Чтение онлайн

В агиологии есть множество рассказов о том, как покойники слышат, разговаривают и двигаются. Так, в житии св. Доната, покровителя города Ареццо, который ближе к концу III века н. э. сменил на посту первого епископа св. Сатира, рассказывается, что Евстасий, главный хранитель доходов Тосканы, получив распоряжение совершить деловую поездку, чтобы надежно сохранить общественные деньги, передал их в руки своей жены Евфросины. Эта женщина, боясь, как бы ее дом не ограбили, тайно зарыла казну в землю. Она никому не сказала об этом, но, к несчастью, незадолго до приезда супруга ночью скоропостижно скончалась, и было совершенно непонятно, где она спрятала сокровища. Евстасий остался наедине со своим горем и страхом, ибо теперь, казалось, он будет обвинен недругами в казнокрадстве, и его приговорят к смерти. В отчаянии он отправился к Донату, и святой предложил ему пойти вместе с ним к гробнице Евфросины. В церкви уже собралось много народу, когда святой спросил во всеуслышание: "Евфросина, умоляем тебя: поведай нам, где ты спрятала казну?" Женщина отозвалась из гробницы, сообщив, где зарыты общественные деньги. Св. Донат и главный хранитель пошли к указанному месту, где и нашли всю сумму в целости и сохранности85.

В житии знаменитого отшельника св. Макария Египетского86, скончавшегося в 394 году н. э., говорится, что одного мо-наха из лавры Макария обвинили в убийстве. Обвинители выступали на суде важно и уверенно, но св. Макарий предложил Им сходить вместе с ним к могиле убиенного. Там святой обратился к покойному со следующими словами: "Господь устами моими призывает тебя поведать нам, действительно ли этот человек, который обвинен в твоем убийстве, - действительно ли он совершил это преступление или каким-то образом замешан в нем?" Тут же из могилы в ответ донесся глухой голос. Покойный заявил: "Воистину он абсолютно невиновен и никак не причастен к моему убийству". "Кто же тогда, - продолжал вопрошать святой, - истинный виновник?" Убиенный отвечал: "Не мне, отец мой, свидетельствовать против него. Да будет достаточно узнать, что тот, кого обвинили, на деле невиновен. Предоставьте виновного Богу. Кто знает, быть может всеблагой и сострадательный Господь смилостивится над ним и вызовет в нем раскаяние?"87

В истории св. Ретика - так, как ее излагает К. Веттий Ак-вилин Ювенк88, латинский поэт четвертого века, столь популярный в Средние века, рассказывается, что, когда святой скончался89, торжественная процессия принесла тело покойного к гробнице его жены. Вдруг мертвец приподнялся на своих носилках, сел и произнес: "Помнишь ли ты, дорогая моя супруга, о чем просила меня на смертном одре? И вот я здесь, явился выполнить обещание, данное так давно. Прими же того, кого ты с такой нежностью ожидала все это время". При этих словах будто бы жена его, умершая много лет назад, вновь ожила и, разорвав опутывавшие ее льняные повязки, простерла руки навстречу мужу. Тело святого опустили в ее гробницу; там и покоятся оба супруга, ожидая воскресения праведников90.

Нечто подобное описывается в легенде о св. Энжюрье, чей труп встал из своей гробницы и перешел в гробницу его жены по имени Схоластика. Энжюрье был знатным сенатором в городе Клермон (провинция Овернь во Франции). Св. Григорий Турский в своей "Истории франков"91 сообщает, что Схоластика скончалась первой, и Энжюрье, стоя у ее гроба, заявил во всеуслышание: "Благодарю тебя, Господи, за то, что даровал мне это девственное сокровище, которое я возвращаю в руки Твои таким же непорочным, каким и получил". При этих словах мертвая супруга улыбнулась, и присутствующие услышали ее ответ: "Зачем же, о супруг мой, ты говоришь о том, что не-касается никого, кроме нас с тобой?" Едва даму успели похоронить в роскошной гробнице, как муж ее тоже умер. По какой-то причине его временно похоронили в отдельной гробнице, на некотором расстоянии от жены. На следующее утро обнаружилось, что Энжюрье покинул то место, где лежал, и что теперь его мертвое тело покоится рядом со Схоластикой. Никто не осмелился потревожить эти два трупа. И по сей день сенатора и его жену в народе называют "Двое влюбленных"92.

