины (жестяные бидоны, наполненные пироксилином), оболочки бомб, револьверы и пр. Типография и лаборатория бомб анархистов были здесь уничтожены.

Московский пролетариат мог спокойно праздновать октябрьскую годовщину.

Отряд МЧК, несмотря на то что перестрелка происходила почти вплотную (на расстоянии 10 - 30 шагов) и люди отряда были вооружены только револьверами и карабинами, не потерял ни одного человека по причине того, что дача была окружена густым сосновым лесом. Затем случайно в дачной местности Одинцово был обнаружен склад динамита, который был брошен подпольщиками в силу разгрома их организации МЧК

Но, кроме организации в Москве, анархисты имели ряд агентов и организаций и в других городах России. МЧК предпринял ряд мер для ликвидации этих организаций. На днях получено известие от наших товарищей, посланных в Самару, что там ими ликвидирована также организация подпольщиков, причем взяты 4 пулемета, 18 пулеметных лент, 10 ящиков ручных гранат, ящик капсюлей и пр., и арестованы известные боевики-экспроприаторы.

В ближайших номерах “Известий ВЦИК” нами будет рассказана история возникновения организации и деятельности анархистов подполья и нарисована картина взрыва Московского комитета РКП.

КРЕМЛЬ ЗАХВАЧЕН НЕ БЫЛ

Сообщение газеты “Известия” об аресте правых эсеров.

30 декабря 1919 г.

В ночь на 28 декабря ВЧК был произведен ряд арестов среди правых эсеров. Арестован ряд членов ЦК, в том числе Алексеев, Агатов, Ратнер и много других видных деятелей партии. У них обнаружен склад фальшивых документов, штампов и печатей советских учреждений. Имеются даже грифы подписей секретарей ВЦИК. Там же обнаружена печать бюро ЦК правых эсеров, бюро Московского комитета партии эсеров и московского областного комитета партии эсеров.

ВЧК удалось нанести решительный удар партии правых эсеров, работающей нелегально и направляющей свою деятельность к свержению Советской власти. Найден новый ряд материалов, который еще не разобран и о котором сведения будут даны дополнительно. Установлена связь правых эсеров с действующими в Тамбовской губернии отрядами дезертиров и бандитов, портящих железнодорожные пути в тылу Красной Армии.

Проект постановления совета рабоче-крестьянской обороны о транспортном отделе ВЧК.

16 января 1920 г.

ВЧК обязана в 3-недельный срок издать подробную инструкцию, определяющую не только порядок действия ТОВЧК, но и устанавливающую строгую ответственность агентов ТОВЧК за недосмотр или несообщение случаев саботажа или спекуляции. В частности, агенты ТОВЧК должны быть в контакте с коммунистическими и профессиональными ячейками действительно пролетарской части железнодорожных рабочих, не участвующих в спекуляции (имеющей возможности свои служебные поездки использовать).

Сообщение газеты “Известия” о раскрытии МЧК контрреволюционной организации в органах снабжения Красной Армии.

13 июня 19120 г.

Московской чрезвычайной комиссией по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и с преступлениями по должности рассмотрены дела о преступниках, которые действиями своими разрушали план правильного снабжения Красной Армии.

Преступная шайка, состоящая из сотрудников 2-го Главного военно-хозяйственного вещевого склада: смотрителя магазина И.И.Карягина, бухгалтера склада И.Н.Аржанникова и артельщиков П.И.Воронова и МВ.Паршутина, систематически расхищала из отделения склада при ст. Бойня окружной железной дороги мануфактуру, предназначенную для обмундирования Красной Армии, и снабжала ею спекулятивный рынок Преступники, пойманные с поличным, сознались.

Начальник продбазы, бывший интендант В.П.Лисовский, его помощники - вахтеры А.Е.Ланфилов и П.И.Копылов, а также следователь УТЧК ст. Лихоборы окружной железной дороги СП.Носиков злостно саботировали дело снабжения продовольствием Красной Армии, допустив, что продукты, как-то: соль, масло, сахар, патока и т.п., втоптанные в грязь и рассыпанные по земле на Братцев-ских продовольственных складах, пропадали и расхищались ими в громадном количестве, вместо того чтобы попасть на фронт. По постановлению коллегии МЧК от 10 сего июня, И.И.Карягин, И.Л.Аржанников, П.И.Воронов, М.В.Паршутин и В.П.Лисовский расстреляны. Панфилов А.Е. приговорен к 15 годам, а Копылов П.И. и Новиков В.П.
– к 10-летнему заключению в концентрационном лагере с лишением свободы и применением принудительных работ. Оборона завоеваний революции вызывает необходимость применения самых репрессивных мер для окончательной победы над внутренней и внешней контрреволюцией, а потому МЧК еще раз предупреждает, что со всякого рода преступностью, направленной против обороны страны, борьба будет самой беспощадной.

Сообщение газеты “Известия” о слушании революционным трибуналом дела “Тактического центра”.

22 августа 1920 г.

В практике Высшего Революционного трибунала настоящий процесс должен будет по целому ряду причин занять совершенно исключительное место своим внутренним смыслом, своим показательным значением. Он, прежде всего, повелительно заставит умолкнуть всех заграничных и отечественных крикунов о какой-то якобы бессмысленной жестокости Советской власти по отношению к своим врагам. Над всем этим делом витает тень известного Щепкина, уже расстрелянного ВЧК

Острый, даже критический момент переживала Советская власть, когда обвинительная камера впервые широко развернула дело “Национального центра”, и совсем в иной обстановке застало Советскую власть дело “Тактического центра” и других родственных ему организаций. Еще не ослабел бешеный натиск ненавидящих республику труда, но она уже окрепла настолько, что может не бояться результатов этого натиска.

Окрепшая Советская власть не желает слепо мстить своим хотя бы самым заядлым врагам. Миновал острый момент, аппарат революционной расправы уступает место революционному трибуналу со всеми так называемыми судебными гарантиями: процесс протекает при открытых дверях, на заседании присутствуют представители печати, для изустного состязания с обвинением допущена защита из лагеря бывших соратников и друзей обвиняемых, “настоящих” адвокатов. И тут же можно отметить, что почти половина подсудимых пользовалась до суда свободой и многие из них явились вчера на заседание, оторванные от своих текущих служебных обязанностей, - явное доказательство того, что Советская власть не расценивает их выше “бывших людей”, считая ныне просто политическими трупами. Эту обстановку, если можно так выразиться, мирного судебного строительства, по-видимому, чувствуют и сами подсудимые: не наблюдается среди них по крайней мере внешних признаков излишней нервозности.