Чтение онлайн

Однако творчество Флобера не может быть сведено ни к одной из этих тенденций. Ибо помимо страсти к документу или поклонения форме реалистическое творчество Флобера питается прежде всего яростной ненавистью к миру буржуа и верой в высочайшую миссию искусства, которая помогла ему создать беспощадно правдивый образ своей эпохи.

В развитии французского реализма творчество Флобера является столь же важной вехой, как и творчество Бальзака и Стендаля. И новаторские художественные открытия Флобера, и те утраты, которыми отмечено его творчество по сравнению с произведениями великих предшественников, чрезвычайно характерны для нового этапа в развитии западноевропейского реализма, наступившего во второй половине XIX в.

3. Братья Гонкур

З. М. Потапова

Сложным переплетением реалистических и натуралистических начал пронизаны литературное наследие и эстетическая теория писателей Жюля и Эдмона Гонкур, чье совместное творчество представляет собой важный этап в развитии французского романа 60–70-х годов XIX в.

Гонкуры, как и Флобер, провозглашали принцип тщательного изучения жизни, правдивого и точного воспроизведения современной действительности в романе. Они смело вводили в сферу художественного изображения жизнь и духовный мир общественных «низов», стремились раскрыть социальное через психологическое. В лучших произведениях братьев Гонкур содержатся элементы антибуржуазного разоблачения. Однако аристократическая аполитичность Гонкуров, социальный пессимизм ограничивают изображение общественных конфликтов современности в романах. Художественной манере Гонкуров свойственно стремление эстетизировать действительность средствами искусства. Интерес к патологии, оттеснение социального физиологическим — эти моменты, присущие натурализму, в большей или меньшей степени характеризуют все романы Гонкуров, особенно последние произведения, написанные Жюлем и Эдмоном совместно, и в еще большей степени — романы Эдмона Гонкура 80-х годов.

Де Гонкуры — Эдмон (1822–1896) и Жюль (1830–1870) происходили из среды провинциального дворянства. Государственный переворот Луи Бонапарта вызывает у начинающих литераторов отвращение к политике. «Ясно, что не стоит умирать ни за какое дело, нужно уживаться с любым правительством, не верить ни во что, кроме искусства, поклоняться только литературе», — записывают они в своем «Дневнике». Эта позиция отразилась в первом романе братьев Гонкур, называвшемся «В 18… году» и вышедшем в свет как раз в день государственного переворота — 2 декабря 1851 г. Молодой герой романа Шарль иронически относится к любой общественной практике, не видит смысла и возможности служить человечеству.

В последующее десятилетие писатели всецело отдаются изучению истории и искусства XVIII в., публикуют ряд обширных исследований, тесно связанных с их последующими романами по идейно — эстетическим позициям. Они называют себя создателями «социальной истории», понимаемой как история повседневной жизни, быта и нравов общества изучаемой эпохи. «Нам понадобилось открыть новые источники истинного, почерпнуть факты из брошюр, автографов, рисунков… из всех тех интимных документов, которые оставляет после себя эпоха», — пишут они.

Такой подход братьев Гонкур к исторической теме, безусловно, расширял картину исторического прошлого, освобождал ее от избитой трактовки. Но одновременно в нем сказалось нежелание авторов идти от частного к общему. Под лозунгом «документа», столь характерным позже для натуралистической школы, Гонкуры пишут «социальную историю» революции (1789–1794 гг.), уклоняясь от изображения общественных сдвигов, определяющих жизнь и духовный склад миллионов людей.

В искусствоведческих работах, сохранивших исследовательскую ценность и посейчас, Гонкуры подчеркивают в творчестве художников XVIII в. верность изображения жизни, точность и правдивость, с которой они обрисовали «портрет своего времени». Но и здесь братья Гонкур возводят в ранг «социальной истории» жанровые сцены, картины быта, моральные аллегории. Эта противоречивая идейно — эстетическая концепция была перенесена Гонкурами и в роман, понимаемый ими как «история современных нравов». В письме к Флоберу в 1860 г. Жюль Гонкур писал: «…мы спешим выйти на свежий воздух, к жизни — к роману, который в итоге остается единственной подлинно правдивой историей».

