Чтение онлайн

Лишь III конференция ОУН(б) 17–21 февраля 1943 года приняла решение о переходе к вооруженной борьбе с оккупантами, чтобы не остаться на обочине антифашистского движения. В августе же на III Чрезвычайном сборе речь шла в основном о вооруженном противостоянии советской власти на западноукраинских землях. Совместить и эффективно выполнить оба постановления оказалось невозможно, пришлось отдавать предпочтение чему-то одному, в зависимости от ситуации на фронтах. До конца 1943 года нелегальные издания ОУН(р) заполнены материалами дискуссии о роли подполья вообще, природе и значении терроризма, который понимался в качестве политической тактики и о роли будущей Национальной украинской армии. По-прежнему острой, необъективной критике в печати бандеровцев подвергалась ОУН(м), тенденции к компромиссу с русофилами.

Первое соединение под названием «Украинская повстанческая армия» создал на Полесье представитель правительства УНР в эмиграции Т. Боровец (псевдонимы — Байда, затем Бульба), переброшенный на украинскую территорию в июле 1940 года. При содействии германского командования, опасавшегося флангового удара советских дивизий, окруженных в районе Пинских болот, Т. Боровец к лету 1941-го сформировал полицейские подразделения «УПА — Полесская Сечь», насчитывающие к ноябрю более 6 тысяч бойцов. Они преследовали отступавшие части Красной армии, пытались помешать немцам вывозить в Германию сырье и продовольствие. Тогда оккупационные власти 16 ноября 1941 года распустили УПА Т. Боровца, и до весны 1942-го ее деятельность не ощущалась. Потом с ведома немцев ее формирования возникли снова, а 23 ноября был подписан договор между германским командованием и «УПА — Полесская Сечь».

В то же время в течение 1942 года под эгидой местных лидеров ОУН(м) и ОУН(б) возникали вооруженные отряды, противостоявшие немецким карателям, польским националистам, советским партизанам, бандитским группам из числа дезертиров. К апрелю 1943-го они насчитывали до 10–12 тысяч бойцов. Начиная с 9 апреля, представители ОУН(б) вели переговоры с Т. Боровцем, требуя от него признать платформу бандеровцев как единственно верную, очистить территорию от польского населения, с чем тот не согласился. Но с этого времени отряды ОУН(б) стали именовать себя Украинской повстанческой армией — УПА (командующий — К. Савур (Клячкивский)), а с середины августа бандеровские боевики и Служба безопасности начали разоружать бойцов Т. Боровца и А. Мельника, расстреливая противников объединения повстанческих сил в единую УПА под флагом ОУН(б). После убийства службой СБ жены Т. Боровца и захвата членов его штаба он ушел к немцам, поместившим атамана «Полесской Сечи» в особый блок концлагеря Заксенхаузен.

С 20 июля 1943 года остатки отрядов Т. Боровца стали носить новое наименование — Украинская народно-революционная армия.

Осенью 1943-го в результате массовой мобилизации молодежи (А. Мельник назвал эту акцию политическим и военным безумием) ОУН(б) — УПА имела более 40 тысяч человек, не считая вооруженного подполья. В октябре — ноябре 1943 года УПА провела 47 боев местного значения с немецкими частями (с 1 января по 30 сентября потери вермахта от нападений повстанцев составили около 3 тысяч убитыми и ранеными), 54 боя — с советскими партизанами (только в течение 25–28 марта на Волыни погибло 500 партизан).

Одновременно отряды УПА проводили кампанию вытеснения польского населения за пределы украинских этнографических границ — за Буг или Сан. Лишь за 11–12 июля 1943 года было сожжено 60 польских сел. Однако и Армия краёва (АК) с помощью польской полиции сожгла только на Холмщине в 1943–1944 годах десятки украинских сел, убила около пяти тысяч украинцев. Подобные акции с обеих сторон умножались, хотя решить имеющую исторические корни проблему украинско-польских отношений они никак не могли. В октябре 1943-го В. Кубиёвич с горечью говорил: если ОУН(б) — УПА будет одновременно воевать против шести врагов, то сведет Украину в могилу. Как полагают современные исследователи, в необъявленной польско-украинской войне с обеих сторон погибло по 40–50 тысяч человек.

13 мая 1943 года глава иностранного отдела ОУН(б) Н. Лебедь поставил задачу структурам УПА вступить в контакт с представителями Румынии, Польши, Венгрии, США, Великобритании. В результате переговоров с делегацией венгерской армии во главе с подполковником Д. Падани осенью было подписано перемирие, которое в целом соблюдалось. Переговоры с румынской стороной цели не достигли из-за неприемлемости условий, выставленных обеими сторонами.

