Чтение онлайн

Все возраставшие военные заказы на самолеты требовали дополнительного оборудования и рабочей силы. В конце 1916 г. Особое совещание по обороне государства разрешило начальнику Управления военно-воздушного флота приобрести в России для нужд авиации и воздухоплавания необходимое оборудование, материалы и приборы на сумму 500 тыс руб. [6] На станки, машины и приборы разрешалось израсходовать 150 тыс. руб., на инструмент и материалы — 350 тыс. руб. Кроме того, для покрытия мелких расходов в распоряжение начальника УВВФ было предоставлено 18 600 руб. Ассигнованных средств было недостаточно. Многого на эти деньги сделать не представлялось возможным, по все же удалось впервые оказать реальную поддержку авиационным заводам. К концу 1916 г. общая сумма заказов на самолеты составила 61 млн. руб. Это потребовало значительного расширения производства. По подсчетам военного ведомства, для развертывания строительства авиазаводов требовалось закупить за границей и внутри страны оборудования на сумму в 4–5 млн. руб.

Выполнение размещенных за рубежом заказов на станки и иное авиационное оборудование сопровождалось волокитой, тратой времени и сил. Предложение Управления военно-воздушного флота в связи с этим командировать за границу представителей заводов, которые на месте закупили бы необходимое оборудование, было отвергнуто, хотя за границей были размещены заказы на довольно большую сумму. Кроме того, поступавшее для авиазаводов импортное оборудование часто реквизировалось для других казенных военных заводов.

Из мероприятий военного ведомства, принесших пользу авиационным заводам, надо отметить предоставление права пользования «литером Н» для перевозки материалов и полуфабрикатов. Это позволяло ускорить транспортировку грузов, которая являлась одним из самых узких мест военной промышленности. Постановлением Особого совещания по обороне авиационным предприятиям предоставлялось преимущественное право на получение дефицитного металла. Управлению военно-воздушного флота удалось также добиться передачи авиационным заводам некоторого количества грузовых автомобилей. Это немного облегчило транспортные трудности, сильно тормозившие работу. Немаловажное значение имела организация целого ряда подсобных производств цельнотянутых стальных труб для лонжеронов (Колпинский завод). Выпуск тросов наладил Черноморский завод в Одессе. Облегчило работу самолетостроительных предприятий производство струнной проволоки, планомерная заготовка дерева.

Нельзя не отметить, что по признанию начальника Управления военно-воздушного флота в Германии, работавшей на весь мир, все это имелось в избытке, и естественно, что при таких условиях ее аппараты оказывались всегда и более быстроходными, и более грузоподъемными, и более способными к бою в воздухе, чем успевшие устареть заграничные и русские аппараты нашего снабжения. Вот почему работа, проводившаяся в этом направлении, имела такое большое государственное значение, особенно для производства авиадвигателей.

Сосредоточение в руках военного ведомства всех заказов на готовые изделия, необходимые для самолетов и двигателей (измерительные приборы, магнето, шариковые подшипники, гибкие валы, радиаторы и пр.), а также на все виды специальных материалов и полуфабрикатов (хромоникелевая сталь, тросы, трубки, струнная проволока) сделало возможным унифицировать и стандартизировать эти изделия. Хотя не всегда полностью удавалось этого добиться, но, несомненно, это благотворно сказалось на увеличении выпуска самолетов и двигателей.

В середине 1916 г. руководители военного ведомства пришли к выводу о необходимости создания полной цепи отдельных производств, обслуживающих авиацию. В централизации, являющейся единственным возможным способом прочного насаждения промышленности, они видели залог успеха. В соответствии с этим Управление военно-воздушного флота потребовало от правительства предоставления в его распоряжение крупных денежных субсидий с правом помощи заводам оборудованием, техническим персоналом, рабочими, средствами транспорта и необходимыми материалами. Однако добиться таких широких полномочий от правительства не удалось.

