Чтение онлайн

На всём этом я не настаиваю и не пытаюсь опровергать Вашу точку зрения; не думайте, что яйца курицу учат! Просто иное мне видится в тех же строках, страницах... (стр. 20).

«Царевна Ариадна... полюбила чудо-богатыря...» Мне кажется, что ничего решительно нет в Тезее (цветаевском) от «чудо-богатыря» — так он прост, аттически сух и сдержан, лишён чудобогатырского размаха и объёма; внешне — да и внутренне — он скорее схож с Георги-ем-Победоносцем византийского письма, чем с Ильей Муромцем и компанией! (стр. 21).

«...Она предоставила ему редкую возможность создать собственный авторитет...» чей? (стр. 22).

«Отроки... славят... богиню, такую же девственницу, как они»16– они-то девственники! (стр. 21).

Слова: «не чту театра...» (и далее стр. 26) в предварении к книжечке «Конец Казановы» датированы 1921 г. На самом же деле они являются развитием подобной же мысли, записанной в дневнике 1919г., т. е. в самый разгар работы МЦ над пьесами романтического цикла, в самый разгар её кратковременного, но несомненного увлечения театром. В дневниковой своей записи она говорит о превосходстве поэзии над театральным искусством, ибо поэт — создатель первичных ценностей, актер же, как бы гениален он ни был, всего лишь интерпретатор текста, поэт и на необитаемом острове создаёт бессмертные творения: как себя выразит на необитаемом острове актер, — нуждающийся в тексте, и в публике, и в ряде аксессуаров, без коих он — ничто?

Всё это, думается, далеко от Вашего толкования слов «не чту театра» — как слов «разочарования», признания собственной «неудачи, незадачливости в театре, внутри театра». Наоборот, это — утверждение примата СЛОВА над «наукой» Фомы неверного, ДУХА над материей (хотя бы над холщовой материей театральных декораций) и собственного превосходства — как поэта. В театре Цв<етаева> признавала его первооснову — слово, текст; и этой первоосновы ради и писала пьесы.

Кстати, она — «ничем не защищённая единица» - отлично, как Вы сами помните и пишете в нач<але> статьи, ладила с «коллективом весельчаков и полуношников», интересовалась и увлекалась их работой, несмотря на то, что всё для неё, кроме слова, было в этой работе вторичным.

Слова: «Я, наивная по всем законам моего наивного искусства» — мне неясны, боюсь, что они, тем более под конец статьи, «под занавес» Ваш и цветаевский, как итог Ваших размышлений, как вывод, будут неясны и остальным читателям; что значит «я — наивная» ?Что значит «моё наивное искусство» ? Сама ли поэзия - наивное искусство? или «наивна» поэзия только самой наивной Цветаевой? Или её драматургия? Где и в чём в них «наив»?

Обрываю письмо с разбега, т. к. тороплюсь отправить с «оказией» (почтой из Тарусы до Пахры — безумно долго, пусть идёт из Москвы); и так я наопоздалася уже.

Спасибо Вам за память о маме, дорогой Павлик; Бог даст, книга пьес выйдет без опозданий и благополучно - без купюр!
– и это будет большая радость — в которую, чтобы она была, все мы вложили столько сил! Пока же обнимаю Вас сердечно, главное - будьте здоровы.

Ваша Аля

Напишите мне! Мой адрес — Таруса, Калужской обл.; 1-я Дачная, 15.

' П.Г. Антокольский прислал А.С. рукопись своего предисловия к сборнику пьес М. Цветаевой. Отсылки А.С. даны к страницам этой рукописи.

2 См. примеч. 3 к письму П.Г. Антокольскому от 14.XI.1962 г.

3Эдмон Ростан (1868-1918) - французский поэт и драматург, автор пьесы «Орленок» о трагической судьбе сына Наполеона I - Жозефа Франсуа Шарля Бонапарта, проведшего свою жизнь вдали от Франции и умершего юношей в резиденции Габсбургов - замке Шенбрунн; Сара Бернар (1844-1923) - исполнительница заглавной роли в пьесе «Орленок».

4 Пьеса Ростана о трубадуре Джофре Рюделе, полюбившем и воспевшем никогда им не виденную принцессу Триполийскую Мелисанду, пересекшем море, чтобы ее увидеть и умереть у ее ног.

5Адольф Тьер (1797-1877) - французский государственный деятель, историк, автор труда о Наполеоне I «История консульства и империи».

6 В 1919 г. М. Цветаева перевела для Третьей студии МХТ пьесу французского писателя Альфреда де Мюссе «Любовью не шутят».

7Альфред де Виньи (1795-1863) - французский писатель. В письме к Б.Л. Пастернаку от 25.IX.1950 г. А.С. вспоминает, что ее мать «очень любила» роман А. де Виньи «Стелло, или Голубые бесы» о судьбах трех поэтов разных эпох.

8 Ср. в стихотворениях 1916 г., обращенных к О.Э. Мандельштаму: «Ты запрокидываешь голову - /Затем, что ты гордец и враль.,.» (I, 253) и «Что Вам, молодой Державин, / Мой невоспитанный стих!» («Никто ничего не отнял...») (I, 252).

9 Речь идет о книге под названием «Конец Казаковы. Драматический этюд», выпущенной в 1922 г. без разрешения автора московским издательством «Созвездие».

10 Для Константина Андреевича Сомова (1869-1939), художника, члена объединения «Мир искусства», было характерно увлечение XVIII веком.

11 См. примеч. 12 к письму П.Г. Антокольскому от 21 .VI. 1966 г.

12 В окончательном тексте предисловия П.Г. Антокольский пишет: «Лозен в ее (М, Цветаевой.
– Р.В.) изображении отнюдь не “великосветский мотылек”».

13 Вероятно, имеется в виду Фридрих II (1712-1786) - прусский король.

14 В своих «Исторических и военных записках и очерках» фельдмаршал князь Шарль– Жозеф де Линь (1735-1814) посвятил Казанове несколько страниц. Просвещенный вельможа, нередко бывавший в замке Дуке, где Казанова в старости служил библиотекарем, оценил его интеллект и чувство собственного достоинства.

15 Генриетта - героиня пьесы М. Цветаевой «Приключение».

16 Хор юношей, славящих богиню Артемиду, открывает трагедию М. Цветаевой «Федра».

С.Н. Андрониковой-Галъперн

12 июня 1967

Саломея моя дорогая, от Вас давно ни слуху, ни духу, а хотелось бы слушок хоть бы на открытке — как Вы? что у Вас? Как рука, как глаза, как вообще «Вы себя носите» (vous portez — vous!). Вы мне так выразительно описали Лондон и Париж — как живые «организмы» — и я часто думаю о домиках с садиками, о великой традиционной мудрости, заключённой в такого рода жилищах! Вот — приехала сюда, в Тарусу, и домик-то мал, и кусочек земли — игрушечный, а не прошло и нескольких дней, как я уже - другой человек, уже detendue110, и почти уже — радостна. Господи! Как хорошо! — У нас с приятельницей в Тарусе — деревянный домишко, всё в нём просто и скромно до аскетизма - чтобы легче было приезжать, уезжать - не слишком обременяясь вещами, и чтобы то, что остаётся зимовать без нас не послужило бы приманкой для какого-нб. мелкотравчатого жулика! Наверху — чердачок — светёлка с балкончиком и с прелестным ви-