Чтение онлайн

–  Животные?
– подсказала я.

–  Да. Невинные, не испорченные человеком души. Они всегда страдают от рук людей. Я решил защитить их. Наложил специальные чары. Поэтому, когда солдаты шли охотиться на них, звери узнавали об этом заранее.

–  А полулюди?

–  Эти созданы мной. Разве они не замечательны?

–  Нужна очень сильная магия, чтобы создать жизнь, - произнес Гэмелен. Некоторые считают это работой тьмы.

–  Когда человек сражается за свою жизнь и за жизни других людей, нет места вопросам морали. Пусть историки занимаются ими - в библиотеках люди будут читать о злодее-правителе с окровавленными руками. Я никогда не понимал людей, которые указывают лежащему на арене гладиатору, что и как ему делать, чтобы не потерять достоинства.

С этим я могла бы поспорить, но не стала. Как я могла вмешиваться в воспоминания человека с дурацкими вопросами насчет морали? Это было бы и глупо и опасно. Может быть, он правил суровее, чем правила бы я на его месте (вряд ли, правда, нашлись бы глупцы, способные предложить мне корону, а я бы вряд ли настолько сошла с ума, чтобы принять ее). Но я чувствовала, я была совершенно уверена, что Сарзана хотел добра конийцам, а его безжалостно предали. Эта мысль вызвала почему-то теплоту, и я внезапно поняла, что носящие корону не должны быть судимы нами, простыми смертными.

–  Эти создания, - сказал Сарзана, - стали мне лучшими друзьями, чем болтливые щеголи, крутившиеся вокруг моего трона. Они... я не знаю подходящего слова ни в вашем, ни в моем языке... если бы речь шла о людях, я сказал бы "души", а это... духовное воплощение животных, убитых на земле или в море. Я дал им новые тела, оживил их, дал силу и способности, которых у них раньше не было. Они понимают это и не устают меня благодарить. Когда вернее, если - я смогу выбраться с этого острова, я освобожу их, и они станут владеть этой землей, и будут править более милосердно, чем люди, и между земными и морскими тварями воцарится мир.

Но возвращаюсь снова к моей истории. Я почувствовал однажды, что к острову приближается корабль и на нем находится человек, везущий приказ убить меня. Кажется, жители деревни тоже что-то заподозрили, потому что, когда я спустился по лестнице к морю, я слышал, как они ропщут против солдат, и рыбаки всячески старались меня подбодрить. Это глубоко тронуло меня, я всегда поражаюсь, как люди, стонущие под железной пятой, могут сохранять в себе человечность. Я вспомнил о своей родной деревне за много миль и лет отсюда.

И настал день, когда курьер прибыл. Я ждал смерти, но ничего не происходило, жизнь текла как обычно, мне только запретили заходить в деревню. Однажды меня грубо схватили и бросили в комнату в подвале. Охранял меня целый взвод. Я подумал, что все кончено. Но на следующий день встало солнце, а я был еще жив, и меня освободили! Теперь я мог свободно гулять по острову, потому что жителей не было!

–  Как это?
– спросила Корайс.

–  Ночью солдаты велели всем садиться в лодки, с собой ничего не брать. Переполненные лодки военные корабли взяли на буксир. Это я узнал из разговоров охраны. Пришлось прибегнуть к гаданию, чтобы узнать остальное. Лодки увели далеко от острова. Солдатам было приказано расправиться со мной без свидетелей, и они с радостью пошли на ужасное злодейство, думая, что таким образом обманут и избегнут кары, предназначенной роком цареубийцам. Огромные корабли таранили лодки, мужчины, женщины, дети - все утонули или были застрелены лучниками. Никто не спасся.

