Чтение онлайн

Сванетия более населена и лучше обработана, чем многие из горских владений. Ничтожность промышленности заставила народ обратиться к единственному источнику пропитания и богатства – хлебопашеству, и надо сказать, что труд землевладельца вознаграждается достаточно. В течение пяти весенних, летних и осенних месяцев сванеты некоторых обществ успевают два раза косить сено; в августе убирают хлеб, а в сентябре сеют озимую пшеницу.

Здесь земледелие составляет главное богатство жителей. Земли у них достаточно, и каждый, имея свой участок, может продать его не иначе как с согласия родственников. Иногда владелец, отдавая свою землю в аренду, пользуется половиной урожая.

Неудобство сбыта хлеба и лень заставляет каждого домохозяина сеять столько, сколько нужно для пропитания семейства, тем более что большая часть пашни доступна только для пешехода, и то с трудом. Пашни обрабатываются не плугом, а кирками; сенокосные места орошаются водопроводами. Перевозка дров, хлеба и сена совершается летом и зимой на полозьях. Несмотря на тучность и обилие лугов, скота мало, потому что для домохозяина весьма затруднительно содержать его в течение продолжительной и суровой зимы. Скотом их снабжает Мингрелия и кавказские народы, обитающие по северному скату Главного хребта.

Сами сванеты содержат стада коз, но незначительные стада их рогатого скота отличаются хорошим качеством и ростом. Лошадей очень мало. Во всей Вольной Сванетии, по показанию Бартоломея, считалось от 12 до 20 лошадей. Лошадей туземцам заменяют волы, которые запрягаются в сани и зимой, и летом; в Вольной Сванетии не знают о существовании колеса.

Лесом владеют каждый порознь, и никто не может пользоваться чужим участком без согласия на то хозяина; за право пользования им платится десятая часть. В лесах очень много дикого меда; возвышенности гор наполнены турами и дикими козами, а реки изобилуют рыбой, в особенности форелью, но о рыболовстве сванеты не имеют понятия.

Вся торговля их находится в руках евреев-лахамульцев, живущих в числе 50 дворов в Княжеской Сванетии. Несмотря на то что лахамульцы исповедуют христианскую религию, говорят на местном языке и имеют попов, сванеты ненавидят их, не имеют с ними общения, и никто не станет есть не только вместе с лахамульцем, но не будет есть даже мяса от зарезанной им скотины.

Сами сванеты занимаются торговлей очень мало: накупив ситца, бумажных материй и прочих изделий, сванет несет их на себе на северную сторону гор, в Карачай, Уруспий, Чегем и Хулам, где продает или выменивает на войлоки, бурки и черкески. Все это тащит обратно в Лечгум на продажу и на вырученные деньги покупает себе в Мингрелии одежду, соль, железо, медь, перец, серебряную монету, табак и проч.

Собственные местные произведения сванета отличаются грубостью и неизяществом рисунка. Приготовляемые ими, например, корзины из березовой коры имеют самые грубые формы.

Сванет крайне ленив, оттого и беден.

Во многих обществах земля производительна, и, при небольшом трудолюбии и малых потребностях туземца, он мог бы иметь все, в чем нуждается, но сванет предпочитает праздность труду и, работая только в течение весны и короткого лета, обращает зиму в непрерывный праздник. Кроме того, жители, под страхом штрафа, не работают в течение трех дней недели: пятницу, субботу и воскресенье и точно так же не работают во все церковные праздники.

Сванетия разделяется, как мы сказали, на Дадиановскую, Княжескую и Вольную.

Все почти население Дадиановской Сванетии расположено по течению верхнего Цхенисцхали и сосредоточено в трех деревнях: Лентехи, Чолури и Лашкети. К ним присоединяется еще небольшая деревушка Холета, имеющая около 20 домов, расположенных на левом берегу река Хеледулы, верстах в пяти от Лентехи.

Слово деревня в Сванетии имеет совершенно другое значение, чем у нас; оно почти всегда обозначает совокупность нескольких деревушек, от пяти до двадцати домов вместе, разбросанных на пространстве нескольких верст. Так что слово деревня гораздо правильнее заменить названием общества.

Лентехи составляли прежде собственность самого дадиана; Чолури – Горобхазовых, а Лашкети – князей Гелуани. Оба последние находились под властью владетеля Мингрелии. Дадиановская Сванетия разделилась на две части, причисленные к двум лечгумским округам, и управлялась начальниками, поставленными владетелем Мингрелии.

