Чтение онлайн

Вскоре я получил новое интересное задание: проверить, почему медленно выполняются Указы Президента России по приватизации в топливно-энергетическом комплексе. Но это уже была другая история.

В конце мая 1994 года на объекте, где проводилось контрольное мероприятие, меня нашел секретарь начальника Контрольного управления и от его имени передал, что мне надо быть через два часа в Кремле, в кабинете Руководителя Администрации Президента России. Я терялся в догадках: неужели опять кого-то надо спасать от тюрьмы? В кабинете Филатов С. А. все объяснил:

– Через пять минут в кабинет войдет Куркова Б. А. Ее надо освобождать от должности Председателя ГТРК, вы должны ей объяснить, что это для нее лучший выход, на основании материалов проверки. Действительно, скоро секретарь доложил о приходе Курковой, и она вошла в кабинет. Филатов встал, я, разумеется, тоже, они сердечно обнялись, по-дружески поцеловались. Мы с Бэллой Алексеевной поздоровались, как старые знакомые, но без излишних любезностей. Неожиданно Филатов достал из ящика стола французские духи и подарил их Курковой. По какому поводу, я не понял, он что-то ей сказал, но очень тихо.

Как я предполагаю, была применена известная тактика «пряника и кнута». После этого мы сели за стол переговоров, и Филатов предложил обсудить итоги проверки ГТРК с учетом событий, которые произошли за эти два месяца. Слово предоставил мне. Я обо всех событиях не знал, но что деньги из США не вернулась на счет ГТРК, у меня информация была. Я начал с импровизации, сообщив, что Генеральная прокуратура внимательно изучила материалы проверки и приняла решение возбудить уголовное дело по нанесению материального ущерба ГТРК. Они выдержали паузу, думали, что денежные бюджетные средства удастся вернуть на счет компании, но, к сожалению, этого не произошло. Я считаю, что ситуация для Бэллы Алексеевны складывается очень неприятная. Надо дать возможность другим руководителям, не связанным с Сыроежиным ранее принятыми обязательствами, попытаться вернуть похищенные деньги через суд, с подключением опытных юристов. Филатов спросил Куркову, что будем делать. Она сказала: «Мне все понятно, дайте чистый лист бумаги». И сразу, без лишних разговоров, написала заявление об отставке по собственному желанию. После этого моя миссия была закончена, и меня отпустили.

Чтобы закончить эту тему, я приведу хронологию дальнейших событий, уже с новым Председателем ГТРК В. Правдюком:

21.07.94.

Письмо ГТРК в адрес прокурора Санкт-Петербурга Еременко В. И. с копиями в адрес и. о. Генерального прокурора РФ Илюшенко А. Н. и Директора Федеральной службы контрразведки Степашина С. В. с просьбой о возбуждении уголовного дела в отношении бывшего зам. Председателя ГТРК Сыроежина М. И.

15.10.94.

Обращение ГТРК к юридической фирме США «Mc. Dermott, Will & Emery» об оказании помощи в исполнении контракта.

25.10.94.

Письмо ГТРК в адрес и. о. Генерального прокурора РФ Илюшенко с повторной просьбой о привлечении к уголовной ответственности Сыроежина М. И. за присвоение государственных средств в особо крупном размере.

26.11.94.

Подписан договор между ГТ «Петербург – 5 канал» (Правдюк) и АО «ЛИСС» (Лисовский) о передаче в АО всех прав и обязанностей по контракту № 265 от 16.12.93, заключенному ГТРК и компанией «ТВ и радио Санкт-Петербург» (США). Общая сумма по поставке телевизионного оборудования указана в размере 1627753,46 долларов США. [4]

И только в начале 1995 года Генеральная прокуратура наконец-то возбуждает уголовное дело по финансовым проблемам ГТРК. Сложно догадаться, в чем причина медлительности Генеральной прокуратуры. Прошло больше полутора лет, как Контрольное управление переслало в прокуратуру все материалы. Одна из моих версий: влиятельные силы, которые на самом деле обеспечили выделение бюджетных денег ГТРК, надеялись, что Сыроежин одумается и будет выполнять данное ему задание. Но подключились спецслужбы США, и Сыроежин решил «сменить хозяев», а заодно и стать владельцем немалой суммы в валюте.

10.01.95.