Я знал, что мои дни тоже сочтены. Я был в отчаянии. Я долго думал и вдруг понял, что кровь - великое оружие, усиливающее действие магии. Смерть жителей деревни - а я думал о них как о своих подданных - не должна была быть напрасной. Я сотворил первое из своих великих заклятий. Оно пронеслось в ночи как буря. Солдаты ничего не почувствовали. А звери, мои слуги и друзья, загорелись жаждой мести за поколения их предков, истребленных людьми. И они забыли страх перед человеком, вложенный в их души богами.

И они отомстили - в течение одной кровавой ночи. Должен признаться, я прислушивался к крикам с удовлетворением. Мое заклинание заставило зверей поступить с солдатами точно так, как те поступили с рыбаками. Некоторые умерли легко, во сне, некоторые сопротивлялись и были разорваны в клочья, кто-то пытался спастись на кораблях и был утоплен дельфинами. К рассвету я был единственным человеческим существом на Тристане.

Я приказал сбросить тела со скалы, чтобы их унесло морем. Потом я со своими слугами отвязал корабли в гавани - это было нелегким делом, - и их унесло течением, где-нибудь водоросли или морские чудища утащат их на дно морское. Не осталось ни одного корабля.

Сарзана замолчал. Мы тоже молчали. Его рассказ привел меня в ужас. Конийцы и правда были горячи - и те, кто правил, и те, кем правили.

Потом он снова заговорил:

–  Трупы в казармах я не стал трогать, чтобы они служили предупреждением всем, кто приплывает на остров с недобрыми намерениями.

–  Это не должно было особенно помочь, - заявил Холла Ий.
– Властители Конии должны были послать новых убийц.

–  Они так и сделали. Но против них у меня было второе заклинание, сбившее их с пути. Простое заклинание, правда, воскреситель?

–  Правда. Но скрыть целый остров очень трудно.

–  О нет, я не стал с этим связываться, - в голосе Сарзаны звучала гордость, - просто в четырех-пяти днях от острова корабли настигал магический туман. Штурман начинал сомневаться в картах, капитан переставал доверять своим подчиненным и так далее... Этого было достаточно, чтобы обеспечить мне покой, пока я сам не захочу, чтобы меня нашли. Кроме того, мало кто пытался выяснить, что на самом деле со мной произошло. Легенда о смерти, грозящей всякому, кто попытается убить меня, стала хорошей защитой. А кто станет рисковать навлечь на себя гнев богов, если можно без этого обойтись?

Сарзана встал, потянулся и обошел нас, заново наполняя наши бокалы.

–  Уже поздно, - сказал он.
– Или, вернее, уже рано. А вам надо много поработать, чтобы подготовить ваши корабли к плаванию. Всем лучше идти спать.

Мы встали и подняли бокалы в его честь. Когда мы выходили из комнаты, мне в голову пришла одна мысль. Я набралась смелости и спросила:

–  Сарзана, вы сказали, что видите будущее. Вы знаете, что вас ждет? Вы так и останетесь один до конца дней?

–  Трудно предсказывать для себя, - ответил он.
– Я что-то вижу, но, может быть, это просто мечта. Мне кажется, будто я возвращаюсь в Конию. Я знаю, что где бы я ни сошел на берег, люди вспомнят меня. Много утекло воды, и зло аристократов скоро вызовет новое восстание. Может, это глупо или я просто мечтатель, но я надеюсь, что мои острова снова будут жить в мире. И я принесу мир людям. Но вдруг это всего лишь счастливый мираж?

–  Почему вы не использовали какой-нибудь корабль, управляемый вашими животными, чтобы вернуться в Конию?
– Корайс, как всегда, была практична. Вы же из семьи рыбаков.

–  Я уже сказал, что магическая сила, победившая меня, исчезла, но не окончательно... Или я все еще не могу прийти в себя после своего падения? Я не могу спокойно подумать о морском путешествии. Возможно, на меня были наложены чары... Поэтому я не могу сам выбраться с острова. Меня должен спасти кто-то, кто доверяет мне. О как щедро награжу я человека, который поможет мне вернуться к власти!