Национализация заводов этой важнейшей отрасли военной промышленности не была произведена, ограничились только установлением военного контроля над ними. В конце 1916 г. военное ведомство разработало проект организации «казенного аэропланного завода», который был внесен на утверждение правительства вместе с финансовым планом. Но ни один казенный авиазавод так и не был построен. Частная собственность в авиационной промышленности приводила и к тому, что зачастую одни и те же самолеты строились по разным чертежам. Так, запасные части для машин, выпускавшиеся заводом Щетинина, не подходили к аналогичным машинам, выпускавшимся заводом «Дукс». Все это осложняло эксплуатацию материальной части и приводило к преждевременному выходу ее из строя.

Русско-Балтийский завод. Крупнейшим в России предприятием, строившим не только железнодорожные вагоны, но и автомобили, являлся Русско-Балтийский вагонный завод, находившийся в г. Риге. Еще задолго до войны его правление решило поставить у себя опытное производство самолетов, учитывая возможность получения крупных заказов на этот новый вид техники.

Русско-Балтийский довод, сборочный цех для истребителей сопровождения

В 1909 г. директор завода пригласил к себе на службу киевского конструктора профессора А. С. Кудашева. Но его опытные работы не удовлетворили правление завода.

На московской выставке воздухоплавания И. И. Сикорскому за его самолет была присуждена золотая медаль. Правлением Русско-Балтийского завода И. И. Сикорский был приглашен в качестве главного конструктора вновь организованного авиационного отделения завода на Строгановской набережной в Петербурге. Главному конструктору в работе помогал инженер-механик Н. Ф. Климиксеев, механик-моторист В. С. Панасюк. Производством заведовал В. Ф. Савельев, а затем Н. Н. Поликарпов. Чертежная часть была вручена А. А. Серебренникову. Мастер Фурсов вел столярное дело. Испытывали самолет опытные пилоты Г В. Алехнович и Г В. Янковский.

Авиационное отделение завода имело деревообделочный цех, столярную, сборочную, корпусно-сборочную, слесарную, автогенно-сварочную, обойную и малярную мастерские. На Корпусном аэродроме в Петрограде были построены собственные ангары. Основные цехи Русско-Балтийского завода в Риге — механический, инструментальный, литейный — также выполняли заказы авиационного отделения. Авиационное отделение располагало специальной опытной мастерской, строившей новые образцы самолетов. Здесь И. И. Сикорский вскоре начал постройку большого опытного самолета «Русский витязь». Его создавали явочным порядком, без изготовления макета. Конструктор давал только принципиальную схему с указанием основных габаритных размеров, размеров сечений важнейших конструктивных элементов машины (фюзеляжа, крыла, лонжеронов и т. п.). Все остальные вопросы решались в цехе в процессе постройки машины непосредственно главным конструктором или цеховыми работниками.

Для создания опытного образца рабочих чертежей не делали, рабочие чертежи для серийного производства снимались с натуры пятью-шестью чертежниками. Правда, чертежи уже в то время делались на плазах (фанерных листах), обычно в натуральную величину, что было позаимствовано из практики судостроения. Изготовлялись также альбомы рабочих чертежей.

13 мая 1913 г. «Русский витязь» был опробован в полете. Это был первый в мировой истории четырехмоторный самолет.

Вскоре силами того же коллектива был построен еще более совершенный многомоторный самолет, названный «Илья Муромец». Он принадлежал к типу биплана. Верхнее и нижнее крылья, их коробки имели прямоугольную форму. Размах верхнего крыла составлял 34,5 м, площадь несущих поверхностей 182 м2, расстояние между верхним и нижним крылом 2,5 м (в различных модификациях самолета эти параметры несколько изменялись). Для удержания консолей верхнего крыла применялся подкос, так как нижнее крыло было короче верхнего. Крылья соединялись стойками и расчалками обычного типа. Все расчалки имели обтекаемую форму — снабжались деревянными обтекателями. Тендеры для натяжения были заменены велосипедными спицами с панелями, с помощью которых регулировалось натяжение растяжек. Каркас крыла имел продольный и поперечный наборы. Продольный набор состоял из двух сосновых лонжеронов коробчатого типа, обшитых с боков фанерой. Стрингеры отсутствовали. Поперечный набор был выполнен в виде нервюр рамной конструкции. По середине рама нервюры имела перемычку. Нервюры состояли из носка, средней и хвостовой частей. В поперечном направлении вместо стрингеров они накрест связывались между собой тесьмой.