Возбуждено Генеральной прокуратурой РФ уголовное дело № 117415 по нарушению финансово-хозяйственной деятельности в ГТРК «Петербург 5 – канал».

Прошло еще почти полтора года (фантастика!), и 15 апреля 1996 года в Контрольное управление из Управления по расследованию организованной преступной деятельности по Санкт-Петербургу МВД РФ за подписью следователя по ОВД МВД Портнова Ф. П. поступает письмо с вызовом Семиколенных А. Н. для проведения следственных действий по уголовному делу № 117415 по фактам нарушения финансово-хозяйственной деятельности в ГТРК (в дальнейшем была достигнута договоренность, что если есть вопросы к Семиколенных А. Н., то он ответит на них в Контрольном управлении). В это время специалисты моего отдела (я был назначен начальником отдела практически сразу после встречи с Филатовым и Курковой) направлялись в командировку в Санкт-Петербург, и я поручил одному сотруднику встретиться со следователем Портновым и вручить ему копию письма, которой Контрольное управление направляло Генеральному прокурору и составленную мною схему преступной деятельности Сыроежина (которую ранее уже передавал в ГУ МВД). После этого меня больше не беспокоили.

30.05.96.

Запрос в Контрольное управление следователя по ОВД МВД РФ Портнова Ф. П. с просьбой направить материалы проверки Контрольным управлением ГТРК.

31.05.96.

Направлены Контрольным управлением копии материалов проверки ГТРК.

Указано в письме, что материалы проверки ГТРК уже направлялись в Генеральную прокуратуру 30 марта 1994 года.

Результаты работы Генеральной прокуратуры и МВД по этому делу мне неизвестны. Знаю только, что деньги не вернулись, Сыроежина США по запросу России не выдали. А дальнейшая судьба Сыроежина была изложена в одной из газет.

06.07.98.

Статья в газете «Вечерня Москва» ««Обаяшка» из Питера».

«Город Олбани – столица штата Нью-Йорк. Вместе со студентами местного университета в нем проживают чуть более восьмидесяти тысяч жителей, из которых примерно 200 человек – иммигранты из бывшего СССР. Их этих двухсот не меньше ста пятидесяти существуют на социальные пособия и вряд ли могут осчастливить своим присутствием местные рестораны. В конце 1993 года (наверное, ошибка – 1994?) в Олбани нарисовался некий господин славянской наружности с прибамбасами преуспевающего «Иванушки» – сотовый телефон, пейджер, красный «Мустанг» и наличные деньги. Некоторое время молодой человек обустраивался на новой территории, а в начале 1995 года в торжественной обстановке на центральной авеню Олбани открывается фешенебельный ресторан «Тройка» с подачей блюд, продукты для которых якобы самолетом доставляются из России. Американский обыватель в такой ресторан зайдет всего один лишь раз, чтобы потом рассказать приятелям: «Был». Поэтому большую часть дня «Тройка» практически пустует.

Агент не рождается сам собой, даже при объективных «прекрасных задатках». Поэтому прежде чем отправить господина Сыроежина куда-нибудь на Уолл-стрит в финансовую группу, контролируемую выходцами из России, или в Майами, где банда русских прикупила пару пятизвездочных отелей, его командируют в «Тройку» «потренироваться на кошках».

Статья приведена в сокращенном варианте.

Все, занавес.

Пока я выполнял в Санкт-Петербурге практически личное поручение Руководителя Администрации Президента России, в Контрольное управление от Филатова С. А. поступило новое поручение: разобраться в проблемах приватизации топливно-энергетического комплекса и подготовить материалы для доклада Президенту России.

Этому поручению предшествовали следующие события. В 1993 году были выпущены Указы Президента России, которые определяли порядок приватизации предприятий топливно-энергетического комплекса (ТЭК). Необходимо отметить, что, по моему мнению, указы достаточно оптимально определяли порядок приватизации одной из самых дорогих и привлекательных частей наследства СССР, с учетом и государственных задач, и интересов населения. Однако такая приватизации ТЭК явно не устраивала руководство Госкомимущества России и тех иностранных консультантов, которые определяли его деятельность. Игнорируя основные требования указов, Госкомимущество России пыталось различными способами направить приватизацию ТЭК по своему сценарию, а где это было невозможно, просто саботировало выполнение требований указов.