В своих "Житиях святых"93 монсиньор Герэн приводит следующий рассказ о святом Патрике94: "St. Patrice commande a la mort de rendre ses victimes afm'.que leur propre bouche proclame devant le peuple la verite des doctrines qu'il leur annonce; ou bien il s'assure si son ordre de planter une croix sur la tombe des chretiens, et non des infideles, a ete fidelement execute, en interrogeant les morts eux-memes, et en apprenant de leur bouche s'ils ont merite ce consolant hommage" ("Св. Патрик велит смерти вернуть свои жертвы, дабы они своими собственными устами возгласили истинность того учения, которое он им возвестил, или же чтобы он удостоверился, лично расспросив мертвецов, верно ли выполнено его указание водрузить крест на могилах христиан, а не неверных, и чтобы услышать из уст самих покойников, достойны ли они этих утешительных знаков уважения").

В связи с преданиями о говорящих мертвецах уместно упомянуть рассказ о св. Мэлоре. Около 400 года в Корнуолле правил герцог по имени Мелиан. Его брат Ривольд организовал против него заговор и убил герцога. Уцелел юный сын Ме-лиана, Мэлор, которого Ривольд убить побоялся, но строжайше приказал отправить его в один из корнуоллских монастырей. Там паренек постоянно подавал общине пример праведной жизни и якобы обладал даром творить чудеса. По прошествии нескольких лет Ривольд, опасаясь, что его свергнет юный наследник покойного герцога, все же решил его устранить. Он подкупил воина по имени Кериальтан, уговорив его тайно убить Мэлора, что тот в соответствии с договоренностью и осуществил. Он должен был обезглавить Мэлора и принести его голову Ривольду. Это убийство воин совершил в лесной чаще, куда ему удалось заманить мальчика. Уходя прочь с места преступления, Кериальтан случайно оглянулся. Взору его предстало яркое сияние. И вот уже тело, убитого со всех сторон обступили ангелы в белых стихарях, с тонкими свечками в руках, сияющими, словно золотистые звезды. Когда злополучный убийца отошел еще дальше, его вдруг стала терзать нестерпимая жажда; чуть не падая от изнеможения, он воскликнул: "О я несчастный! Без глотка воды мне просто не выжить!" Тут с ним заговорила голова убитого мальчика: "Кериальтан, стукни по траве посохом, и для тебя в этом месте забьет родник". Кериальтан так и поступил; утолив жажду из чудотворного ключа, он поспешил продолжить свой путь. Когда герцогу Ривольду преподнесли голову убиенного, он собственноручно размозжил ее, однако после этого сразу же заболел и слег, а через три дня скончался. Голову Мэлора затем присоединили к телу, которое с почестями погребли. Прошло несколько лет, и останки торжественно перезахоронили в городе Эймсбери, что в графстве Уилтшир95.

В своей "Histoire hagiologique du diocese de Valence" ("Агиографической истории епархии Валанс")96 аббат Надаль пишет, что когда св. Павел97 сменил св. ТЬрквата в качестве епископа Сен-Поль-Труа-Шато, вскоре после посвящения к нему подошел на улице какой-то еврей, простой ростовщик, и потребовал от него вернуть ему изрядную сумму денег, которую якобы занял у него епископ Торкват, предшественник Павла. Чтобы удостовериться, насколько справедливо требование заимодавца, св. Павел в полном епископском облачении отправился к гробнице св. Торквата в кафедральном соборе и, дотронувшись до нее посохом, попросил ТЬрквата объявить, возвращен долг или нет. Из гробницы ему ответил голос покойного епископа: "Воистину иудей получил обратно свои деньги; долг ему возвращен в установленный срок, с процентами, причем двойными". Из хроник явствует, что этот случай бесспорно имел место, ибо многие при этом присутствовали, и они свидетельствуют, что все видели и слышали.

