Чтение онлайн

Говорят, что забальзамировать тело Уго Чавеса всерьез и надолго не получится. «Поздновато спохватились, время упущено!» — разводят руками эксперты из Европы. Выходит, правы были сплетники: команданте умер куда раньше, чем об этом сообщили венесуэльскому народу.

Вот о народе и речь. Не о покойном Чавесе и не о попытках сохранить его тело (кстати, я почти уверен, что ученики академика Збарского что-нибудь придумают, выкрутятся, и нетленный команданте воссияет из хрустального саркофага). Вопрос другой — кому это надо? Наверное, народу. Хорошо. Тогда уточняющий вопрос: почему бальзамирование тел вождей — удел исключительно тоталитарных или популистских режимов? И, наконец, что это за народ, который мечтает, чтобы тело усопшего вождя было выставлено напоказ?

Я не знаю, что на самом деле происходило в Венесуэле при Чавесе. Одни говорили, что он проводил независимую от США внешнюю политику, другие — что он спонсировал террористов. Одни уверены, что он поборол — или, по крайней мере, старался побороть — вековую нищету деревень и трущоб. Другие рассказывали, что венесуэльский социализм привел к продуктовым карточкам, потому что никаких нефтедолларов не хватало, чтобы заткнуть дыры распределительной экономики. Но история с бальзамированием кое-что проясняет.

Все дело в демократии. Вернее, в ее крайних проявлениях. Всеобщее избирательное право не только великое завоевание цивилизации, но и великий соблазн для лидеров. Соблазн сделать своей главной опорой не капризную просвещенную элиту, не прижимистый и рассудительный средний класс, не армию, не крупный капитал — а самый что ни на есть народ. Другими словами, опереться на социальные низы. На обездоленных, голодных, малограмотных и неквалифицированных.

Конечно, всех этих людей надо выдергивать из нищеты, темноты и бесправия. Такова обязанность демократического государства.

Но объявлять, что именно бедняки и неграмотные решают судьбу отечества, что именно они соль земли и основа нации, — это политика, лживая и опасная. Лживая потому, что никто так не презирает народ, как популисты. А опасная потому, что социальные низы отстают в своем духовном развитии. Чем ниже — тем архаичнее. В центре промышленного города — XXI век, на его окраине — самое начало ХХ, в пригородных трущобах — едва XIX, а в далеких деревнях и вовсе XV, не удивляйтесь. Несмотря на тарелку спутниковой связи и американские сигареты, там царят древние суеверия и ритуалы, мрачное недоверие к чужакам и умникам. Там царит архаика с непременным культом вождя.

Популистское государство не борется с темнотой и нищетой, а холит их и лелеет. Потому что грамотные соображают, а обеспеченным есть что терять. Куда удобнее иметь дело с теми, кто не рассуждает и не взвешивает, не оценивает политические программы с точки зрения их перспективы. Мол, сегодня мы наедимся досыта, а что останется нашим детям? Так рассуждает средний класс. А простой народ слишком устал от нищеты, чтобы думать о послезавтрашнем дне. Поэтому он искренне благодарен за бесплатные раздачи, пайки и льготы. А главное — народ с восторгом потребляет духовную, так сказать, пищу, которую поставляет ему популистский режим. Меню незатейливое, но аппетитное: раскулачивание богачей, поиск внутреннего врага и истерики по поводу иностранных происков. И культ вождя на сладкое.

Да, популисты презирают простой народ, и все вышеизложенное проделывают сознательно и цинично, играя на бессознательных эмоциях и архаичных предрассудках. Но простой народ, сам того не понимая, жестоко и изысканно мстит популистам. Архаичное сознание социальных низов вдруг прорывается наружу и — пусть на короткое время — овладевает всей нацией. Более того. Популистская элита (сколько бы Оксфордов она ни окончила) просто вынуждена говорить со страной на языке плебса. Всей мощью пропагандистского аппарата элита начинает внедрять маргинализм как государственную идеологию. Поклонение нетленному телу вождя — неотъемлемая часть племенных религий. Бальзамирование Чавеса — логическое следствие его политики.

Вспоминается судьба Эвы Перон, знаменитой Эвиты. Крестьянская дочь и секс-бомба стала женой аргентинского президента и кумиром простого народа, к которому обращалась так: «Мои дорогие босяки!» И они, в буквальном смысле слова босоногие взрослые люди, рыдали от восторга. Когда Эвита умерла, ее катафалк с помощью тысяч ленточек тащили по улицам тысячи, десятки тысяч людей. Разумеется, Эвиту забальзамировали. Разумеется, бальзамировщик влюбился в нее и сошел с ума. Ей поклонялись три года, и чуть ли не каждый день у ее гроба кто-то совершал попытку самоубийства. Через три года ее мужа, президента Перона, свергли, Эвиту захоронили. Но потом ее тело перезахоранивали несколько раз. Посмертные странствия Эвиты — тема для отдельного романа. А все началось с популизма.

Я никогда не был в восторге от Уго Чавеса и его политики. Но теперь он всего лишь усопший, за которым не числится грехов в ленинско-сталинских масштабах. Зачем мытарства его праху? Похороните его тихо, по-христиански.

К барьеру!

/ Дело

Российский союз промышленников и предпринимателей проводит шестую по счету Неделю бизнеса

Неделя российского бизнеса — единственная, пожалуй, площадка диалога предпринимателей с представителями власти, где тон дискуссии задают именно деловые люди. Вот и на этой неделе в Москве открывается очередной форум. Он будет уже шестым по счету. В 2012 году нынешний глава государства выступал перед предпринимателями в качестве кандидата в президенты. Это было выступление, в котором он разъяснил свой план экономических реформ. Прошел год, и теперь от власти ждут отчета пусть и о промежуточных, но все-таки результатах.

По данным опроса Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП), принципиальных изменений состояния делового климата в той же промышленности не произошло. При этом почти четверть опрошенных руководителей предприятий считают его ненормальным. Средний уровень загрузки производственных мощностей в стране в январе — феврале 2013 года составил всего 65 процентов. Более того, в январе исследователи зафиксировали падение численности работников на 14 процентах отечественных предприятий. О росте безработицы за тот же период сообщает и официальная статистика.

Предлагаемые РСПП темы для нынешней Недели не оставляют сомнения: разговор предстоит принципиальный. «Налоговая система и перспективы для российского бизнеса» — в этой сфере страна пока проигрывает в привлекательности для бизнеса не только странам с более низкими сборами, но и партнерам по Таможенному союзу. Прежде всего Казахстану, где взаимоотношения между предпринимателями и налоговыми инспекциями, пожалуй, являются более партнерскими и где налоговики в меньшей степени, чем в России, похожи на волков, попавших в овечью стаю. А тут еще в самом правительстве не исключают, что для борьбы с дефицитом бюджета в ближайшем будущем налоги придется повышать. Об этом, в частности, говорил заместитель министра экономического развития Андрей Клепач.