Не могли оправдаться и надежды лидеров ОУН-УПА на то, что Запад обеспечит Украине ту модель политической свободы, которую имели Филиппины под властью Японии.

Июльские встречи 1943 года с поляками закончились безрезультатно, и только 29 апреля 1945 года делегации УПА и Армии краевой договорились не воевать друг и другом, а сосредоточиться на борьбе с Красной армией. В сентябре этого же года объединенные силы АК и УПА атаковали советские гарнизоны в Ковеле и селе Бирча под Перемышлем.

20—21 января 1944 года состоялись первые переговоры представителей ОУН(б) УПА с германским командованием.

5 марта 1944 года при встрече с офицерами германской службы безопасности представитель ОУН(б) И. Гринёх заявил: «Мы никогда не считали немцев и поляков врагами». Он попросил, чтобы работники абвера распространили по своим каналам слухи о тайной работе ОУН(м) на большевиков, оказали помощь УПА оружием, боеприпасами, специальным снаряжением, специалистами саперного и подрывного дела. Руководство Украинской повстанческой армии согласилось вести арьергардные бои с Красной армией, чтобы прикрыть отступавшие части вермахта в Карпатах. Поэтому зимой 1944–1945 года здесь развернулись кровопролитные сражения, с большими человеческими жертвами с обеих сторон.

Немецкое армейское командование выделило УПА 320 инструкторов, Передало много оружия и боеприпасов. 17 ноября 1944 года руководство ОУН(б) сообщило Розенбергу о создании в июле Украинской головной вызвольной рады (УГВР) — революционного парламента во главе с киевлянином К. Осьмаком. Ранее министр оккупированных территорий признал бандеровцев правомочными представителями украинского народа, запретив употреблять в печати по отношению к воинам УПА кличку «бандиты».

Вскоре в лесах Западной Украины появились боевые группы из украинских и немецких солдат, участились столкновения с частями тыла Красной армии: только на Ровенщине в январе— феврале 1944-го было зарегистрировано 154 нападения на красноармейские части, потерявшие при этом 439 бойцов и командиров.

Чтобы подчеркнуть серьезность своих намерений, руководство ОУН с 1943 года начало вводить на Волыни и Полесье бофоны — заменители денежных знаков. Их силой навязывали населению в качестве платежного средства. На протяжении 1944–1946 годов функционировали бофоны 4–8 номиналов в 12 областях Украины и Белоруссии. Над их изготовлением работал известный график Н. Хасевич.

С приходом на западноукраинские земли советской власти полевые военкоматы начали мобилизацию местной молодежи, которая с помощью ОУН всячески скрывалась. Так, в Ровенской области 15 марта — 20 апреля из 66 110 призывников на сборные пункты явились лишь 2620 человек, в Дрогобычской из 88 979 человек прибыли в военкоматы всего 3867 и т. д. Но при этом часть неявившихся призывников шла не в ряды УПА, а становилась мародерами, бандитами, поэтому в июле 1945-го на совместной встрече делегаций УПА и польского подполья обсуждалась проблема ликвидации польских и украинских банд, дискредитирующих своими действиями национально-освободительное движение.

После того, как группа Энея (П. Олийника) 29 февраля 1944 года смертельно ранила из засады командующего I Украинским фронтом Н. Ф. Ватутина, натиск войск НКВД на повстанцев усилился. Чтобы подорвать социальную базу УПА, велся террор, совершались провокации против местного населения: сжигались населенные пункты, использовалась практика взятия и расстрела заложников. Нарушение законности при этом стало обыденным явлением. Только за 11 месяцев 1945 года за злоупотребления властью и преступные действия было осуждено 326 сотрудников НКГБ — НКВД. С большим запозданием, 13 июня 1946 года, вышел приказ Л. П. Берии, категорически запрещавший поджоги домов, хуторов, хозяйственных построек в ходе карательных акций.

К началу июля 1945-го в Галиции действовали 156 спецгрупп НКГБ, которые, выдавая себя за отряды УПА, издевались над жителями.

Борьба еще более ожесточилась, когда 19 июля 1944 года личный состав УПА принял присягу, в которой говорилось: клянусь бороться за полное освобождение всех украинских земель. Срабатывало убеждение: «Пусть будет крови по колено, лишь бы Украина была свободной» («Хай би крові по коліна, якби вільна Україна»).

Весь 1944 год с помощью германских саперов УПА сооружала многочисленные схроны (убежища), в которых прятались и местные жители — от фашистов, румынских солдат, польской гранатовой полиции, чекистов, бандитских групп и шаек дезертиров. Глубоко под землей расположились типографии, госпитали, сторожевые посты, библиотеки, архивы, склады, казармы для воинов и т. п. В 1945–1946 годах советские органы безопасности и войсковые группы обнаружили 28 969 таких убежищ.