Евгиппий, сменивший на должности главы епархии Трент св. великомученика Вигилия, оставил нам жизнеописание св. Северина, который, незадолго до своего отъезда в Италию был одним из последних епископов из числа римлян, проживавших в этом районе на Дунае. Однажды св. Северин, которому пришлось всю ночь дежурить у похоронных носилок священника по имени Сильван, на заре предложил последнему еще раз поговорить с собратьями, жаждавшими услышать его голос, ибо при жизни Сильван был красноречивым, пламенным проповедником. Сильван открыл глаза, и святой поинтересовался, не желает ли тот вернуться к жизни. Но покойный отвечал: "Отец мой, умоляю вас, более не задерживайте меня, не отдаляйте наступления того вечного покоя, который для почивших во Христе превыше любых наслаждений". И затем, закрыв глаза, он больше не пробуждался к жизни на этом свете.

Этот случай сразу же воскрешает в памяти знаменитое чудо св. Филиппо Нери, который был духовным наставником семейства Массимо. В 1583 году сын и наследник принца Фа-брицио Массимо умер от лихорадки в возрасте четырнадцати лет. Когда св. Филиппо вошел в комнату, где оплакивали свою утрату родители и проливали слезы родственники, он подошел К мертвому подростку, положил руку ему на лоб и позвал его по имени. После этого мальчик ожил, открыл глаза и сел на кровати. "Страшно умирать?" - спросил святой. "Нет", - кротко ответил подросток. "Готов ли ты отдать Богу душу?" - "Да". - "Тогда ступай, - сказал святой Филиппо. - Va, che sii Benedetto, e prega Dio per noi!"*. С просветленной улыбкой мальчик откинулся на подушку и вторично почил в бозе. С тех пор ежегодно 16 марта в семейной часовне в Палаццо Массимо устраивается festa**.

В "Житии св. Феодосия Кенобита", которое написал Феодор, епископ Петры99 (536 г.), есть такой эпизод: когда возле монастыря соорудили большой просторный склеп, св. Феодосии изрек: "Теперь усыпальница воистину завершена - вот только кто из нас первым в ней упокоится?" Тут некий монах по имени Василий упал перед ним на колени и стал умолять, чтобы этой чести удостоили именно его. По прошествии примерно месяца Василий без всяких болезней и страданий отошел в мир иной - как будто просто заснул. Через сорок дней св. Феодосии стал замечать, что усопший монах на заутрене, да и в другие часы, как и прежде, занимает свое место в хоре. Никто, кроме Феодосия, не видел покойного, но многие слышали его голос; особенно хорошо ощущал его один монах по имени Эций. Тогда Феодосии попросил Господа сделать так, чтобы все были в состоянии видеть призрак Василия. И действительно, взор каждого прояснился таким образом, что все теперь смогли наблюдать усопшего, который занимал свое привычное место в хоре. Когда Эций попытался на радостях обнять собрата, призрачная фигура от его прикосновения стала растворяться со словами: "Спокойно, Эций. Господь с вами, отец мой и собратья мои. Но только отныне вы не сможете меня ни видеть, ни слышать".

У св. Григория, епископа Лангрского100, была привычка вставать по ночам, когда все уже глубоко спали, и тихо идти в церковь, где он проводил несколько часов в молитвах. Это долго оставалось незамеченным, но однажды кто-то из братии долго не мог заснуть; этот монах заметил, что епископ куда-то направился по коридору. Из любопытства монах последовал за ним, и вскоре увидел, как тот входит в баптистерий, дверь которого сама собой распахнулась перед аббатом. Некоторое время внутри царила тишина; затем раздался голос епископа: св. Григорий запел антифон, и тут же вдруг послышалось множество голосов, подхвативших псалом; это пение продолжалось три часа подряд. "Я, в свою очередь, - заявляет св. Григорий Турский, считаю, что святые, мрщи коих покоились в церкви и коим поклонялись, таким образом открылись этому святому и вместе с ним славили Бога".