Чтение онлайн

Для Египта внешним толчком к социальному и культурному обновлению (ан-нахда), которым ознаменовалось начало XIX века в странах Ближнего и Среднего Востока, явилась экспедиция Наполеона (1798—1801), в ходе которой египтяне реально почувствовали угрозу европейской колонизации. Дальнейшие перемены связываются с эпохой правления Мухаммада Али (1805—1849). Добившись фактической независимости Египта от Османской империи, Мухаммад Али предпринял ряд экономических, военных и административных реформ, способствовавших подъему хозяйства и подготовивших почву для будущего развития капиталистических отношений в стране. Преобразования затронули и культурную жизнь — появляются первые светские школы, организованные по европейскому образцу, с учителями-иностранцами; практикуется посылка молодых людей во Францию для обучения различным специальностям. Развертывается переводческая деятельность, охватившая вскоре не только учебную и научно-техническую, но и художественную литературу. В 1821 г. в Булаке была учреждена первая в Египте типография. С 1828 г. начинает выходить первая правительственная газета «Египетские новости» («Ал-вакаи ал-мысрийя). В 1835 г. была основана Школа переводчиков (впоследствии — Школа языков), учителями и учениками которой было переведено около 200 книг.

Для передовых умов Египта характерно, наряду со стремлением к возрождению старой арабской культуры, серьезное восприятие нового и его переработка в свете современных задач. Двойственную роль играло в этом процессе медресе аль-Азхар. Известный как оплот консерватизма, аль-Азхар являлся в то же время хранителем научных и литературных традиций классической поры, соками которых питалось арабское возрождение. С аль-Азхаром связаны имена большинства ранних египетских просветителей. Среди них филолог и поэт шейх Хасан Аттар (1766—1838), бывший ректором аль-Азхара и первым редактором газеты «Египетские новости», известный лексиколог Ибрахим ад-Дасуки (1811—1883), преподаватель арабского языка в инженерной школе, учитель многих европейских востоковедов, Рифа’а ат-Тахтави и др. Связи арабского Востока с Европой и процесс восприятия европейской культуры нашли наиболее яркое отражение в исторических хрониках и в произведениях жанра рихля, описывающих путешествия в европейские страны. Потребность записывать наблюдения о новом возникала, естественно, прежде всего, у передовых людей эпохи, поэтому важность этих произведений для современников определялась не только обилием новой информации, но и новизной идей. Из исторических сводов особенно выделяется самый ранний — «Диковинки прошлого» аль-Джабарти (1754—1825), очевидца наполеоновского вторжения.

Среди писавших в жанре рихля прежде всего надо назвать Рифа’а Рафи’ат-Тахтави (1801—1873), шейха первой группы студентов, посланных Мухаммадом Али во Францию и впоследствии — директора и организатора Школы языков, одного из первых египетских переводчиков французской художественной литературы. Ему принадлежит перевод «Телемака» Фенелона (Бейрут, 1867), а также интересные записки о Париже — «Извлечение чистого золота в описании Парижа» (Булак, 1834). В этом сочинении ат-Тахтави описывает не только быт и нравы французской столицы, но и ее культурные учреждения (особенно театры), рассказывает об июльской революции 1830 г., свидетелем которой он был, рассуждает о конституционном правлении, о свободе, равенстве, справедливости, опираясь при этом на Монтескье, Руссо и других французских просветителей XVIII в., с сочинениями которых он познакомился во Франции. Ат-Тахтави в своих записках приводит многочисленные цитаты из Корана и хадисов, стремясь доказать, что ни новые идеи, ни европейские формы общественной жизни исламу не противоречат, а наоборот — его учением предусмотрены. Большой интерес представляет до сих пор не изданное описание России — «Подарок для проницательных касательно сведений о России» (ок. 1850 г.) Мухаммада Айяда ат-Тантави (1810—1861), азхарского шейха, приглашенного для преподавания арабского языка в Петербург. Сочинение это, помимо описания самого путешествия, содержит краткую историю России и очерк «Обычаи русских», где, кроме чисто бытовых моментов, немалое внимание уделяется и русской культуре, о которой говорится с симпатией и интересом.

Новым для XIX в. прозаическим жанром стала публицистическая статья — макала, широко используемая просветителями как для освещения различных политических, социальных, религиозных, философских проблем, так и для популяризации научных знаний. У этого жанра, который опирался в своем развитии на европейскую публицистику, были и свои национальные корни: с одной стороны, ораторская речь, издавна популярное у арабов искусство, постоянно вынужденное приспосабливать свои традиции к требованиям современности, с другой, — рисала, послание или трактат, которые в зависимости от их назначения могли пользоваться и украшенной, и строго научной прозой.

Пресса, публицистика, переводы научной и художественной литературы стимулировали обновление арабского литературного языка, нормы которого строго оберегались традиционалистами. В процесс обновления языка и литературного стиля внесли свой вклад также исторические сочинения и описания путешествий, связанные по своему содержанию с самыми новыми веяниями, изображающие непривычные явления. Поскольку эти жанры не требовали обязательно украшенного стиля, их словесную форму легче было привести в соответствие с содержанием.

