Чтение онлайн

— Вы можете рассказать подробнее?

— Насколько я помню, это про него писали, что он принимал участие в подготовке к освобождению заложников из Иранского посольства. Это была хорошо оплачиваемая сделка. Картеровская администрация узнала об этом и попросила его по возможности оставаться в тени, пока военные не сделают свое дело. Это дело, конечно, провалили. План Кемдена так и не осуществился.

А до этого он был вроде бы офицером связи с ЦРУ во времена администрации Форда. Он, похоже, всегда принимал участие в переговорах по Ближнему Востоку, Южной и Центральной Америке. Теперь я догадываюсь, почему вы ничего не помните о нем. Он всегда находился в тени, все устраивал для тех, кому потом доставались лавры успеха. Он занимал какой-то пост в Совете Национальной Безопасности в первые годы правления Рейгана. Просто я давно о нем ничего не слышал.

— СНБ? Вы действительно имеете в виду Совет Национальной Безопасности? — спросил Дэвид удивленно.

— Конечно, какой же еще СНБ?

Вандемарк замолчал, обдумывая услышанное.

Айра и Вида тоже молчали. Но их мысли были направлены на сидящего перед ними за столом человека, и они не знали, как же с ним поступить. Молчание нарушил Дэвид:

— Теперь мне все понятно. Неудивительно, что я все время натыкался на стену, пытаясь найти что-нибудь об этом парне. Все, что касается его, должно быть, является «высшей государственной тайной», только «для служебного пользования».

Айра неуверенно откашлялся и сказал:

— Тогда вам следует понять, что вы на неправильном пути, полагая, что Кемден может быть " Головорезом ".

Дэвид озадаченно посмотрел на агента ФБР:

— Как вы догадались?

— Подумайте минутку. Зачем такому, как он, связываться с убийствами испанских ньюйоркцев? Этот парень привык играть в международные игры с высокими ставками. Резня «латиносов» не в его стиле. Это не принесет ни славы, ни выгоды.

— Значит, это кто-то из его организации.

— Мы попробуем узнать. Но такие вещи занимают много времени. И я не знаю, что сам Кемден сделает в ближайшие дни. Вполне возможно, что сейчас целая куча бюрократов из его ведомства занимается проверкой его персонала.

Дэвид выразительно посмотрел на Айру.

— «Головорез» вот-вот нанесет новый удар, не исключено, что в течение этой недели, — сказал он.

— У нас теперь что-то вроде соглашения. Он сказал вам о Кемдене! — снова вмешалась в разговор Вида.

— Но ведь он сам признает, что не может ничего сделать, чтобы остановить «Головореза» прежде, чем тот снова убьет кого-нибудь. И куда это нас заведет? — спросил Айра.

— Давайте подумаем. Я собираюсь продолжить изучение связей Кемдена со своей стороны. Посмотрите, что вы сможете сделать, используя свои контакты. Если я обнаружу, что один из людей Кемдена убийца, я позвоню вам. Вы его возьмете. Но если вы не сможете задержать его, тогда он — мой. Нравится вам это или нет. Такова сделка. Принимайте ее или отказывайтесь.

— Есть другие мнения? Бьюсь об заклад, вы не останетесь обедать с нами.

— Нет. Я все время не сводил глаз с мужского туалета. Там сейчас как раз никого нет. Именно туда мы сейчас с вами и сходим. Вставайте.

Дэвид пошел следом за двумя агентами ФБР, тщательно прикрывая «тыл». Похоже, что никто в ресторане и не заметил, как двое мужчин и женщина исчезли за дверью с табличкой «Мужской туалет».

— А сейчас что? — спросила Вида, когда они вошли внутрь. Было видно, что она чувствует себя здесь очень неловко.

— Как только вы выбросите свои пушки в унитаз, я уйду, — сказал Дэвид с мрачной ухмылкой. — Вы первая, Вида.

Вида Джонсон, стоявшая рядом с Айрой, открыла одну из кабинок. Войдя внутрь, она чисто машинально остановилась и спросила:

— Можно нам воспользоваться другой кабинкой? Здесь забит унитаз.

— Понимаю, я сам приготовил ее для этого.

— Вы просто ублюдок!

— Давайте делайте, что вам говорят, Вида!

Она послушно вернулась в кабину. Через мгновенье Дэвид услышал всплеск воды и стук металла, ударившегося о фарфор. Он дал знак Айре сделать то же самое. Великан-фэбээровец, взявшись кончиками пальцев за пистолет, осторожно извлек его из кобуры на поясе и протянул Виде. Его пистолет постигла та же участь.

— Ну, а теперь — запасной! — скомандовал Дэвид.

Айра скривился, затем неохотно слазил рукой под спортивную куртку сзади, в области поясницы, и вытащил еще один мелкокалиберный пистолет. Он мрачно проследил за тем, как Вида опустила в унитаз и второй пистолет.

Когда он оглянулся, Дэвида Вандемарка уже не было.

— И что теперь, босс? — спросила Вида с кислым выражением на лице.

— Мы вытащим наше оружие, пообедаем и посмотрим, удастся ли нам предупредить Чарльза Кемдена, что некий «крепкий орешек» висит у него на хвосте.

Снова посмотрев на кабинку, Вида решила, что поддержит только два из трех выдвинутых Айрой предложений. Обедать ей решительно расхотелось.

Вида Джонсон сидела на стуле возле окна, отпивая мелкими глотками газированную воду, которую принесла горничная. Она любовалась поражавшей взор панорамой Манхэттена, но все ее внимание было приковано к разговору, происходящему у нее за спиной. Вида могла с уверенностью сказать, что разговор Айры с Кемденом проходил именно так, как ее напарник и предполагал.

Пришлось сделать дюжину звонков в Вашингтон лишь для того, чтобы выяснить номер телефона, по которому можно связаться с Кемденом. В конце концов Айра вынужден был позвонить самому шефу ФБР и сказать, что жизни Кемдена может угрожать опасность и что по его последним данным Дэвид Вандемарк, видимо, охотится за ним. Это заинтересовало его шефа. Нельзя допустить, чтобы такую важную персону убили. Чуть позже выяснилось, что глава ФБР уже располагал предварительной информацией о возникшей опасности, но не прореагировал на нее.

И даже несмотря на это, потребовался еще целый час, чтобы дали номер. Левитту пришлось потратить на телефонные звонки кучу денег, которых у него и так было не густо. Конечно, было не очень-то удобно беспокоить такого человека, как Кемден, по поводу необоснованных слухов. Айра заверил его, что тот, кто сообщил ему об этом, был человеком надежным, и что эта информация исходит из первых рук. Шеф сам увидит, как только получит письменный отчет Айры. Конечно, Левитт не обмолвился ни словом о том, что еще не очень-то представляет себе, как составлять такой отчет. Ему не хотелось, чтобы к ним с Видой отнеслись как к паре зеленых новобранцев.