Чтение онлайн

Спасибо шведу за победу

/ Общество и наука / Телеграф

В Российской армии воинские столовые перейдут на организацию питания по системе шведский стол.

Затем ли в давней той кровавой

Великой битве под Полтавой,

Покрыв себя навеки славой,

Шли деды напролом,

Чтоб лишь трубы заслышав

звуки,

Не вымыв даже толком руки,

Занять спешили место внуки

За вражеским столом?

Сдается мне, скажу вам, деды,

Что в прах поверженные шведы

Плоды присвоили победы,

Оставив с носом нас:

Мы уступаем им в хоккее,

Мы покупаем в их «Икее»,

Знать, сильно шведская идея

Вошла в сознанье масс.

А я считаю, не годится

Держаться чуждых нам традиций,

Не нам за шведский стол садиться,

Сколь он хорош ни будь.

Наш русский стол ничуть не хуже

И калорийнее к тому же,

А если даже и поуже,

То разве лишь чуть-чуть.

Пусть наша жизнь порой сурова,

Пусть в зуб нас бьет ногой,

Но нам, птенцам гнезда Петрова,

Не надобно другой.

Иди и смотри!

/ Общество и наука / Телеграф

Если вы хотите снять коммерчески успешный фильм, добавьте в него побольше жестокости. Группа психологов из Университета штата Огайо, изучив популярные картины 1950—2012 годов, пришла к выводу, что за это время количество сцен насилия в американских кинолентах возросло почти в 4 раза. Значит, на то есть спрос. Одновременно специалисты признали, казалось бы, такую само собой разумеющуюся вещь, что сцены насилия оказывают наибольший негативный эффект на аудиторию: например, когда человек видит на экране оружие, то начинает вести себя после сеанса агрессивнее. Примечательно, что начиная с 1985 года, когда фильмы начали подразделять на возрастные категории, количество сцен с применением оружия увеличилось в лентах, предназначенных для детей до 13 лет. Киноиндустрия тем самым фактически программирует зрителей с младых ногтей на асоциальное поведение.

Сердце на ладони

/ Общество и наука / Телеграф

3D-технологии приходят на помощь кардиохирургам. Благодаря трехмерным изображениям сердца станет гораздо удобнее проводить операции на этом органе. Способ голографической визуализации, разработанный компаниями RealView Imaging и Philips, при малоинвазивных вмешательствах, когда степень травмирования тканей минимальна, позволит кардиологам во всех деталях изучить сердце лежащего на операционном столе пациента. В режиме реального времени данные ангиографа и ультразвуковой системы будут преобразованы в 3D-модель. Чтобы разглядеть картинку, не потребуется специальных очков. Голограмму как бы парящего в воздухе сердца хирург сможет поворачивать при помощи рук. Таким образом, инновация поможет совершить большой шаг в развитии кардиохирургии и значительно упростить проведение таких сложных операций, сделав их одновременно еще более высокотехнологичными.

Царские черевички

/ Общество и наука / Телеграф

Помешанные на обуви модники и модницы за настоящим эксклюзивом могут смело отправляться в Дубай. Один из бутиков этого города выставил на продажу первые в мире золотые мужские и женские туфли от известного итальянского дизайнера Альберто Моретти. Изготовление такой обуви — очень тонкая работа. В качестве основы модельер использовал бархат, на который особым способом нанесено напыление из чистого золота. Дизайн прост и лаконичен. Для женщин это лодочки на невысоком каблуке, для мужчин — классические мокасины. Стоимость пары составляет 2,65 тысячи долларов. Ожидается, что с февраля 2014 года обуться в золото смогут и жители других городов.

На равных

/ Общество и наука / Телеграф

Фестиваль национальной охоты «Салбурун» с участием обученных беркутов прошел на побережье озера Иссык-Куль в Киргизии. У охотника и добычи здесь равные шансы: дичью на этот раз назначили шакала.

Empty data received from address [].

Закон и беспорядок

/ Общество и наука / Культурно выражаясь

Концепция полицейской реформы, предложенная Комитетом гражданских инициатив во главе с Кудриным, ставит крест на нынешнем МВД. Итак, нет ведомства — нет проблемы? Писатель Полина Дашкова предлагает искать разруху не в служебных кабинетах, а под фуражками их обитателей

Возможно, предложение Комитета гражданских инициатив — шаг в верном направлении, и он каким-то образом сузит возможности для коррупции и сократит бумажную волокиту. Но на практике любые кадровые и структурные перестановки — всего лишь очередной повод для заседаний и ток-шоу. Это можно долго и бурно обсуждать, в действительности же все останется по-прежнему. Структура — понятие не абстрактное, она состоит из конкретных людей. Мне кажется, перемены к лучшему надо начинать именно с них. Воспитывать взрослых людей уже поздно, но можно ввести моду на интеллигентное, корректное поведение, попытаться вернуть старое забытое понятие офицерской чести. Пока принято хамить, халтурить, брать взятки, профессиональное и человеческое достоинство будут считать придурью. Вместо того чтобы трубить о радикальных переменах, возможно, стоит ввести дополнительные службы психологического тестирования сотрудников правоохранительных органов, более серьезно контролировать, насколько эти люди адекватны. Власть, оружие и возможность воровать легко сводят с ума.

Есть огромная разница между теми, кто ловит реальных преступников, и теми, кто занимается охраной правопорядка. Мне доводилось общаться с сотрудниками РУБОПа, с уголовной милицией — я писала несколько очерков на эту тему. Эти люди вызывают у меня уважение. Им приходится шевелить мозгами, человеческое достоинство и честь мундира для них вовсе не абстрактные понятия. Они делают большое дело. А вот сотрудники охраны правопорядка — совсем другая история.

Многие говорят о том, что у нас надо сделать как в США: выбирать полицейское начальство, как американцы — шерифов. Кстати, и комитет Кудрина, пусть и опосредованно, но вроде бы приближает их к гражданам: делает подотчетными лишь перед народными избранниками разных уровней. Но в Штатах абсолютно другое правосознание, и их рецепты у нас не работают. Наша проблема не в том, как структурирован тот или иной орган, а в правосознании людей.

Американец свято верит в закон. Он знает, что какой-нибудь конгрессмен вполне может оказаться мерзавцем, что может быть какая-то несправедливость, но есть закон — не начальник, не царь-батюшка, а некая абсолютная величина, которая совершенно непоколебима. Я часто бывала в Америке, и американцы мне говорили: даже если президент окажется идиотом, это не страшно — у нас такая конституция, которая не подведет. Они безоговорочно верят в эту свою конституцию и в то, что законы страны выполняются. В России в силу закона не верили никогда: ни в царское время, ни в советское. А сейчас, при нынешнем законодательном органе, ни о какой вере вообще и речи быть не может. Часть депутатов Госдумы — фигуры, вызывающие в лучшем случае смех. Эти люди обсуждают и принимают бредовые законы, несут околесицу с телеэкрана, с шутовским пафосом клянутся в любви к отечеству и к народу, дискредитируя само понятие патриотизма. Но имидж политика-шоумена давно не работает — это осталось в прошлом и вызывает у нормальных людей только отторжение. Политик должен быть прежде всего профессионалом, добросовестным чиновником, который спокойно и грамотно делает свое дело. У нас же само понятие профессионализма исчезает из лексикона.