Сюжет первого романа братьев Гонкур 60-х годов — «Шарль Демайи» (1860) — несколько схож с «Утраченными иллюзиями» Бальзака: Гонкуры описывают нравы мелкой парижской прессы, продажной, крикливой, живущей сплетнями и рекламой. Молодой одаренный литератор Шарль Демайи, который отличается от своих коллег серьезным отношением к искусству, подвергается травле в газете, рушится его семейная жизнь, и он кончает свои дни в сумасшедшем доме. Однако история Шарля не стала историей Люсьена Рюбампре Второй империи, так как писатели постепенно сосредоточивают главное внимание на психической деградации своего героя. Две линии романа Гонкуров — разоблачение торгашеского духа, беспринципности журналистики и душевная болезнь Шарля — не слиты воедино. Здесь намечены основные черты того героя, который проходит через многие произведения Гонкуров, — это нервный, слабохарактерный человек, претерпевающий полный духовный крах и не имеющий ни энергии, ни воли к сопротивлению.

Влияние Флобера благотворно сказалось на двух последующих романах братьев Гонкур: «Сестра Филомена» (1861) и «Рене Мопрен» (1864).

«Сестра Филомена» — история молодой монахини, больничной сестры милосердия. Рассказ о воспитании Филомены в монастырском пансионе и о причинах ее пострижения — тонкий психологический этюд, в котором явно ощущается влияние тех страниц «Госпожи Бовари», где Флобер рассказывает о детстве Эммы.

Гонкуры смело расширили кругозор романа своего времени, введя изображение больницы, быта студентов — медиков, перенеся в свое произведение профессиональный жаргон врачей и сестер.

В романе «Рене Мопрен» писателям удалось создать социальные типы, характерные для Второй империи. Анри Мопрен — законченный тип молодого буржуа — карьериста, духовный наследник Растиньяка и достойный предшественник Жоржа Дюруа из «Милого друга». В образе богача Буржо авторы с большой реалистической силой разоблачили трусость и предательство французской либеральной буржуазии после 1848 г.

Вместе с тем растянутое, натуралистически детализированное описание медленного угасания юной героини романа внутренне чуждо основной направленности книги.

В 1865 г. вышел лучший роман Гонкуров «Жермини Ласерте», который вызвал острую дискуссию в критике. Авторы предпослали первому изданию своей книги предисловие, которое прозвучало как программа романа о народе: «Неужели… народ должен оставаться под литературным запретом и в пренебрежении у писателей, до сих пор сохранявших молчание о его душе и сердце? Неужели существуют еще для писателя и читателя в нашу эпоху равенства классы, недостойные их внимания, слишком низменные бедствия, слишком обыденные драмы, катастрофы, ужас которых слишком неблагороден?»

Центральный персонаж книги — бедная служанка Жермини, которая влюбляется в сына лавочника, Жюпильона, всячески эксплуатирующего ее и заставляющего войти в неоплатные долги. Отныне вся жизнь ее становится сплошной ложью, она живет в вечном страхе, что хозяйка обнаружит ее двойную жизнь, с отчаяния начинает пить, опускается все ниже. Мастерское описание борьбы, происходящей в душе Жермини, ее метаний, угрызений совести, различных этапов ее морального падения, глубокое проникновение во внутреннюю жизнь героини составляют реалистическую основу романа.

Но вместе с тем в «Жермини Ласерте» сказывается чрезмерное увлечение авторов позитивистскими теориями влияния среды на темперамент человека. «Эта работа представляет собой клиническое исследование любви» — фраза из предисловия Гонкуров, ставшая впоследствии девизом молодого Золя.

Физиологическая сторона слишком часто заслоняет в романе тот психологический рисунок, который должен, согласно декларации авторов в предисловии, доказать «право народа на изображение в литературе»; история бедной служанки, нашедшей свою гибель в большом городе, постепенно превращается в историю болезни, утрачивая смысл социального обобщения.