Дадишкелиановская, или так называемая Княжеская, Сванетия ограничена: с севера и северо-востока землями карачаевцев и цебельдинцев, к юго-западу Абхазией, Самурзаканью и Мингрелией; к юго-востоку Мингрелией и Дадиановской Сванетией. Кроме пяти деревень, с населением не более 40 домов, расположенных в долине Цхмари, все остальное народонаселение Княжеской Сванетии поселилось на правом берегу реки Ингур, у подошвы Кавказского хребта, по склону узких террас, разделенных друг от друга глубокими оврагами, спускающимися к Ингуру. Эта часть Сванетии в пятидесятых годах принадлежала двум князьям Дадишкелиани, Константину и Николаю, и состоит из пяти обществ: Чубухеви (6 деревень с 625 душами обоего пола), Пари (8 деревень с 648 душами обоего пола), Ецери (13 деревень с 83 дворами), Цхомари (6 деревень с 38 дворами) и Бечо (9 деревень с 56 дворами). Каждое общество, как видно, состоит из нескольких деревень и отделяется одно от другого естественными границами, то есть перевалом или оврагом.

Восточнее Княжеской Сванетии находится Вольная Сванетия, состоящая из 11 обществ, расположенных по течению реки Ингур, отчасти по реке Мульхре и их притокам. Начиная с восточной стороны до самой Княжеской Сванетии общества эти расположены в следующем порядке: общество Ушкуль, состоящее из четырех деревень с 67 дворами и с населением, слишком перемешанным с имеретинами; Адышское — из одной деревни с 14 дворами; Кальское – из шести деревень с 50 дворами; Ипарское — три деревни с 63 дворами; Црюмское — из шести деревень с 28 дворами; Эльское — из трех деревень с 11 дворами. Севернее этих обществ, в долине реки Мульхры, находится четыре общества: Мужальское, состоящее из трех деревень с 27 дворами, и Мухахское — из семи деревень с 82 дворами; Местийское — из четырех деревень с 69 дворами и Ленжерское — из пяти деревень с 50 дворами. При слиянии реки Мульхры с Ингуром расположено Латальское общество, состоящее из 11 деревень с 78 дворами.

Самим сванетам деление это неизвестно. Они знают деление на общества и называют Княжескую Сванетию Чубухеви, а Вольную Джабехеви, то есть верхняя и нижняя долина.

Сказать что-нибудь определенное о прошлой судьбе сванетов и их происхождении чрезвычайно затруднительно, по недостатку научных исследований. По свидетельству грузинских летописцев, Сванетия входила некогда в состав Грузинского царства, а с распадением его находилась под властью царей имеретинских. При грузинских царях Сванетия управлялась эриставами, из которых последним, сколько известно, был Гелуани, назначенный Багратом Великим.

Верхние сванеты, жившие в долине Ингура, первые ушли из-под власти имеретинского царя и стали независимыми, а когда Мингрелия объявила себя также независимою от Имеретин, то Нижняя Сванетия, вместе с Лечгумом, перешла под власть дади-анов.

При царях грузинских в Сванетии существовали князья и дворяне, владевшие крестьянами, но с приобретением жителями Верхней Сванетии самостоятельности зависимые сословия отказались от повиновения своим владельцам. Этот отказ породил междоусобную войну. Большая часть деревень, расположенных по реке Мульхре, вырезавшая своих князей и дворян, стала жить независимо и послужила основанием к образованию так называемой Вольной Сванетии. Жившие же к западу от них деревни и расположенные по реке Ингур остались под властью князей Гелуани, которые, как рассказывают, были выгнаны князьями Дадишкелиани. Последние считают себя выходцами из Дагестана; другие же говорят, что князья Дадишкелиани переселились в Сванетию из Гурии. Самое же верное предположение о происхождении Дадишкелиани принадлежит, по нашему мнению, П.К. Услару, который предполагает, что фамилия эта произошла от прибавления весьма употребительного в картвельских наречиях слова дадаш к родовому имени Гелуани.

Среди междоусобной брани, тянувшейся почти беспрерывно, влияние князей Дадишкелиани не могло значительно распространяться на жителей Вольной Сванетии. Только по временам, когда вражда стихала и оставался господствующим один из Дадишкелиани, тогда вольные сванеты были покоряемы. В Сванетии и до сих пор помнят одного Отара Дадишкелиани, овладевшего всеми деревнями по долине Ингура.

После Отара некоторые из его потомков также успевали временно подчинить своей зависимости некоторые из обществ Вольной Сванетии. Так, Леван хитростью покорил Латальское общество, заковав в железо позванных к нему в гости 86 человек латальцев, по одному с каждого двора.