Традиционные жанры поэзии и художественной прозы, в течение долгих веков подчинявшиеся строгим канонам, обновляются медленнее. Диваны поэтов первой половины XIX века включают в себя обычно пышные панегирики в псевдобедуинском духе, замысловатые хронограммы, запечатлевающие даты местных событий, куртуазные любовные стихи, остроумные шутки, основанные на игре слов. Послания и макамы в изысканной рифмованной прозе повторяют известные назидательные сюжеты. Стремление к возрождению старинного наследия сказывается как в изучении, комментировании и издании диванов древних и средневековых классиков, так и в попытках некоторых поэтов (например, аль-Аттар) подражать им в строгости и сдержанности стиля. Для литераторов этой эпохи характерен универсализм, обращение к разнообразным художественным и научным жанрам. Так, Хасан аль-Аттар помимо дивана стихов оставил после себя сборник посланий, труды по грамматике, риторике, логике, медицине, астрономии. Его ученик Хасан аль-Кувайдир (1789—1846) был поэтом, филологом, мастером эпистолярного жанра. Али ад-Дервиш (1797—1853), придворный поэт хедива Аббаса I, — автор множества стихов и песен, макам, назидательных сочинений.

*Глава третья*

СИРИЙСКАЯ [2]ЛИТЕРАТУРА

Сирия, благодаря большой численности христианского населения (в некоторых областях оно составляло более 50% всего населения), имела старинные связи с Италией и Францией. Типографское дело здесь возникло веком раньше, чем в Египте. В XIX веке с ростом интересов Запада к странам Средиземноморья, активизируется деятельность христианских миссионеров, особенно иезуитских (из Франции) и протестантских (из США). Миссионерские школы, являясь духовным орудием капиталистической экспансии, объективно сыграли тем не менее и полезную роль в распространении современного образования и просветительских идей. Миссионеры выпустили много учебной литературы и способствовали переводческой деятельности. Основной контингент сирийской интеллигенции XIX в. состоял из выпускников миссионерских школ или школ национальных, устроенных по европейскому образцу.

В 1847 г. было создано просветительское «Общество для усвоения наук и искусств», ставившее целью «изучение наук и искусств путем дискуссий, переписки, устных выступлений и сообщений», «ликвидацию духа разобщения и фанатизма словом и пером», «пробуждение всеобщего стремления к приобретению знаний и пользы». Общество проводило заседания с публичными докладами, устраивало популярные лекции, издавало «Труды», включавшие материалы по различным областям знания, оказывало поддержку новым культурным начинаниям, собрало большую библиотеку. Выступая за активное усвоение достижений науки и культуры Запада, деятели Общества вместе с тем с великим почтением и вниманием относились к классическому наследию, занимались изданием памятников.

К активным членам Общества принадлежали: Насыф аль-Языджи (1800—1871), секретарь ливанского эмира Башира II Шихаба, филолог-пурист, считавшийся даже в мусульманской среде лучшим знатоком арабского языка, составивший ряд руководств по грамматике и стилистике, которые признавались в его время наиболее авторитетными; Бутрус аль-Бустани (1818—1883), основатель первой сирийской Национальной школы (1863), созданной не на конфессиональной, а на национальной основе, автор большого арабского словаря «Океан вокруг океана» («Мухит аль-Мухит», 1866—1869), отражавшего изменения в языке, организатор и редактор первой арабской энциклопедии — «Круг знаний» («Даират аль-маариф»), построенной по европейским образцам (выходила с 1876 г.).

Научные знания, современные достижения европейской цивилизации, просветительские идеи популяризировались и в прессе, причем в редактировании газет и журналов активное участие принимали члены того же Общества. Помимо официальных изданий, выпускаемых правительством в Дамаске, Халебе (Алеппо) и Бейруте, с 1850-х годов выходят газеты «Хадикат аль-ахбар» («Сад известий»), «Аль-Джанна» («Сад») и др. Некоторые газеты издаются в эмиграции — в Париже, в Стамбуле и в Лондоне. Помимо чисто информационного материала, в сирийской просветительской прессе печаталось много научно-популярных статей на разнообразные темы, а также повести и рассказы, сюжеты которых на первых порах чаще всего были заимствованы из европейских источников и нередко арабизированы до неузнаваемости.

Процесс обновления литературного языка шел параллельно аналогичному процессу в Египте, но если там он касался в первую очередь лексики естественно-научной и технической, то здесь в большей степени затрагивал те языковые пласты, которые были связаны с общественной жизнью, гуманитарными науками, философией.

Как и в Египте, обновляется содержание произведений жанра рихля. Среди них особенно выделяется полное бытовых и житейских подробностей описание путешествия в Париж «Шаг за шагом вслед за Фаръяком» («Сак ала сак фима хува Фаръяк», Париж, 1855) ливанца Ахмеда Фариса аш-Шидъяка (1804—1887), которого А. Е. Крымский назвал «бароном Брамбеусом новоарабской литературы». Поэт, публицист, филолог, много сделавший и для возрождения классического наследия, и для становления новой литературы, Шидъяк, сменив христианство на ислам, стал ярым защитником турецкого владычества. Этим объясняются его критические высказывания и насмешки над некоторыми сторонами европейской жизни, обычаями, даже над ошибками французских профессоров в арабском языке. Сам же он демонстрирует читателям прекрасное владение украшенным классическим стилем с использованием рифмы, стихотворных цитат, словесных и звуковых повторов и т. п. Интересно отметить, что «Шаг за шагом» не просто запись путевых впечатлений автора, а уже попытка создания романа-путешествия с вымышленным героем, яркими, сатирическими сценками, в которых достается не только французам, но и арабским любителям консервативных порядков.